Редкий случай, когда брачная тема якобы прошла в книгу об архетипах. Почему "якобы"? Потому что она брачная только в нашем сознании. На самом деле с восьмого по одиннадцатый архетипы решается не брачный, а женский вопрос. Что делать с женщинами?
Восьмой архетип впадает в одну крайность, девятый в другую, и, наконец, десятый говорит, что надо браться за дело, засучив рукава, по сути с нуля, иначе программа 11-го архетипа будет провалена напрочь.
После печатной публикации "Секретного фарватера" я обязательно вернусь к этой теме и подробно прослежу её развитие от 8-го до 11-го архетипов. А пока то, что есть - отрывок из "Наставника"...
Сотворение женщины
Наставники должны наставлять. И они готовы взять себе в ученики кого
угодно, но всегда предпочитают женщин. Смысл данного предпочтения очевиден, женщина — это педагогический пластилин, идеальное пространство для тонких психологических настроек. Кроме того, надо на качественно новом уровне продолжить дело Мертвяков по вытаскиванию Женщины из густой общественной тени. Мертвяки верили в женщин слепо, преклонялись перед ними авансом, Наставники прозрели и поняли, что проект раскрутки женщин надо начинать, по сути дела, с нуля: воспитывать, натаскивать, учить буквально всему на свете.
Скульптор Пигмалион — это из греческой мифологии. Изваял себе статую, влюбился в свое творение, упросил богов оживить ее. Получилась вполне натуральная, теплая и ароматная Галатея, а Пигмалион приравнял себя к богам. Красиво! У Бернарда Шоу два ученых джентльмена, Хигинс и Пикеринг заключают пари, на предмет того, что через шесть месяцев они из уличной девчонки–цветочницы сделают светскую леди. Элиза Дулитл под их художественным руководством не просто преображается, по сути дела она рождается из ничего.
Математик и священник Льюис Кэрролл, совсем не по специальности, а по
велению, как говорится, своей души придумал сказочную девочку Алису,
которую сначала отправил в «Страну чудес», а затем и в «Зазеркалье». Как
математик он создал конструкцию совершенную, как богослов вдохнул в эту
конструкцию душу. Но главное, он создал девочку на мужской вкус, а не просто
саму по себе.
Еще один сказочник — Лаймен Фрэнк Баум. Свою Дороти он создал якобы затосковав после рождения трех мальчиков подряд. Дороти, как и Алиса стала образцом для подражания всех девочек мира. А Наставник еще раз доказал, что мужчина может быть лучшим девчачьим конструктором. Не любить этих сказочных девочек нельзя: все львы, орлы и куропатки, все песики и котики — у их ног. Впрочем, есть у созданных Кэрроллом и Баумом девочек и враги — это мерзкие взрослые тетки, королевы, колдуньи и прочее в этом духе.
К списку сказок по «хорошую девочку» можно добавить еще и «Красную шапочку» Шарля Перро, такого же Наставника.
Александр Грин, «Алые паруса»… Прекрасная Ассоль — всего лишь дочь матроса и ремесленника. Но, если верить автору, она, оказывается, — «живое стихотворение»:
— Не раз, волнуясь и робея, она уходила ночью на морской берег, где, выждав рассвет, совершенно серьезно высматривала корабль с Алыми Парусами. Эти минуты были для нее счастьем, нам трудно так уйти в сказку, ей было бы не менее трудно выйти из ее власти и обаяния.
Ремедиос Прекрасная Габриэля Маркеса, которая дожила до двадцати лет, но так и не научилась ни читать, ни писать, ни обращаться с приборами за столом. Зато бродила по дому нагая, вводя ароматом любви и томления всех иноземцев
в состояние внутренней катастрофы…
Женские образы, созданные Наставниками, пребывают в литературе веками: Лаура Петрарки, женщина под «идеальным солнцем» Фета, Принцесса Греза и Роксана Эдмона Ростана, Прекрасная дама и Снежная маска у Блока, Жена, облеченная в солнце, у Белого… Ну, и так далее.
Для Наставников все это очень серьезно. Фет и Новалис не на бумаге, а в жизни доказали, как можно сохранить верность мимолетной юношеской любви… Живописец Сальвадор Дали фактически приравнял на своих полотнах любимую жену к любимому богу…
Василий Розанов говорил, что «обманулся в вере, в цивилизации, в литературе, в людях вообще и лишь одна категория осталась вне сомнений, разумеется, любовь». Написать такое Головану, а хоть бы и Сталкеру, было бы не мыслимо, ибо их–то как раз разочаровывает именно любовь. В то время как вера, цивилизация и тем более литература разочаровать не могут.
Ряд величайших балетмейстеров реформаторов — Михаил Фокин, Касьян Голейзовский, Джордж Баланчин, Леонид Якобсон. Все — Наставники. А уж кого воспитывали эти балетмейстеры — догадайтесь сами.
Кинорежиссер Роже Вадим был именован «творцом женщин». Главным его шедевром стала Бриджит Бардо, которую он, подобно Хигинсу и Пикерингу, буквально нашел на какой–то помойке, помыл, почистил и сделал сверхзвездой мирового масштаба. А еще из его рук вышли Джейн Фонда, Катрин Денев, Жанна Моро… Первый фильм Вадима назывался «И бог создал женщину» и его последний фильм (тридцать два года спустя) назывался «И бог создал женщину». Намек на свое соавторство с богом в создании женщин весьма
прозрачен.
Анджей Жулавски украл и увез в нищую социалистическую Польшу самую прекрасную француженку. Ей было всего шестнадцать, когда она встретила своего Пигмалиона. А ведь был Анджей желчным, стареющим, да и вообще подозрительным типом. Но только не для Софи Марсо.
Экранный образ Софи Марсо — это все та же модифицированная Алиса–Дороти–Ассоль. Софи Марсо и в двадцать пять, и в тридцать и в сорок женщина–ребенок: невинность, детский доверчивый взгляд и подростковая челка, падающая на глаза. Ну и так далее…
***
Разумеется, что всё это очень краткое и беглое описание, фактически намёк на безразмерную тему. Никакой другой архетип так высоко женщин в своём творчестве не поднимал