Рита срочно поехала к Аиде. Она никак не ожидала, что Герман захочет развестись со своей женой и жениться на ней, Рите.
Всё по-серьёзному и без обмана. Даже об аборте и речи не шло. Хотя и искренней радости не заметила она в лице Германа, лишь холодный взгляд и расчёт в глазах.
-У него сын-инвалид. Видимо, надеется, что ты родишь здорового мальчика - пояснила Аида - у Беркутовых огромное богатство, и об этом все знают. Просчитывает наперёд так сказать.
Рита не знала, куда себя деть от перевозбуждённого состояния. Глаза её бегали, руки тряслись. Её-то радость охватила. На расчёты Германа ей наплевать. Главное, что она с ребёнком не будет брошена на произвол судьбы.
Рита уже даже и забыла, что эта беременность никакого отношения к Беркутову не имеет.
-Теперь бы действительно мальчика родить - пробормотала она - но даже если девочка, то я теряться не буду, тут же ещё забеременею.
-У-у ... Нашу красавицу понесло - рассмеялась Аида - ты вытянула счастливый билет и действуй теперь с умом. Пока колечко на безымянный пальчик тебе не наденут. И опасайся жены Германа. Она вроде неконфликтная, но мало ли что там у бабы в голове от такого расстройства переклинит. О разводе, я думаю, она точно не мечтала. Кто же о таком мечтает. Из золотой клетки не каждый стремиться свободу получить.
От Аиды поехала Рита к Серафиме. Её так и подмывало поделиться со старухой радостной новостью. Но Аида приказала язык за зубами держать и на рожон не лезть. А то Герман может и передумать.
-Что-то давно вас не было у меня, Риточка - Серафима открыла дверь и кивком головы пригласила девушку войти - очень уж вы мне близки стали. Я всё думала и думала о вашей деревне, о родителях ваших, о брате. Как-то несправедливо так рано уходить, ещё жить бы да жить, внуков растить. У вашей мамы остались внуки?
Рита замялась. Разговоры о её прошлой жизни раздражали девушку. Ну к чему это мусолить?
-Да ... - нехотя ответила она - Динка. Ей пятнадцать. Непутёвая девчонка. Даже похорон бабушки не дождалась, обворовала меня и сбежала. Вы знаете ... Она и неродная нам вовсе, наверное, поэтому так подло поступила. У моего брата и его жены младенец не выжил при родах. Так они по дороге домой брошенную девочку в лесу нашли. Представляете? И вместо того чтобы в милицию отвезти, забрали её себе и записали как свою дочку.
Рита и сама не знала, для чего она так разоткровенничалась. Видимо, захотела ещё сильнее к себе Серафиму расположить. На судьбу Динки ей, по сути, плевать было. Пропала и пропала. Если умная, то пробьётся в жизни, а если нет, то по плохой дорожке сразу пойдёт.
-В лесу? - взволнованно переспросила Серафима, покрепче схватившись за свою клюку. Прихрамывала она, запущенный артроз коленного сустава, и сейчас всё чаще прибегала к помощи трости, которую Герман ей купил и подарил, стараясь матери угодить хотя бы в этом. Но Серафиме угодить он не мог. В мыслях был лишь родной сын, Виталик.
И рассказ Риты зацепил её. Сердце отчего-то забилось быстро-быстро, когда она услышала про брошенную девочку в лесу. Ведь и машина Виталика где-то в тех местах взорвалась. Спустя столько лет Серафима никак не могла понять, зачем они с Зоей поехали туда?
-Ну, да ... Вам нехорошо, Серафима Павловна? Может водички? - засуетилась Рита, видя что старуха как-то побледнела, дрожащими пальцами левой руки массирует висок.
-Риточка, всё нормально. Вы документы оставьте и поезжайте, пожалуйста, домой. Я позвоню Герману, как изучу их и подпишу. Он сам заберёт.
Было явно заметно, что Серафима спешит поскорее выпроводить Риту, чуть ли не подталкивая её к двери в прихожей. Пришлось быстренько обуться и восвояси. У стариков свои причуды, решила Рита и направилась к служебной машине, которую приказал выделить Герман для неё.
***
Серафима закрылась на все замки и, уткнувшись лбом в холодный дермантин, которым была обита дверь, застыла. Всё, что успела рассказать ей Рита, взволновало её. Брошенная девочка в лесу ... Мысленно она всё возвращалась и возвращалась к этому. У неё не было ни одной зацепки, только письмо, что её внучка жива. А где искать? Как?
Забыв в комнате клюку, Серафима, прихрамывая, добралась до телефона. Коленка нещадно ныла и горела внутри. Ей необходимо было рассказать об этом Сергею, хоть он и просил не звонить ему самой, как зря. Но это было важной деталью. Вдруг та девочка ... Даже подумать страшно, волнительно ...
Серафима в последнее время только и размышляла о судьбе своей внучки. Какой она выросла?
Сергей взял трубку сразу, молча выслушал.
- Это хорошо, что вы мне об этом рассказали. Значит, я на верном пути и скоро смогу предоставить вам полный отчёт о проделанной работе.
- Только прошу тебя, по возможности поскорее. Старею. Недолго уж мне осталось. Хочу успеть внучку увидеть и всё передать ей из рук в руки. Не будет моей душе покоя на том свете, если свою наследницу не разыщу.
Разговор с Сергеем внушил надежду, что скоро всё прояснится и её мучениям придёт конец.
***
У Дины опускались руки. Она никак не могла спеть так, как того требовал от неё Гриша.
Макс сегодня на записи песни тоже решил поприсутствовать от начала и до конца. Он на проект с Динкой поставил всё и проиграть уже не мог.
- Ну а как ещё? Я не понимаю - разволновалась Динка, уставившись за стеклом в текст песни. Она вытягивала все ноты, но присутствие Макса смущало её и получалось как-то кривоватенько и неуверенно. Она уже привыкла, что Макс бегает где-то весь в делах, а они с Гришей в студии вдвоём.
Макс встал и ушёл к Динке, попросив Гришу выключить микрофон. За толстым стеклом было неясно, что именно он говорит девушке. Взгляд его ничего хорошего не предвещал, как и вся поза. Динка молчала, вжав голову в плечи и сжав кулаки.
Гриша, пока наблюдал за ними, с грустью подумал, что Макс ещё больше девчонку зажатой делает. Так она вообще сегодня нормально записать песню не сможет. Макс с ней помягче бы, что ли, был? Ведь невооружённым глазом видно, что Динка в него влюблена.
Не выдержав, Гриша ушёл покурить. Пусть сами разбираются. Но так долго это не может продолжаться. Время - деньги.
- Ты совсем тупая? - процедил Макс.
Динка вдруг с вызовом подняла подбородок кверху, сузила глаза.
- Что ты хочешь от меня? Ты знал, что образования у меня нет. Я стараюсь как могу. Не ем, не сплю толком. Ты загнать меня решил? Мне какая польза? Это ты бабки на моём голосе решил заработать, а я из себя певицу делать не просила!
Макс опешил. Он смотрел на Динку во все глаза. А девчонка-то языкастая, в обиду себя не даст.
Он взъерошил свои волосы и вдруг, резко притянув её к себе, поцеловал. Сам не понимал зачем, даже не предвещало ничего.
Поцелуй был долгим. Динке он показался вечностью. Но внутри неё словно взорвалось что-то, заискрило. От радости хотелось кричать на весь мир о своей любви.
- Дома продолжим разговор - так же резко, как и поцеловал, отстранился от девушки Макс. У него внутри были смешанные чувства. Он сам себя в угол загнал.
Вернувшийся Гриша кожей почувствовал, что что-то изменилось между этими двумя. Макс, не глядя ему в глаза, стараясь выглядеть невозмутимо, сказал, что ему доехать куда-то нужно, и ушёл.
Динка же, сверкая счастливыми глазами, сразу же спела так, как Гриша от неё требовал.
- Случилось чудо? - шутливо спросил он, когда они закончили запись и собирались домой.
- Больше - загадочно ответила Динка. Гриша сейчас отвезёт её домой, а там Макс. Интересно, что он ей скажет? Сердце девушки билось, как ненормальное. То в жар, то в холод бросало. Она любила, любила этого неприступного мужчину, который старше неё на целых пятнадцать лет. Но для настоящих чувств разве возраст помеха?