Вспоминается мне сцена из известного фильма «Джентльмены удачи», где инженер узнает своего детдомовского друга Федю и радостно бросается ему навстречу. Подельник Феди, вор и рецидивист в исполнении Г. Вицина, закрывает его лицо меховым манто и резко заявляет: «Это не он!»
«Конечно, не он, не Высоцкий», — подумалось мне, когда я прочитала новость.
А дело вот в чем.
Высоцкого решили на концертах заменять цифровой копией. И все, кажется, будет: голос, внешность, гитара, микрофон.
Но не будет главного — самого великого артиста.
Когда будущее становится настоящим
24 октября в московской «Лайв Арене» состоится нечто невероятное — шоу «Высоцкий. Высота», где великий бард «вернется на сцену» в виде цифрового аватара, который будет петь свои легендарные песни в новых аранжировках для джазового и симфонического оркестров.
Александр Мамонов, генеральный продюсер этого грандиозного проекта и глава компании «Цифровые легенды», рассказывает, что благодаря стремительному развитию цифровых технологий появились совершенно новые способы взаимодействия зрителя с творчеством артиста, особенно тех артистов, которых уже нет с нами, но которые навсегда остались неотъемлемой частью нашего культурного кода.
Создатели проекта утверждают, что это первый в мире полноценный цифровой двойник исторической личности такого масштаба — своего рода цифровое бессмертие, которое позволяет нам заново встретиться с теми, кого мы потеряли, но чье творчество продолжает жить в наших сердцах.
На сцене вместе с цифровым Высоцким также «выступят» фотореалистичные аватары современных звезд — Леонида Агутина, Полины Гагариной, Сергея Шнурова и Григория Лепса, создавая уникальный мост между прошлым и настоящим.
Этическая дилемма: имеем ли мы право воскрешать мертвых?
Но давайте честно: зрителей ждет не только восхищение технологическими возможностями, но и ощущение какого-то внутреннего дискомфорта, который сложно объяснить словами.
Ведь когда мы создаем цифровую копию человека, который уже ушел из жизни, мы вторгаемся в область, которая традиционно считалась священной — область памяти и скорби, где живые общаются с образами ушедших через воспоминания, фотографии, записи, но не через технологические симуляции.
Конечно, создатели проекта подчеркивают, что работали в тесном сотрудничестве с наследниками Высоцкого, включая его сына Никиту, что команда кропотливо изучала архивные документы, записи, фото и видеоматериалы, связанные с Владимиром Семеновичем, уделяя внимание каждой мельчайшей детали.
Но остается вопрос: где та грань, которую мы не должны переступать, когда речь идет о «воскрешении» умерших с помощью технологий?
Может ли машина заменить живого человека?
Самый главный вопрос, который мучает меня как зрителя и человека: сможет ли эта роботизированная копия, какой бы совершенной она ни была, передать ту искреннюю боль, тот надрыв, те подлинные человеческие эмоции, которые делали песни Высоцкого такими пронзительными?
Ведь его творчество — это не просто набор нот и слов, это крик души человека, который жил в определенную эпоху, переживал определенные события, чувствовал боль своего времени и своих современников.
Цифровой аватар может воспроизвести голос, движения, даже мимику, но может ли он передать ту живую энергию, которая исходила от настоящего Высоцкого, когда он стоял на сцене с гитарой и пел о том, что болело у него в душе?
Мне кажется, что как бы ни были совершенны технологии, они не смогут заменить главного — живого человеческого духа, который делал каждое выступление Высоцкого уникальным и неповторимым событием.
Благородные цели или коммерческий расчет?
Организаторы подчеркивают, что их проект не является коммерческим, а преследует благородную цель — дать возможность поклонникам Владимира Высоцкого вновь встретиться с его творчеством, а молодежи прикоснуться к живой легенде. Они говорят о культурном мосте между поколениями, который должен помочь старшему и более молодому поколению понять друг друга через общую любовь к великому барду.
Эти слова звучат красиво, но нельзя не задаться вопросом: а что будет дальше? Если этот проект окажется успешным, не станет ли он началом целой индустрии «цифрового воскрешения», где известные артисты прошлого будут эксплуатироваться в виде аватаров для развлечения публики и, возможно, получения прибыли?
И где гарантия того, что цифровые копии будут использоваться только для достойных целей, а не для создания контента, который противоречил бы взглядам и принципам самих артистов?
Кого «воскресят» следующим?
Если проект с Высоцким пройдет успешно, а я не сомневаюсь, что зрительский интерес будет огромным, то логично предположить, что следующими на очереди могут оказаться другие легенды нашей культуры — возможно, Булат Окуджава со своими задушевными песнями, или Муслим Магомаев с его бархатным голосом, или даже зарубежные звезды вроде Элвиса Пресли или Фредди Меркьюри.
С одной стороны, это может стать уникальной возможностью для молодого поколения познакомиться с творчеством великих артистов прошлого в новом, захватывающем формате, который говорит на языке современных технологий.
С другой стороны, не превратится ли это в своеобразный «цифровой некрополь»?
Почему подобные проекты вызывают тревогу?
Признаюсь честно: я отношусь к этому проекту с большой долей скептицизма, хотя и не могу отрицать, что мне было бы интересно посмотреть на результат работы технологов и художников.
Ведь Высоцкий для нашего поколения — это не просто певец, это целая эпоха, это голос времени, это человек, который смог стать народным героем.
Возможно, цифровой аватар действительно поможет молодым людям понять, почему мы так любим и ценим творчество этого удивительного человека, возможно, кто-то из них захочет глубже изучить его биографию и творческое наследие.
А может быть, наоборот, знакомство с «искусственным Высоцким» заменит им знакомство с настоящим, и они так никогда и не поймут, в чем заключалась подлинная глубина его таланта.
А еще я знаю точно: никакие технологии не смогут заменить живого человека с его болью, радостью, страстями и переживаниями, которые делают искусство по-настоящему великим.
А вы, мои уважаемые читатели, что думаете об этом эксперименте?
А эта история с подобным «воскрешением» Жанны Фриске, которая вызывала ужас у ее отца: