Раньше ты была другой.
Ты писала первой.
Ты могла переждать молчание.
Ты прощала.
Давала шанс. Десять шансов.
Ты надеялась, что тебя поймут, полюбят, заметят. Ты всё ещё любишь… но по-другому.
Не кричишь, не доказываешь.
Просто молчишь.
И отворачиваешься. Они говорят: "Ты изменилась."
А ты просто устала быть той, кто всегда тёплая. Ты грела других, когда сама мёрзла.
Ты вытаскивала, когда тебя не искали.
Ты слушала, когда тебя перебивали. А потом ты устала. Устала звать.
Устала ждать.
Устала объяснять, что тебе больно. Теперь ты тиха. Отстранённа. "Холодная" — как они говорят.
Но это не холод.
Это — защита.
От того, что снова может сломать. Ты не закрылась. Ты просто научилась не лезть туда, где тебя не ждут. Ты поняла: если человек хочет — он будет.
Если любит — покажет.
Если теряет — вернёт. А если нет…
То не стоит туда лить свою душу. Ты не стала хуже.
Ты просто наконец перестала ломать себя ради других.
Раньше ты была другой.
Ты писала первой.
Ты могла переждать молчание.
Ты прощала.
Давала шанс. Десять шансов.
Ты надеялась, что тебя поймут, полюбят, заметят.
Ты всё ещё любишь… но по-другому.
Не кричишь, не доказываешь.
Просто молчишь.
И отворачиваешься.
Они говорят: "Ты изменилась."
А ты просто устала быть той, кто всегда тёплая.
Ты грела других, когда сама мёрзла.
Ты вытаскивала, когда тебя не искали.
Ты слушала, когда тебя перебивали.
А потом ты устала.
Устала звать.
Устала ждать.
Устала объяснять, что тебе больно.
Теперь ты тиха. Отстранённа. "Холодная" — как они говорят.
Но это не холод.
Это — защита.
От того, что снова может сломать.
Ты не закрылась. Ты просто научилась не лезть туда, где тебя не ждут.
Ты поняла: если человек хочет — он будет.
Если любит — покажет.
Если теряет — вернёт.
А если нет…
То не стоит туда лить свою душу.
Ты не стала хуже.
Ты просто наконец перестала ломать себя ради других.