Лесная логика
Мы сидели с Михаилом, карельским охотником, на берегу большого лесного озера. Воздух потихоньку остывал от жары и вокруг становилось всё тише и тише,так что, со временем, слышалось биение собственного сердца. Лишь изредка её разрывал шелест ветра в сосновых кронах. Прямо перед нами, сквозь камни, струился ручей, сверкая на солнце тысячами серебристых искр. Глядя на ручей понимаешь, что здесь всё взаимосвязано и только человек лишний.
Эту вылазку организовал мой друг Алексей. Мы гостили у его приятеля Виктора — коренастого, молчаливого лесника из глухой деревни. Дом Виктора меня поразил, настолько он был контрастным. Лавки и стол как в старину, а туалет и душ со всеми благами, половики из старины и ноутбук на прикроватной тумбе, а вот кровати царские, даже в отпуске за границей так удобно не спал.. Позже до меня дошло: это награда за бессчетные ночи на сырой земле под холодными звездами.
На рассвете мы вчетвером – Виктор, дядя Миша, я и Алексей – выдвинулись. Потом выяснилось, что по медвежьему следу. Через два часа ходьбы по валежнику и небольшим горками камней, чуть чуть прикрытых мхом, мои ноги превратились в свинцовые колоды. Спутники шли легко, не сбавляя темпа. Периодически мне показывали следы отпечатков огромных лап с четкими когтями казались еще свежими. На одной из таких остановок, в отчаянии, я выдохнул Виктору:
— Откуда уверенность, что мы идём быстрее зверя?
Он замер, медленно обернулся. В его взгляде читалось без слов: «Совсем оторвался от земли, городской?» Молча развернулся и пошел. Здесь, в лесу, время текло по другим, древним законам, не подвластным стрелкам часов.
Пропасть и улыбка
Внезапно Виктор остановился и легко перелез через нагромождение стволов. Под ними зияла скрытая яма – глубокая, с торчащими корнями и острыми камнями на дне. Я замер, уставшему человеку можно легко упасть вниз Снял ружье с плеча – и в этот момент Виктор оглянулся. На его лице растянулась редкая, каменная улыбка, а в глазах чуть насмешливой. Вызов. Я глубоко вдохнул и шагнул в пустоту. Мы пошли дальше.
Находка
Впереди Алексей резко взмахнул вверх рукой, что значит молчи! Внизу, у подножия небольшой скалы лежал медведь. Огромный, темно-бурый, с неестественно вывернутой лапой – сорвался, как потом мне объяснили, и переломил хребет. Что послужило такой случайности, неясно было даже для местных. Над нами тут же закружил ворон, его карканье сразу напомнило старую песню.
Уроки рук и беспомощность пластика
Я смотрел, как руки Виктора и дяди Миши – работали с тушей. Ножи скользили не по мясу, а по видимым только им линиям, по карте, выжженной в памяти годами жизни в тайге. Вся анатомия у них давно в голове, старались пояснить и мне, но не очень у меня получалось освоить, я понял нужно не просто запомнить, но и почувствовать,понять. Сухожилия, суставы, связки – все поддавалось без лишних усилий. Мясо, потроха – все аккуратно легло обратно в шкуру, как в природный мешок. «Удобно нести. Да и зверя не позорим, не растащим кусками, как шакалы», – бросил Виктор, ловя мой немой восторг. Практицизм, граничащий с ритуалом.
Рука сама потянулась к карману. Смартфон. пластиковый кирпич в этом мире плоти, крови и навыков. Что он мог дать? Теорию? Видео? Казалось бы я подготовился, посмотрел информацию почитал, а столкнувшись с реальностью, всё забыл. И что теперь? Мокрыми пальцами тыкать в безмолвный экран? На жаре мясо портится быстро, Да и других хозяев леса можно привлечь . Мои гордость – скорость печати, умение гуглить, работа с нейросетями, здесь пыль. Я был беспомощен, как новорожденный щенок. Здесь выживали не владельцы новейших гаджетов, а те, чьи руки умели и не боялись грязной работы, найти воду, построить шалаш из веток, читать дорогу по звездам и, да, разделать тушу так, чтобы ни крохи даром не пропало. Пронеслось у меня в голове и застряло. Виктор сунул мне горсть чистого, прохладного мха: «Вытрись». Простой жест помощи. Вот оно – настоящее рукопожатие. Не виртуальный значок, а передача опыта в действии: «Видишь? Делай так». Рукопожатие мира, где жизнь зависит от умения совмещать знания в голове и умения в руках, а не от процента заряда.
Тень ворона скользнула по камням. Пора.
Деревенский ритм
Деревня встретила нас вечерней прохладой и лаем собак. Небольшой ветерок колыхал ветки сосен, а на озере чайки ловили рыбёшку. Здесь время текло не минутами, а восходом, работой, закатом. Проходя мимо соседа Виктора,, старик Василий, чинил сеть, . Лицо в паутине морщин, пальцы двигались медленно, но без единого лишнего движения всё точно и размеренно. Завтра проверит мердушки на озере, как делал всю жизнь. Здесь жизнь не «проживали» на бегу, в калейдоскопе событий, а вели её. Размеренно вдыхая полной грудью. Чуя землю под ногами, небо над головой. Суете здесь не место, всё расписано день, неделя, месяц. Вечерний чай на крыльце под жужжание пчёл – не перерыв, а сама суть.
Городской вихрь
Возвращение ударило обухом. Шум города, музыка из окон, крики , шум двигателей, реклама, весь вихрь прямо в голову. Поразила бессмысленность этой гонки. Люди неслись, пригвожденные к экранам, сталкивались, бормотали «сорри» на бегу. Щиты орали о срочных скидках, которые забудутся через час. Срочные новости в ленте, жизнь которым несколько дней, Люди обсуждали важность Лабубу и капитализацию завода который их производит, хотя уже очень давно есть чебурашка. Вихрь создавал иллюзию сверхважности каждого мига. А на деле? Всё это настолько не важно, что мозг забыл про это всё и день прожит зря, а все твои мысли идеи, стремления утонули в рутине и ненужности большинства событий. Жизнь мелькала, как пейзаж за окном скоростного поезда – размыто, без сути, без пути. Суета была не фоном, а тюрьмой, где воруют самое ценное – время и тишину души.
Тишина как противоядие
В городе шум давил, как пресс. Там же тишина была живой. Ее можно было вдыхать вместе с хвойной смолой и шумом стекающего по камням ручья. Она обволакивала кожу, успокаивала ум до зеркальной глади. А по утрам даже звери сохраняли это умиротворение
Виктор, провожая нас к машине, ткнул пальцем себе в грудь, глядя мне в глаза, все еще полные городской дрожи:
— Там вы глушите один шум другим. Наушники, приложения... А здесь тишина – вот она. Всегда. Остановись. По-настоящему. И слушай. Не ушами – всем нутром. Кожей. Костями.
Со временем я понял как справляться в городском вихре. Но теперь я знаю противоядие. Я вспоминаю руки Виктора – твердые, знающие каждую связку зверя. Вспоминаю ту тишину, что входила в меня, как живая вода. И тогда я просто... выключаю., выключаю всё. Закрываю глаза. И слушаю. Не гул мегаполиса. А тот далекий, глубокий шёпот. Он напоминает: быть – не значит мчаться. Быть – значит чувствовать. Здесь. Сейчас. И шаг за шагом.
Это моя первая работа!
Подпишитесь, так не пропустите следующий рассказ.
Поделитесь вашим мнением в комментариях, как вам работа?