Родственники годами обижали мою свекровь, а заступиться за нее смогла только я

Когда я только собиралась замуж за Захара, он меня предупредил, что у него родственники не самые простые.

- Они слишком любят шутки, - сказал жених. – И не всегда они корректные. Ты не принимай ничего близко к сердцу.

Когда я познакомилась с тогда еще будущей свекровью, мне показалось, что Захар преувеличил. Лилия Геннадьевна нормально себя вела, была вежливой и открытой со мной.

Только на свадьбе я поняла, о чем говорил Захар. Его родственники стали отпускать разные шутки, а также вспоминали многие неловкие ситуации, в которые попадали Захар и его мама. И зачем это было делать только? Все-таки праздник, нужно веселиться.

Семейная жизнь у нас с Захаром была спокойной. Меня только всегда напрягали посиделки с его родственниками. Эти люди вечно как-то шутили неудачно, поэтому мне не хотелось лишний раз с ними встречаться.

В этом году свекровь праздновала свой юбилей. Ей было 70 лет, которые отметить с ней решили две ее сестры, брат. И все эти люди собирались прийти с семьями.

В день, когда планировалось застолье, я отправилась рано утром к Лилии Геннадьевне. Я хотела помочь ей приготовить все, накрыть на стол.

- Как-то я нервничаю, - призналась свекровь. – Возраст, наверное, такой уже. Все я близко к сердцу стала принимать.

Я понимала, из-за чего переживала свекровь. Она знала, что вновь придется терпеть колкости родственников. Тут и любой молодой начал бы нервничать.

За столом все собрались около 6 вечера. И родня свекрови тут же стала поздравлять ее, дарить подарки. Все шло поначалу хорошо.

Но потом слово взяла Диана Геннадьевна, сестра свекрови. И она тут же стала говорить о том, как именинница плохо выглядит.

- Ты в свои 70 лет какая-то уставшая и замученная, - сказала женщина. – И все твой огород виноват. Ты не должна им столько времени заниматься. Надо как-то силы экономить, бросать их на что-то другое.

Лилия Геннадьевна напряглась, когда услышала это. Любому станет неприятно, если его внешность будут обсуждать при всех.

Потом включилась Зоя Григорьевна, двоюродная сестра свекрови. И она стала вспоминать, как Лилия Геннадьевна танцевала у ее сына на свадьбе и порвала платье.

- Смеху-то сколько было! – гоготала Зоя Григорьевна. – Если бы не этот случай, то скучали бы мы на той свадьбе. Все-таки жених и невеста были совсем не похожи на нас. Не любят они веселье, как оказалось.

Я видела, как свекровь еле сдерживается, чтобы не начать плакать. А вот у меня уже не было сил, чтобы терпеть подобные речи. И я решила вступиться за Лилию Геннадьевну.

- Хватит! – поднялась я со стула. – Сколько вы будете травить человека? Вы с праздником пришли поздравить эту чудесную женщину! И я не позволю никому из вас оскорблять мою свекровь! Она не заслужила такого к себе отношения.

Тут же стал выступать Эдуард Геннадьевич, брат свекрови. Он начал смеяться, говорил, что так шутить у них в семье принято. Но я еще раз напомнила о том, что существуют какие-то правила приличия.

- Раз вы все такие обидчивые, - поднялась Зоя Григорьевна, - то мы уходим.

Только за женщиной никто не пошел. И когда она это поняла, она тут же вернулась за стол, стала продолжать беседу. А она шла очень напряженно.

В итоге торт подан был раньше запланированного времени. И когда он был съеден, все гости стали сухо прощаться и расходиться.

Когда в квартире остались только мы с мужем, свекровь поблагодарила меня. Она сказала, что давно хотела прекратить весь кошмар, но никак не решалась это сделать.

- Я только боюсь, что теперь со мной никто из родни не будет общаться, - сказала Лилия Геннадьевна. – А это как-то неправильно, когда близкие люди не разговаривают.

- Неправильно, мама, - сказал Захар, - когда близкие люди друг друга оскорбляют и прикрывают свою грубость шутками.

Родственники действительно настроились против Лилии Геннадьевны. Это стало понятно уже через пару недель. Тогда отмечал свой день рождения Эдуард Геннадьевич. И он не позвал на свой праздник моя свекровь. И про нас с мужем он не вспомнил.

Свекровь поздравила его, но он даже не ответил на ее сообщение. Она быстро успокоилась после этого, видимо, поняла, что лучше без родственников вообще, чем с таким их отношением.