Скажу честно, до последнего не верила, что такое бывает. С моим мужем мы познакомились ещё во время учёбы. Как-то быстро понравились друг другу и уже через год сыграли свадьбу. Он был из семьи военных. Мне очень нравились рассказы его дедушки о пережитой войне. Валентин Юрьевич прошёл через все невзгоды от 1941 года до марта 1945. Получил ранение и не смог участвовать в битве за Берлин, а очень этого желал. Хотя и без того отмечен несколькими медалями и внёс серьёзный вклад в победу.
Общались мы семьями, и для меня очень важным являлось то, как ко мне относятся родители Вани. Они очень меня полюбили. А Валентин Юрьевич называл меня внучкой. В общем, приняли как родную. У нас с мужем родилась дочь – Лена. И каждый год мы несколько раз организовывали семейные застолья. Ванин дедушка всегда во время мероприятий рассказывал что-нибудь интересное из своих военных «приключений».
Прошло всего две недели после очередного дня рождения Валентина Юрьевича – ему исполнилось 78 лет, когда раздался неожиданный звонок. Я подняла трубку, звонил как раз он.
– Внучка, ты? Здравствуй, родная.
– Здравствуйте, Валентин Юрьевич!
– Слушай, я пожил хорошую жизнь, ну всё, хватит. Через 10 дней меня не станет.
– Вы что такое говорите? Ещё долго будете жить!
– Нет, послушай. Я не хочу никому, кроме тебя, говорить. Эта просьба от всей души. Приготовь, пожалуйста, мои медали и военную форму. В последний путь хочу отправиться при параде.
– Хорошо.
– И не забудь про медали.
– Да, Валентин Юрьевич. Не забуду.
– До скорой встречи.
– До свидания.
У меня текли слёзы. Я вдруг почувствовала, что, возможно, в последний раз говорю с очень мне близким человеком. Ваня вышел в прихожую, где у нас стоял телефон, и увидел меня. Пришлось рассказать ему о нашем разговоре. Он удивился, ведь у деда было отменное здоровье, даже врачи удивлялись – сердце как у 20-летнего, анализы как у 30-летнего. Есть, конечно, возрастные изменения, но всё более чем в норме. Решили пока никому ничего не говорить.
Через 9 дней родители Вани звонят и говорят, что Валентина Юрьевича положили в больницу. А на следующий день его не стало. Врачи долго не могли поставить точный диагноз и упустили время. Оказалось, у него была язва желудка. Помню, как очень долго не могла поверить в происходящее. Откуда он знал? Если знал, что у него диагноз такой, почему не лечился? Ведь он боец был, войну прошёл, неужели мог вот так сдаться?
Тот звонок... Он выбил меня из колеи. Не знаю, как на него реагировать. После того, как мы узнали о свершившемся, произошёл ещё один звонок... Я сняла трубку и услышала голос Валентина Юрьевича. Дедушка просил не забыть про ордена и указал, где они лежат. Я на автомате ответила, что всё помню. Затем он положил трубку. Спустя мгновение мне стало плохо от осознания того, что я поговорила с неживым человеком. Ваня пытался меня успокоить, а у меня текли слёзы.
Конечно, мы выполнили его просьбу. Оказалось, что отец Вани был против и хотел ордена и медали потом продать через 10-15 лет. Говорил, стоимость на них вырастет. Но когда мы рассказали о звонке и просьбе Валентина Юрьевича, то вариант с дальнейшей продажей сразу отпал. Больше я с подобным не сталкивалась. Тот опыт был страшным, но зато теперь я верю, что после физической смерти есть продолжение, какая-то другая жизнь.