Каждый день в стенах клиники мы боремся за жизни своих пациентов. Иногда к нам поступают животные в тяжелом состоянии и мы радуемся своей победе, когда очередной хвостик выигрывает схватку со смертью. Иногда мы вынуждены констатировать, что борьба больше не имеет смысла и животное умирает.
Хорошо, когда в этой борьбе за жизнь животного формируется тандем из команды врачей и владельцев животного. Но так бывает не всегда. И об этом я хочу сегодня поговорить.
История началась 2 недели назад. Я заступаю на смену в воскресенье. На пороге клиники появляется растерянный мужчина, на руках среднего размера собака, висит как тряпочка, при каждом шаге ее лапы, хвост и голова безжизненно болтались.
Со слов владельцев собаке 14 лет, подозревают, что съела носок. Стало плохо еще утром, но они рассчитывали, что носок выйдет естественный путем.
Собаку размещаем на столе и начинаем осмотр. Животное очень вздуто, слизистые бледные, на раздражители реагирует слабо. После диагностики сразу предупреждаем владельцев, что шансов на благоприятный исход мало. Животное возрастное, много времени было упущено по вине владельцев, состояние шоковое, а заворот желудка это и так не шутки. Хозяин кивнул головой и подтвердил свою готовность бороться. Все таки 14 лет вместе и большой путь прошли.
Стабилизируем животное и начинаем противошоковую терапию. Получив положительный ответ, хирург приступает к операции. Желудок сильно вздут, кишечник обвивает его своими петлями, селезенка перекручена, лопнул сосуд. Было принято решение удалить селезенку, желудок и кишечник вернули на свои места. Операция прошла успешно.
В содержимом желудка действительно был найден носок, а также несколько волосяных камней, осколки костей, картофель и греча. Такие находки отельный повод поговорить с владельцем.
В первую ночь после операции мы постоянно следили за собакой, сегодня она у нас самый тяжелый пациент. Мы боремся с шоком, болевым синдромом, обезвоживанием и последствиями не большой кровопотери. Но собака стабильна и шансы на выживание растут.
В понедельник взгляд у собаки уже стал более живым. Она не ела и не могла встать, но самостоятельно держала голову, следила за посетителями стационара, отзывалась на свое имя. Когда вечером к ней в гости пришли владельцы, она виляла хвостиком и была рада их видеть.
Во вторник собака уже начала вставать. Ходила по-немногу, аккуратно и осторожно. Сама начала пить воду и, наконец, сходила в туалет. Вечером этого же дня она немного поела. Это был уже большой прогресс и мы понимали, что этот бой мы выиграли.
На следующий день собака смогла выйти на улицу и самостоятельно немного погулять. Она уже ела сама, пила воду. Анализы показывали положительную динамику. Спешу порадовать владельцев животного и приглашаю в клинику, чтобы обсуждать дальнейшую тактику лечения.
Владельцы сидели в кабинете и с нетерпением ждали встречу со своей питомицей. Она спокойно зашла в кабинет и сразу направилась к любимым и дорогим ей людям. Она села рядом и положила голову на колено хозяйке.
Собака пока еще быстро уставала и ей требовался покой и уход, нужно было продолжать лечение. Но положительная динамика уже была и это успех в ее случае.
Я рассказываю владельцам о динамике, объясняю результаты анализов, тактику лечения и какие перспективы их ждут. Но я замечаю, что радости на лицах нет.
Хозяйка посмотрела на собаку и сказала: ,,Я не вижу прогресса, потому что Альба не такая бодрая, как до носка. Ходит тихо и сидит все время. Это уже не та собака.’’
Владельцы приняли решение забрать животное и продолжить лечение дома, а в клинику приходить только для контроля состояния и на уколы. Собака уходит из клиники на своих лапах. Да медленно, но сама!
Через 2 дня они приходят на прием и просят усыпить собаку. На резонный вопрос о причинах, получаем ответ: ,,Ну она ходит медленно, не как раньше. Вчера не успела дойти до улицы и напрудила в парадной. Пришлось все мыть. Да и старая она уже.’’
Я еще раз объясняю владельцам, что еще несколько дней назад они принесли ее присмерти, а сейчас собака сама ходит, ест, пьет и значительно лучше себя чувствует, по анализам положительная динамика. Организму нужно время, чтобы восстановиться.
Владельцы все равно считали, что нет никакого результата. С точки зрения владельцев динамики не было, потому что они хотели, чтобы их собака из реанимации сразу встала и побежала. С нашей точки зрения был большой прогресс, потому что собаку вытащили с того света и собака готова была бороться за свою жизнь. Только оказалось, что эта жизнь ее владельцам уже была не нужна.
Наша беседа подходила к концу. Собака смотрела на меня и слегка виляла хвостом. Она не догадывалась, что сейчас идет торг на ее жизнь. Я отказываю владельцам в эвтаназии животного бед показаний. Клиника предлагает вариант написать отказ от собаки и оставить ее стационаре на лечение. Далее собаку забирает администратор на доживание. Владельцев такой вариант не устроил, они хотели именно усыпить свою собаку.
Эти люди вместе с собакой ушли. Мне было очень жаль, но больше мы ничего не могли сделать. Законного основания забрать животное у нас нет. Дальнейшая судьба собаки мне неизвестна, но больше Альбу никто не видел.