1 августа
Линдос – это родосское Санторини! Точнее родосская Ия! Это я сейчас сам придумал. Не знаю, пришло ли еще кому-то в голову подобное сравнение. Что у них общего? Белые дома и невозможность подъехать на машине непосредственно до отеля. Мне могут возразить – тоже мне критерии. Вообще-то Линдос – это родосские Афины! Почему? Да потому что у него тоже есть Акрополь, который более того даже выглядит похоже, возвышаясь на скале над домами простых (и не очень) людей.
Ну а еще кто-то может сказать, что Линдос – это родосский Кос, потому что снизу античный Акрополь видно не очень, зато прекрасно видны средневековые стены, которые тоже вовсе не рация. Но сравнения сравнениями, а мы вдохновленные вчерашними походами по ночным клубам с живой музыкой, с новыми силами, хоть и не очень выспавшись, отправились в эту главную достопримечательность, благо, что наш отель находится прямо у ее подножья.
Чтобы войти, пришлось постоять в очереди с другими желающими сдать по 20 евро с носа. Но стояли не долго благодаря тому, что мой опыт и реакция бывшего бегуна-спринтера позволили мне «подрезать» множество стоящих перед нами людей, не отреагировавших моментально, как я, на объявление, что открылась вторая касса.
Поднявшись наверх, Анна решила отдохнуть на крепостной стене. Ну а я параллельно полюбовался на бухту Линдоса, в которую, как оказалось, мы еще вернемся.
Акрополь в Линдосе, как и афинский, создан в честь богини Афины. При этом здесь главный храм Парфеноном не называют.
Акрополь Линдоса более аутентичен, поскольку датируется поздним четвертым веком до нашей эры, то есть был построен до своей афинской тезки. А раскопки говорят, что до него здесь тоже был храм, только от предыдущей цивилизации. Но остатков зданий от него не осталось. А вот античные колонны стоят.
Возможно, к древнему храму относятся серые камни? Кто сейчас скажет? В любом случае они не охраняются, то есть по ним можно смело гулять и принимать красивые позы.
Нужно только быть внимательными, поскольку эти камни отполированы до состояния зеркала тысячами прошедших по ним подошв так, что очень легко поскользнуться.
В дальнем от входа конце крепости расположено место, которое почему-то очень популярно для фотосъемок. Именно там выстроилась очередь из желающих запечатлеть и оставить в памяти и сердце эту достопримечательность. Почему? Без понятия – другие места ничуть не хуже. Но инстинкт толпы сработал, и мы тоже сфотографировались, точнее я сфотографировал Анну.
Приглядевшись к фону с этой точки, я предположил, что в сердце фото может остаться еще и потому, что заливчик, попадающий в кадр, напоминает по форме сердце.
Время – начало двенадцатого. С одной стороны мы уже должны покинуть помещение, поскольку в правилах указано 11 – время, когда «давай, до свидания». С другой, в скобках написано: «noon», а это как бы полдень. Неопределенности – они в пользу клиента, ну по крайней мере я так решил. С другой стороны, по телефону, который нам оставили люди, управляющие этим отелем, которых мы так и не увидели, багги будет только в 12. А без багги мы в гору нашу поклажу точно не потащим.
В 12 приезжает багги, водитель которого первым делом требует с нас 5 евро. Хорошо, хорошо. Он планирует отвезти нас до промежуточной точки. Мы были в ней вчера, когда гугл мапс привел нас на пляж вместо отеля. Но наша машина запаркована наверху, и я строго говорю пятиевровому водителю, что нужно еще подняться. И это правильно. В сторону Линдоса с самого верха до этой точки протянулась пробка катастрофического уровня. К нему относятся пробки, которые вообще никак не движутся. Порой таковыми являются оные перед железнодорожными переездами. Одно из откровений для меня в американской жизни было то, как там работают эти переезды. Перед появлением поезда, как и у нас, опускается шлагбаум. Но стоит поезду проехать, через несколько секунд шлагбаум поднимается. И то верно. Поезд же не сможет по мановению волшебной палочки не просто остановиться, но и поехать назад, давя жигули и лэндкрузеры. Проехал – поднимай. Но нет, у нас еще держат какое-то время. Одна из возможных причин, как я думаю, что у нас была сказка про Старика Хоттабыча, а у них нет. И пока у нас держат шлагбаум после проезда поезда в одну сторону, с другой появляется еще один поезд. Шлагбаум не поднимают. И это может продолжаться довольно долго. Особенно унылая ситуация с жд переездом встречается в сторону Ярославского шоссе. Именно там я не раз стоял в катастрофических пробках.
Так вот, из-за катастрофической пробки на промежуточной остановке мы бы потеряли полчаса, если не больше. Нехотя водитель багги довозит нас до верха и говорит: «Хорошего дня!». Я отвечаю ему: «И вам тоже». На что он повторяет уже слегка дрожащим голосом: «Хорошего дня!». Я всё понимаю и даю ему 2 евро. Искры между нами не проскочило или, как еще говорят, химия не возникла. Поэтому желания материально подбодрить его сверх этого я не испытал.
Ну а мы едем дальше. По плану у нас 4 часа самостоятельной прогулки на моторной лодке с началом в 12. Но времени уже полпервого. Ох уж это время, которого всегда не хватает.
Нам дают пластиковую лодку Посейдон с мотором в 30 л.с. Это максимум, который позволен людям без лицензии, типа меня. Но этого более чем достаточно, поскольку на максимальной скорости даже с этими 30 лошадьми мы почти не ехали. А всё потому, что сегодня довольно ветрено и на море вполне крутые волны. Преодоление их на полной скорости грозило преждевременным радикулитом из-за мощных ударов по спине.
Анна расположилась на носу лодки, эмулируя роль штурмана. Ну а я был за капитана у руля.
Первая остановка – бухта на полпути к Линдосу. Здесь волны были в половину от открытого моря и мы решили искупаться, бросив якорь.
Вода 28 градусов, всё как бы замечательно. Плаваем по очереди на всякий случай. Вроде ничего не должно случиться. Но береженого бог бережет. А то будет, как в фильме «Открытое море», когда люди одновременно решили искупаться, но не смогли забраться назад на корабль и их всех пожрали акулы.
Полчаса проводим в бухте, и когда собираемся плыть дальше, я обнаруживаю, что нас прилично отнесло в сторону скалы. Пока что внимания я этому не придаю.
Плывем дальше. Следующая остановка – та самая бухта «Сердце». Утром там никого не было, но сейчас уже очевидно большая конкуренция, судя по тому, что, прыгая по волнам, нас обгоняют 2 лодки.
В самой бухте как бы волн нет – тишь, гладь и божья благодать.
Только там все равно довольно сильное движение воды, и наш якорь справиться с ним никак не может. Мы не можем зафиксировать положение лодки, а с учетом того, что в маленькой бухте не меньше полутора десятка судов различных размеров и еще несколько десятков купающихся, наше пребывание в ней становится испытанием.
В какой-то момент мне кажется, что лодка, наконец, встала. И я, довольный, ныряю с нее в воду. Но это иллюзия. Лодка продолжает двигаться. Анна, которая хотела заснять романтичное кафе в этой «сердечной бухте», видит, что нас уверенно несет на припаркованные лодки.
Тут же появляется мужик, который что-то начинает орать по-гречески. Я отчаянно гребу кролем, но понимаю, что не успею. Поэтому тоже ору Анне инструкцию, как завести и отвезти от беды нашу лодку. Она заводит, находит задний ход и в нескольких сантиметрах от столкновения бодро сдает назад, по дороге едва меня не придавив.
На стрессе мы понимаем, что сегодня эта прекрасная изумительно красивая бухта не для нас. Когда мы вернулись, я прямо спросил у человека, выдающего лодки, почему такой легкий якорь, который лодку совсем не держит. В качестве варианта ответа можно было рассчитывать на наличие какой-то секретной технологии правильной заброски якоря, которой мы не воспользовались. Но действительность оказалась банальной. Слегка потупив взгляд, мужчина начал объяснять, что для этой лодки нужен якорь не 5, а 20 кг, но их почему-то поставить нельзя. А столько было разговоров о технике безопасности перед тем, как мне лодку отдали. Всё перечислили, кроме того, что якорь якорем не является.
Мы выходим обратно в море, через узкий пролив, лавируя между рифами.
На выходе смотрим на античный Акрополь и средневековую стену уже со стороны моря.
Следующая остановка – бухта Линдоса, которую мы тоже видели утром из Акрополя. Там волны маленькие, но течение еще более сильное так, что с нашим алюминиевым якорем мы дрейфуем со скоростью Умки на льдине.
Чтобы искупаться, возвращаемся в первую бухту, где течение относительно слабое.
Ветер усилился. Дорога назад прошла сквозь уже вполне конкретные метровые волны, подбрасывавшие нашу лодку вверх, а потом жестко ее приземлявшие.
Уже вечером я обнаружил, что оказывается посередине нашего приключения от лодочников мы получили следующий вотсап: «The wind is very strong here. Is everything OK with the boat? Do you need help?» Это переводится: «Здесь очень сильный ветер. Всё ли в порядке с лодкой? Вам нужна помощь?» Понимаю, что в отличие от нас, заплативших за 3 часа и уехавших восвояси, лодка для них – ежедневная кормилица. И всё же было немного обидно, что спросили не всё ли в порядке у нас, а всё ли в порядке с лодкой.
Но всё закончилось благополучно, и мы отправились в Родос. По дороге я заметил то, что если в Косе даже на самых прямых участках дороги максимально допустимой скоростью была 50 км/ч, то в Родосе было и 80. Наверное, это связано с размерами островов. Кос гораздо меньше Родоса. И если все начнут ехать 80+, то весь остров будет быстро покрыт и уважения к нему не будет. Второе отличие в том, что Кос буквально оккупирован пляжными багги, уверенно бороздящими ключевые островные магистрали.
На Родосе их я видел всего пару раз. Но при этом здесь довольно много квадроциклов, выступающих в роли обычных мотосредств на шоссе…
Мы приезжаем в Родос перед закатом. Волны здесь еще больше, чем в Линдосе. На нашей лодочке мы бы, наверное, не осмелились. Да и нас вряд ли бы выпустили. По крайней мере ни одного купающегося я не заметил.
Анна помахала этим волнам. Все-таки пока ты тут, а не там, ты можешь просто любоваться и даже дразнить. Но вот в шторм на маленьком суденышке лучше не попадаться.
Перед поворотом к отелю я обратил внимание на примечательную статую.
Довольно возрастного, но вполне мускулистого дядьку несут на руках два абсолютно голых хлопца. Что это, торжество ЛГБТ и преодоление эйджизма в одном флаконе? Оказалось не совсем так. Одетый мускулистый старик – это Диагорас Родосский, дважды выигрывавших Олимпийский игры в кулачном бою. А два голых хлопца – это его сыновья. Зачем они его носят и почему они голые, а их отец нет? Я думаю, что голые они в знак высокого почтения перед заслугами отца. А носят на руках, чтобы он свои кулачные суперспособности не демонстрировал направо и налево. Но это только моя версия. А что реально – это то, что аэропорт Родоса назвали в честь этого самого Диагораса. Это по мне второе по странности название аэропорта. Пальму первенства без сомнения держит Мадейровский аэропорт имени Криштиана Роналду.
Мы не без труда поставили машину на улице. Благо небольшой размер нашей Мазды 2 позволил ее втиснуть аккурат перед самым перекрестком. После этого мы встретили закат на пирсе, разбивавшем пенящиеся волны.
Анна не побоялась подойти к самому краю, хоть и промокла в очередной раз за сегодня.
Ну а потом мы прогулялись по улочкам Родоса в поисках, где бы поужинать.
Мест для ужина в центре немало.
Ну а мы остановились в традиционной греческой Таверне Ниохори.
А потом мы еще долго гуляли по узким улочкам города и по набережной, добирая то, чего мы не добрали в наше первое посещение Родоса месяц назад.