В начале 90-х её голос был вездесущим. Он лился из караоке-кабаков, дискотечных залов, телепередач и квартир. «На сердце рана у меня...» – простая, немного наивная строчка, которая прочно засела в памяти целого поколения. Певица с хрустальным тембром, кокетливой подачей и пронизывающей меланхолией, Марина Журавлёва, была одной из главных звёзд новой российской эстрады. Она мечтала о красивой, серьёзной музыке. Но её первый альбом с авторскими композициями показался публике слишком сложным. Тогда она сделала ставку на простые, похожие друг на друга, но пронзительные любовные хиты – и не прогадала.
В эпоху перемен, на фоне тотального дефицита и тревожной неопределённости, её песни стали мелодраматичным саундтреком к личным историям миллионов. Тогда многие критики видели в ней олицетворение безвкусной попсы, сегодня её называют предтечей женских поп-групп с однотипными хитами. Но слушатель был в восторге. Журавлёва собирала по несколько стадионов за день. Девушку с золотистыми волосами узнавали на улицах, а её голос звучал отовсюду. Но у славы была и обратная сторона. На пике популярности Журавлёва неожиданно исчезла. Что случилось с героиней «Белой черёмухи» и от чего она бежала в США? Расскажем в этой статье.
Как во Дворце пионеров рождалась будущая поп-звезда
Марина Журавлёва родилась в 1963 году в Хабаровске, но музыкальная судьба сложилась в Воронеже, куда переехала семья. Пела с раннего детства – на школьных праздниках, в ансамбле при Дворце пионеров, затем стала солисткой в филармоническом ВИА «Серебряные струны». Уже в 17 лет Марина объездила полстраны с гастролями и выиграла всесоюзный конкурс молодых исполнителей.
На сцене она сразу выделялась: темпераментная, с яркой подачей и голосом в три октавы – такая не могла затеряться в сером фоне провинциальной эстрады. Но главное – в ней чувствовалась живость. Певица не играла эмоции, она проживала их в песне. Её манера исполнять – немного томная, почти разговорная, с простыми интонациями – притягивала к себе и делала песни по-настоящему близкими. Люди верили этому голосу.
Москва, поиск себя и сотрудничество с Пугачёвой
В Москву Марина приехала в конце 80-х не как провинциалка в поиске удачи, а уже как сформировавшаяся певица с характером и голосом. Она почти сразу попала в серьёзный проект. Её пригласили исполнить женские вокальные партии для фильма Георгия Юнгвальд-Хилькевича «Узник замка Иф», где музыку писал Александр Градский и сам же исполнял мужские партии. Аранжировками занимался участник рок-группы «Альфа» Сергей Сарычев. Он обратил внимание на Журавлёву и предложил работать вместе.
Марина согласилась, и с этого момента Сарычев стал не только её автором и продюсером, но и мужем. Он ушёл из группы ради работы с ней. В 1989 году вышел первый альбом – «Поцелуй меня только раз», но слушателей он не заинтересовал. Тогда Журавлёва выбрала другую нишу: простые мотивы и тексты о поиске женского счастья, любовных ранах и страсти. Последовали друг за другом альбомы: «Алые гвоздики» и «Белая черемуха». Заглавная песня второго стала хитом и визитной карточкой певицы. Журавлёва стала узнаваемой на телеэкранах, попала в коллектив Аллы Пугачёвой, ездила в туры с её командой, выступала на крупнейших площадках, но вскоре… исчезла.
Слава с привкусом страха и побег в Америку
Исчезновение Марины Журавлёвой с телеэкранов и афиш не связано с творческим кризисом, зависимостью или беременностью, как это обычно бывает. Это был осознанный побег – почти как из дурного сна. В начале 90-х певица находилась на пике: сотрудничество с театром Аллы Пугачёвой, сольные концерты в России и за рубежом, плотный гастрольный график. Но вместе с бешеной популярностью пришло и то, о чём тогда не говорили в интервью. В России воцарилась атмосфера беззакония и страха. Артисты становились мишенями для криминальных структур: рэкет, угрозы, попытки «взять под крышу» были не редкостью, а реальностью.
Марина с Сарычевым это чувствовали остро. Их пытались контролировать мафиозные группировки, захватившие шоу-бизнес: они навязывали свои условия, требовали проценты с гонораров и не стеснялись угроз. Позже Журавлёва признавалась, что во время гастролей ей приходилось держать пистолет под подушкой, а иногда спать в окружении охранников, чтобы просто дожить до утра. Такая жизнь медленно, но верно истощала. Когда Марине предложили поехать с гастролями в США, она не колебалась. С мужем и дочерью от первого брака Журавлёва перебралась за океан, где планировала переждать бурные времена. Но в итоге осталась там навсегда.
Жизнь в Америке и страшная болезнь дочери
Сначала они осели в Лос-Анджелесе, потом в Майами. Жизнь в Америке была непростой, но стабильной. Журавлёва работала в эмигрантских кругах: выступала в ресторанах, на праздниках, записывала новые песни. Она пыталась работать в разных жанрах – от шансона до технодэнса и латино. Пробовала удержаться, искать свой голос в новой среде. Но закрепиться на местной сцене не вышло – слишком другая публика. Но возвращаться на родину она не думала и интервью российским СМИ предпочитала не давать.
Когда в 2000 году брак с Сарычевым распался, мысль о возвращении в Россию мелькнула. Но именно тогда её дочь Юлия тяжело заболела – врачи поставили диагноз: опухоль мозга. Журавлёва сосредоточилась на лечении, отказалась от концертов, переехала в спокойный пригород во Флориде и практически исчезла из публичной жизни. Позже к ней перебралась мать. Ради дочери и тишины Марина сменила каблуки на кеды, сцену – на задний двор, полный лимонных деревьев. Спустя несколько лет она снова вышла замуж – на этот раз за эмигранта из Армении. Этот союз продлился около десяти лет, но распался.
Хочется больше? За ностальгией сюда:
- «Руки Вверх!». Плейлист наших воспоминаний, Сергей Жуков
- «Жизнь под кайфом. Откровенная автобиография», Дана Борисова
- «Миражи и звезды. Моя исповедь», Наталия Гулькина
- «Раскрытое окно. Стихи», Татьяна Снежина
- «Люблю», Ирина Нельсон
- «Александр Градский. Гранд российской музыки», Евгений Додолев
Похожие материалы: