Чернильные тени и сломанные печати
Портал поглотил их с хрустальным звоном, словно гигантское зеркало, разбивающееся на миллионы осколков. Лео ощутил знакомое головокружение межмирового перехода, но на этот раз его не тошнило - только холодок в шраме пульсировал в такт странному ритму.
Они приземлились в густом тумане. Не в привычном зале транспортного узла Сомнолуса, а прямо среди искривленных зеркальных деревьев Сада. Воздух пах медью и старыми книгами.
"Малыш" выскочил из рюкзака Ириски и завис в воздухе, сканируя пространство. Его экран залился кроваво-красным.
- Концентрация серых паттернов 98,7%, - прошептала Ириска. - Мы в самом эпицентре...
Векс щелкнул дестабилизатором. Прибор завыл тревожно, стрелки шкал метались как сумасшедшие.
- Глим нас кинул не просто в ловушку, - его голос звучал неестественно глухо. - Он отправил нас прямо в пасть. Это не просто Сад. Это...
Лео не дал ему договорить. Он шагнул вперед, к ближайшему зеркальному стволу. В отражении не было его лица - только мерцающий золотом силуэт женщины с растрепанными волосами. Мать. Ее губы шевелились, но звука не было.
Внезапно "пустые" синхронно схватились за головы. Их серые нити натянулись, засветились, а затем... лопнули. Тела охранников рухнули на землю, из глазниц и ртов выползали черные червеобразные существа.
- Контроль снят, - процедил Векс. - Их просто использовали как проводников. Теперь мы здесь... одни.
Из тумана выступила фигура. Высокая, в плаще из живых теней. Господин Завтра. Но что-то было не так - его контуры дрожали, будто изображение на плохо настроенном телевизоре.
- Приветствую, Созерцатель, - его голос звучал сразу из всех направлений. - Ты принес то, что я просил?
Лео машинально сжал капсулу "Сердечный Отклик". В голове пронеслось: "Это усилитель Стагнации. Он хочет использовать его для..."
Векс выстрелил первым. Заряд дестабилизатора прошел сквозь фигуру, не причинив вреда. Завтра рассмеялся:
- Уже поздно. Ты уже доставил мне главное, курьер. - Его рука (или то, что казалось рукой) протянулась к Лео. - Ее песню. Твой дар. Ключ.
Мать поет, и золотые волны окутывают маленького Лео. "Когда-нибудь он приведет тебя к отцу. К нам домой".
Лео вдруг понял. Он отпустил капсулу. Та разбилась, выпуская не свет, а клубы черного дыма. Но он уже не смотрел на это - его голос сорвался в той самой странной песне, которую пела мать.
Зеркала вокруг зазвенели. Золотые нити из шрама на руке Лео сплелись в сложный узор - точь-в-точь как в архиве, на рисунке матери.
Завтра впервые отступил. Его фигура замерцала сильнее.
- Ты... не должен был помнить! Она скрыла это от меня!
Но было поздно. Сад Зеркальных Рос оживал. В каждом осколке отражались разные версии Лео - ребенок, подросток, взрослый. И во всех у него на руке светился один и тот же узор.
Ириска что-то кричала, "Малыш" визжал, Векс пытался стабилизировать поле. Но Лео видел только одно - в главном зеркале теперь четко отражались двое. Он... и женщина в переливающейся куртке. Мама. Она улыбалась.
Последнее, что он услышал перед тем, как мир взорвался светом - ее голос:
- Добро пожаловать домой, Созерцатель.
Золотой узор на руке Лео пылал, как раскалённая вязь. Песня, сорвавшаяся с его губ, была не просто звуком - она материализовалась. Звуковые волны, видимые невооружённым глазом, сплетались в мерцающие лиры и арфы из чистого света, ударяя в дрожащую фигуру Господина Завтра.
- ТЫ НЕ ДОЛЖЕН ПОМНИТЬ! - голос Завтра превратился в скрежет разбитого стекла. Его теневая форма расплывалась, как чернильная клякса в воде. - ОНА УКРАЛА ЭТО У МЕНЯ! УКРАЛА ТЕБЯ!
Векс не стрелял. Он наблюдал, его дестабилизатор жужжал, записывая аномальные показатели.
- Ириска! Координаты 7-Дельта! Фокус на резонансный фон!
- Уже! - Ириска вбивала команды в "Малыша". Сканер завис, выпуская фиолетовые импульсы, которые сливались с золотыми нитями Лео. - Частота совпадает с песней! Это ключ к его... стабильности?
В огромном зеркале за спиной Завтра образ матери стал чёток. Она подняла руку - и Лео повторил жест. Их пальцы совпали в отражении.
- ЭХО! - завыл Завтра, и в его голосе впервые прозвучала не звериная ярость, а... страх. - ТЫ МЕРТВА!
- Нет, - прошептал Лео, и его голос зазвучал эхом в тысячах зеркал. - Она здесь. В каждом осколке Сомнолуса. В каждой ноте этой песни. Ты не уничтожил её. Ты запер.
Из разбитой капсулы "Сердечный Отклик" клубился чёрный дым - концентрированная Стагнация. Но вместо того чтобы поглотить Сад, дым отступал от лучей, рождаемых песней. Он сгущался вокруг Завтра, как бандаж, сжимая его дрожащую форму.
- Смотри! - крикнула Ириска.
На запястье Завтра, там, где должна быть кожа, мерцал точно такой же золотой узор, как у Лео. Но он был блёклым, рваным, словно выжженным кислотой.
- Он... как ты? - ахнул Векс. - Но его узор умирает...
- Он не Созерцатель, - голос Лео звучал с непривычной твёрдостью. - Он вор. Он пытался присвоить силу этого места. Но она отвергает его.
В зеркале мама улыбнулась и сделала шаг навстречу. Не из глубины отражения - сквозь стекло. Её рука, прозрачная и сияющая, легла на плечо Лео. Холодок в шраме сменился теплом.
- ДОСТАТОЧНО! - Завтра взревел. Тьма вокруг него сжалась в чёрное копьё и метнулась в Лео.
Векс бросился вперёд, но было поздно. Ириска вскрикнула.
Копьё остановилось в сантиметре от груди Лео. Его удерживали золотые нити, сплетённые в щит. А перед ним, приняв удар на себя, стояла она – мама Лео. Её сияющий образ дрожал, но не отступал.
- Мама...
- Мост строится двумя берегами, сын, - её голос звучал ясно, без эха. - Твой отец... он ждёт. Но чтобы пройти, нужно запечатать разлом.
Лео понял. Он поднял руку с пылающим узором - не к Завтра, а к самому Сердцу Сада - к древнему, покрытому трещинами зеркальному кристаллу, возвышавшемуся над озером.
- НЕТ! - Завтра рванулся вперёд, но Векс наконец выстрелил. Заряд дестабилизатора, усиленный фиолетовыми импульсами "Малыша", попал точно в бледнеющий золотой узор на запястье Тени.
Раздался вопль, больше похожий на звон бьющегося хрусталя. Форма Завтра распалась на мириады чёрных осколков.
Лео в это время пел. Песня лилась к кристаллу, а золотые нити с его руки протянулись к трещинам. Сеть света оплела повреждённый артефакт. Трещины стали затягиваться. Серый туман над озером посветлел, а в отражениях зеркал мелькнули знакомые силуэты: стройный мужчина с глазами цвета Сомнолуса и улыбающаяся женьщина...
- Мост... - прошептал Лео, чувствуя, как сила покидает его. Он рухнул на колени.
Рядом материализовалась Ириска, подхватив его. Векс накрыл их дестабилизатором, сканируя периметр.
- "Пустые" испарились. Стагнация отступает. Но Завтра... он не уничтожен. Ядро ускользнуло.
- Зато разлом закрыт, - Ириска ткнула пальцем в кристалл. Он сиял ровным золотым светом, а на его поверхности чётко проступил узор - их фамильный знак. Печать Созерцателя.
В воздухе дрожали последние ноты песни. Лео поднял глаза на огромное зеркало. Там, в глубине, стояли двое. Мать и... он. Человек с глазами, как у Лео, и таким же знаком на руке. Отец. Они махнули рукой - не "прощай", а "до скорого".
- Они...
- Живы, - Векс грубо отёр ладонью щёку. - Только не здесь. Запечатаны там, за мостом. Но мост теперь под твоей защитой, Бард.
Сад Зеркальных Рос преображался. Серый иней таял, обнажая изумрудную траву. Зеркала отражали чистое небо, а не пустоту. В воздухе витал сладкий запах незнакомых цветов.
- Что теперь? - спросила Ириска, помогая Лео встать.
- Теперь, - Лео коснулся тёплой поверхности кристалла, чувствуя его спокойный пульс, - мы доставим Глиму отчёт. Лично. И его "десерт".
Он посмотрел на дымящиеся руины капсулы "Сердечный Отклик".
Векс оскалился:
- С пылу с жару, как ты говорил. И знаешь что? Думаю, ему не понравится подача.
"Малыш" пискнул, выпустив радужный салют. Над озером, пронзая последний туман, взошло двойное солнце Сомнолуса. Дом ждал.
Продолжение следует ...