Телефонная трубка в руках Галины Ивановны дрожала. Очередной разговор с невесткой длился от силы минуту, но оставлял такое ощущение, будто час по морозу простояла.
— Артём дома? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал бодро.
— Нет, на работе, — сухо ответила Светлана. — Поздно придет.
— А как малыши? Давно не видела внуков...
— Нормально. Мне пора.
Гудки в трубке. Даже "до свидания" не сказала.
Галина Ивановна медленно опустилась в кресло. После третьего инфаркта любое волнение давалось тяжело, а разговоры с сыном или невесткой превратились в настоящее испытание. Когда-то они были такой дружной семьей... Или ей только так казалось?
Двадцать пять лет назад Галина Ивановна была счастлива. Сын Артём только закончил институт, работал программистом, даже небольшие подарки матери покупать начал. А главное — перестал допоздна гулять с друзьями и приходить домой в состоянии, которое деликатно называли "веселым".
Растила его одна, отца мальчик не знал. Может, поэтому так баловала — хотела компенсировать отсутствие второго родителя. Покупала всё, что просил, записывала на любые курсы. Помнит, как в долги влезла, чтобы компьютер ему купить — тогда это была роскошь невиданная.
— Слишком потакаешь ему, — говорили соседи. — Мужчину из него не вырастишь.
Но Галина Ивановна их не слушала. Любовью, думала, испортить нельзя.
А потом сын пришел домой сияющий и объявил:
— Мам, у меня девушка есть. Светлана. Хочу тебя с ней познакомить.
Галина Ивановна обрадовалась. Пора уже, в двадцать шесть лет пора семью заводить.
Светлана оказалась симпатичной девушкой — невысокая, аккуратная, говорила мало, но вежливо. Работала официанткой в кафе, откуда родом — не распространялась. Только упомянула, что из небольшого города, родители далеко живут.
— Мы пожениться хотим, — сказал Артём через месяц. — И... ты бабушкой станешь.
Это была лучшая новость в жизни Галины Ивановны. Внук! А может, внучка! Она сразу начала вязать пинетки и покупать детские вещички.
Свадьбу делали скромную, но красивую. Галина Ивановна отдала все накопления — хотела, чтобы у сына всё было как надо. В подарок молодым купила машину — подержанную, но надежную.
— Мам, ты что, зачем так тратишься? — удивлялся Артём.
— Да ладно, мне деньги не нужны. Лучше вам пригодятся.
Внук родился здоровым, красивым мальчиком. Галина Ивановна хотела помогать — с ребенком посидеть, по дому что-то сделать. Но Светлана как-то отстраненно реагировала на все предложения помощи.
— Спасибо, мы справляемся, — отвечала она с вежливой улыбкой.
На внука Галину Ивановну смотреть особо не приглашали. А когда сама приходила, чувствовала себя неловко — будто мешала.
— Может, погуляю с коляской? — предлагала.
— Не надо, мы уже гуляли, — отвечала невестка.
Когда малыш подрос, ситуация не улучшилась. Второй внук появился через три года, но и его Галина Ивановна видела редко. На дни рождения звали, но как-то формально. Подарки принимали вежливо, но без особой радости.
Артём тоже изменился. Стал более сдержанным с матерью, реже заходил в гости. А если приходил, то ненадолго и какой-то напряженный.
— Что случилось, сынок? Я что-то не так делаю? — спросила Галина Ивановна однажды прямо.
— Да нет, мам, всё нормально. Просто у нас дел много, дети маленькие...
Но чувствовалось — что-то не так.
После первого инфаркта Галина Ивановна надеялась, что сын станет внимательнее. Так и случилось — первое время. Артём часто звонил, заходил, даже уговаривал к ним переехать.
— Зачем тебе одной в этой большой квартире? Переезжай к нам.
Но Светлана идею не поддержала.
— У нас тесно. И потом, Галине Ивановне привычнее дома.
После второго инфаркта визиты сына стали реже. А после третьего почти прекратились. Звонил изредка, спрашивал о здоровье, но говорил всё более холодно.
Галина Ивановна не понимала, что происходит. Она не вмешивалась в их семейную жизнь, денег не просила, не критиковала невестку. Чего же от неё хотят?
Соседка Людмила Петровна однажды не выдержала:
— Слушай, Галя, а не кажется ли тебе, что твоя невестка тебя сыну очерняет?
— Да что ты, она девочка хорошая...
— Хорошая! — фыркнула Людмила. — Я таких насквозь вижу. Квартиры твоей ждет, вот и все дела.
Галина Ивановна не хотела верить в такое. Но факты говорили сами за себя.
Спасением стал Максим — сын соседки снизу. Парень учился на медицинского работника, добрый и отзывчивый. Увидел, что пожилая соседка с трудом до магазина добирается, стал помогать.
— Галина Ивановна, я в магазин иду, вам что-нибудь принести?
Сначала она стеснялась просить, но Максим настаивал. Потом врач назначил уколы — в поликлинику ехать сил нет, частную медсестру вызывать денег нет.
— Это не проблема, — сказал Максим. — Я же почти готовый медработник, уколы ставить умею.
И стал приходить каждый день — утром и вечером. А потом они пили чай, и Максим рассказывал про учебу, про планы на будущее. Галина Ивановна слушала и думала — почему чужой парень заботится о ней больше, чем родной сын?
— У меня бабушки никогда не было, — признался как-то Максим. — А мне всегда хотелось, чтобы была бабушка, которая чаем угостит, про жизнь расскажет.
Эти слова больно резанули по сердцу. Вот у неё есть внуки, а видит их от силы раз в месяц.
Однажды Артём пришел забрать какие-то документы и был явно не в себе — выпивший и раздраженный.
— Мам, ну когда ты поймешь наконец? — вдруг взорвался он. — Ты же видишь — Светлана тебя не выносит! А ты всё лезешь к нам, всё предлагаешь помочь. Надоело уже!
Галина Ивановна оторопела:
— Но я же ничего плохого не делаю! Хочу просто внуков видеть...
— Внуков! — сын нервно засмеялся. — Да ты же их по именам-то не знаешь толком! Всё бабушка, бабушка... А что ты бабушкиного сделала? Подарки дорогие покупаешь — это не забота, это показуха!
— Артем, что с тобой? Откуда такие слова?
— А с чего мне быть другим? Ты меня всю жизнь баловала, а потом удивляешься, что я не приспособлен к жизни! Светлана права была — говорила, что ты меня испортила.
Сын ушел, хлопнув дверью. А Галина Ивановна сидела и пыталась понять — неужели всё, что она для него делала, было неправильно?
Через неделю Артём позвонил, голос был спокойнее:
— Прости, мам, накричал тогда. Просто устал очень.
— Сынок, давай поговорим нормально. Объясни мне, что я делаю не так?
— Ничего ты не делаешь не так. Просто... просто нам нужно время. Дети растут, работы много. Не обижайся, но пока лучше пореже видеться.
— А внуки? Я ведь совсем их не знаю...
— Позже, мам. Когда подрастут.
Галина Ивановна поняла — "позже" может не наступить никогда.
Максим по-прежнему каждый день заходил. Помогал по хозяйству, покупал продукты, просто разговаривал. Галина Ивановна привязалась к парню как к родному внуку.
— Знаешь, Максим, — сказала она как-то, — у меня к тебе разговор есть.
— Конечно, Галина Ивановна.
— Я тут думала... У меня есть завещание. Квартиру сыну оставляла. Но теперь сомневаюсь.
Максим удивленно посмотрел на неё:
— Не понимаю...
— А понимать и не надо. Просто знай — ты для меня стал роднее родного сына. И если что со мной случится, квартира твоя будет. Документы уже оформила.
— Галина Ивановна, да что вы говорите! Это же неправильно...
— Правильно-неправильно... Ты заботишься обо мне искренне, а они только квартиры ждут. Думаешь, я не понимаю?
Максим хотел протестовать, но Галина Ивановна его остановила:
— Всё решено. И никому ни слова, пока время не придет.
Четвертый инфаркт случился неожиданно. Галина Ивановна почувствовала себя плохо утром, успела только Максиму позвонить. Парень вызвал скорую, но было уже поздно.
Артём приехал в больницу уже после того, как всё закончилось. Плакал, клялся, что они помирились бы, что он всё понимал...
На похороны пришли соседи, Максим с мамой, несколько сослуживцев Артёма. Светлана стояла рядом с мужем и делала скорбное лицо, но в глазах читалось облегчение.
Через неделю нотариус огласил завещание. Артём сидел бледный, Светлана нервничала — что-то её настораживало в официальном тоне юриста.
— Согласно завещанию от... квартира по адресу... завещается гражданину Максиму Сергеевичу Волкову...
Дальше Артём уже не слышал. Светлана побледнела, потом покраснела:
— Это невозможно! Какой-то чужой парень! Мы же родственники!
— Завещание составлено по всем правилам, — спокойно ответил нотариус. — Обжаловать можете, но шансов мало.
Максим сидел ошеломленный. Он искренне не ожидал такого поворота.
— Я не понимаю... — пробормотал Артём. — Почему мама так поступила?
— Наверное, потому что этот молодой человек был рядом последние два года, — мягко сказал нотариус. — А вы...
Он не договорил, но всем всё было понятно.
Светлана встала и направилась к выходу:
— Пойдем, Артём. Здесь больше делать нечего.
Максим остался в нотариальной конторе последним. Он думал о Галине Ивановне, которая научила его главному — настоящая семья не всегда та, что по крови.
_ _ _
А как Вы думаете — правильно ли поступила Галина Ивановна? Бывали ли в Вашей жизни ситуации, когда чужие люди становились роднее родственников? Поделитесь своими историями в комментариях!
Буду рада Вашей подписке!!!