Призрак над Чёрным морем
...... Су-34 и МиГ-35 , сбросив скорость до предельной, сближались с призраком как тени — сначала на радарах сквозь помехи, затем визуально в предрассветной дымке: огромное, угольно-черное "летающее крыло", неестественно кренящееся, едва не срывающееся в штопор. МиГ-35 прошел сверху-сбоку, в упор разглядывая через фонарь гладкий, лишенный швов композит, знакомые очертания люков и ниш шасси, четкие желтые надписи "USAF" и бортовой номер на хвостовом оперении. ИК-датчики МиГа зафиксировали едва тлеющие, аномально холодные выхлопы его двигателей. -Вижу кабину! Два пилота! Один бьет по приборке, второй... Господи, он в шлеме с американскими нашивками! Это В-2, стопроцентно! Но какого черта... он же еле плывет!"......
Немного ранее
Черноморский мрак под крылом «Духа» казался вечным. Майор Дэвид Келлер почувствовал скорее вибрацию, чем услышал звук – глухой удар где-то в недрах фюзеляжа. На дисплее навигации цифры поплыли, как вода в луже под дождем. «GPS offline. INS Drift Critical». Шипение в шлемофонах сменилось мертвой тишиной, а потом – яростным белым шумом, режущим барабанные перепонки.
— «Тенис-Один», «Тенис-Один», это «Рейвен Голд», прием! – капитан Сара Вессон уже срывалась на крик, безуспешно пробивая эфир. – Любой НАТО-стандарт, прием! Спутниковая связь… мертва. Дэвид, что за черт?!
Келлер вцепился в штурвал. Легендарный B-2 Spirit, гордость ВВС США, невидимый для радаров призрак, вдруг стал неуклюжим планером. Двигатели ревели натужно, но тяги катастрофически не хватало. Высота падала с пугающей неотвратимостью. Скорость? Едва выше сваливания. Они плыли в черной бездне над Черным морем, слепые и глухие, а за бортом свистел ледяной ветер. Топливомер мигал тревожным красным. «Куда мы летим?» – пронеслось в голове Дэвида. Ответа не было. Только страх, сковывающий живот, и рев умирающих двигателей.
Призрак на Экране
Гора в предгорьях Кавказа прятала внутри стальное сердце – командный пункт дивизиона С-500 «Прометей». Воздух был густ от табачного дыма и напряжения. Старший лейтенант Игорь Петренко, оператор главного сектора, сжал подлокотники кресла.
— Командир! Объект! Пеленг два-семь-ноль, высота восемь тысяч! – голос Петренко сорвался на визгливую ноту. – ЭПР… минимальная, почти фоновая! Но скорость… всего триста километров! И курс… бредовый, прямо на Махачкалу!
Майор Дроздов наклонился к экрану. Похоже на стелс. Очень похоже. Но какой идиот будет гнать стелс на скорости кукурузника через самое ухо российской ПВО? В мозгу сразу всплыли картинки новейших ударных БПЛА, способных на такое.
— Хрен его знает, что за птица, – прошипел Дроздов. – Ставлю на какую-то новую гадость. Связь с ЦКП! Срочно! Запрос на классификацию угрозы и разрешение на… э-э-э… превентивные меры. – Он посмотрел на замерших сослуживцев. – Пока – полная боевая готовность. Целиться. Ждать.
В Бункере ЦКП ВКО, Подмосковье
Генерал-лейтенант Семенов смотрел на огромную карту. Мигающая метка над Черным морем – аномалия. Данные с «Прометея» – стелс-объект, низкая скорость, неопознанный. Время было нервное. Провокации следовали одна за другой.
— Прецедентов нет, – бубнил полковник из аналитического отдела. – Ни один известный БПЛА или крылатая ракета не летает так медленно со стелс-технологиями. Если это не… – он запнулся.
— Не пришельцы, надеюсь? – саркастично буркнул Семенов, но в глазах не было смеха. – Варианты?
— Самый близкий к нему – звено Су-34 и МиГ-35. Возвращаются с бомбометания под с освобождаемых территортй, – доложил дежурный офицер. – «Адские селезни». Им на перехват – минут двадцать.
Семенов помолчал, глядя на метку, ползущую к берегу. Риск огромен. Но и упустить угрозу – смерти подобно.
— Приказ «Селезням»: немедленный перехват. Визуальный контакт и идентификация. Оружие – в режиме «огонь на поражение» только по моей команде. Никаких самодеятельностей! – Он ударил кулаком по столу. – И чтобы связь была кристальной! Я сам буду на линии!
Встреча в Небе
«Адский Селезень-Лидер» – Су-34М2 – ведомый лейтенантом Артемом «Шмелем» Волковым и его штурманом капитаном «Бородачом» Седых, шел домой, потрепанный после работы ФАБ-500 по условным позициям боевиков. Им в кильватере – «Ястреб», МиГ-35С, пилотируемый капитаном Дмитрием «Койотом» Левиным. Усталость валила с ног, но приказ ЦКП взбодрил как удар тока.
— «Койот», вижу цель, – голос Левина в шлемофоне был спокоен, но напряжен. – Перед нами… Господи, да это же «Летающее Крыло»! Американский В-2! Что он черт возьми делает здесь?
Они сблизились осторожно. Гигантский призрак плыл в небе, как умирающий лебедь, едва не падая. Левин переключил канал на международную аварийную частоту.
— Неопознанный бомбардировщик B-2 Spirit, это истребитель ВКС России на вашей курсе! Вы находитесь в воздушном пространстве Российской Федерации! Немедленно ответьте! – Он повторил вызов на английском.
Сначала – тишина. Потом – хрип, помехи, и наконец, сдавленный, полный невероятного облегчения голос:
— Russian fighter! Thank God! This is Ghost Rider One, United States Air Force! We are in emergency! Total comms blackout! Navigation failure! Engines critical! Fuel state… critical! Where the hell ARE we?!
— Вы находитесь над Северным Кавказом, – четко ответил Левин, обмениваясь красноречивым взглядом с Волковым по закрытому каналу. – Повторяю: Северный Кавказ. Российская Федерация.
— Caucasus?! – в эфире послышался почти истерический смешок. – That’s impossible! We were en route to Poland! Over the Black Sea! What… what happened?!
— Ваши двигатели? – спросил Левин, видя, как трясется огромный самолет.
— We're barely holding on! Thrust is at a minimum! We can't gain altitude, we can't accelerate! And the fuel... for a maximum of an hour and a half! Ghost Rider One is sounding the alarm! I repeat, alarm!
Решение в Бункере
В ЦКП царила напряженная тишина. Данные с «Койота» и визуальный контакт подтвердили: это реальный В-2, терпящий бедствие. Но что с ним случилось? РЭБ? Диверсия? Генерал Семенов смотрел на карту. Посадить его? Где? На гражданский аэродром? Скандал века. Сбить? Бессмысленно и чудовищно – экипаж ни в чем не виноват.
Полковник из разведки тихо подошел:
— Товарищ генерал, есть вариант. «Площадка Зеро». Под Волгоградом. Заброшенный по документам, но… мы поддерживаем ВПП в рабочем состоянии. Для особых случаев. Как раз по курсу, и топлива у них должно хватить. Изолированно, в степи. Ни души.
Семенов задумался на секунду. Риск. Огромный риск. Но другого выхода не было.
— Приказ «Койоту»: вести «Призрак» на «Площадку Зеро». Координаты передать на их резервный канал, если удастся. МиГ-35 – сопровождение. Всем подразделениям на земле: полная боевая готовность. Оцепление «Площадки Зеро» – немедленно. Группа захвата «Альфы» – на вертолеты, туда же! И чтобы этот самолет исчез с лица земли, как только приземлится. Накрыть всем, чем можем. Спутники НАТО не должны его увидеть. Никогда.
Посадка в Никуда
Вести слепого гиганта было адской работой. Левин, летя вплотную, показывал курс жестами фонарей и едва уловимыми маневрами. «Гост Райдер» послушно, с трудом поворачивал. Под ними проплывали бескрайние, пыльные волгоградские степи. Топливомер В-2 упорно полз к нулю.
— Final approach… Gear down… – голос американского пилота дрожал. – Engines failing…
Огромное «летающее крыло», похожее на инопланетный корабль, с ревущим воем почти мертвых двигателей коснулось бетонки затерянного аэродрома. Пробег был долгим, нервным. Наконец, В-2 замер в облаке пыли на краю взлетной полосы. Двигатели захлебнулись и замолчали. Тишина после рева оглушала.
Еще до того, как пыль осела, к самолету устремились бесформенные тени – бойцы спецназа ВКС в маскировочных костюмах. Пилоты В-2, шатаясь, выбрались через аварийный люк, ослепленные солнцем и поднятыми на них автоматами. Их быстро, но без грубости, увели в сторону. А вокруг мертвого «Духа» закипела работа. Специальные грузовики подогнали огромные конструкции, похожие на складные антенны. Над фюзеляжем и крыльями натянули сеть из странного, переливающегося серо-черного материала – квантовую маскировочную систему. Она не просто скрывала тепловую сигнатуру и форму. Она, как хамелеон, сливала самолет с пейзажем, делая его невидимым не только для радаров, но и для оптики спутников. Через полчаса на месте посадки был лишь участок степи, чуть более неровный, чем остальные. Призрак исчез.
Эпилог: Тени Памяти
Три недели спустя. Тасманово море. Австралийский фрегат «Сидней» подобрал спасательный плот. На нем двое изможденных людей в потрепанных летных комбинезонах ВВС США – майор Дэвид Келлер и капитан Сара Вессон. Они были в шоке, обезвожены, но живы.
На допросе в Пёрл-Харборе их показания были ошеломляющими и абсолютно идентичными. Они помнили взлет, рутинный полет над Индийским океаном. Помнили… ярчайшую вспышку света, заполнившую все кабину. Свет, исходивший от огромного, сигарообразного объекта, внезапно возникшего перед ними. Помнили немыслимый гул, вибрацию, пронизывающую кости. И… провал. Полную, беспросветную темноту в сознании.
Очнулись они уже в океане, в спасательном плоту, в сотнях миль от Австралии. Самолет В-2 Spirit «Дух Тени»? Пропал без вести. Где? Как? Они не знали. Не помнили. В их глазах читался только неподдельный, животный ужас перед тем, что они назвали «кораблем и лучом». Расследование ВВС США зашло в тупик. Официальная версия – катастрофа в океане по невыясненным причинам. Неофициально… шептались о гиперсекретных испытаниях, о вражеском РЭБ невероятной мощности. Или о чем-то, что лежит за гранью понимания. А в волгоградской степи, под невидимой сетью, тихо изучался призрак, ставший самой дорогой и загадочной трофейной игрушкой в мире. Истина осталась там, в черной бездне над Черным морем, и в ослепительном луче, стершем память. Тени сомнения и страха навсегда легли на карту мира.
Все события данной истории вымышленные, любые совпадения, в том числе имена и фамилии героев повествования с реальными людьми совершенно случайны.