Слово «мозаика» в памяти каждого человека отзывается по-своему: кто-то вспомнит увлекательную детскую игру, кто-то – составленные из десятков и даже сотен ярких фрагментов красочные фигуры на фасадах зданий советской эпохи. А для тех, кто знаком с творчеством амурской художницы-камнереза Анны Гусаревой, мозаика – это, в первую очередь, невероятные картины из самых разных камней и минералов. Корреспонденту Амур.инфо удалось побеседовать с мастером о том, как рождаются уникальные изделия из камня, где найти для них «палитру» и понять, что же всё-таки делает флорентийскую мозаику особенным видом творчества.
— Анна, расскажите, пожалуйста, немного о специфике своей работы.
— Я художник-камнерез, преподаватель живописи для детей и взрослых, народный мастер Амурской области. А ещё я увлекаюсь изготовлением ботанических барельефов из гипса. Однажды даже работала с таким материалом, как бивень мамонта: создала работы в технике скримшоу (тонкая гравировка по кости с подкраской создаваемого рисунка. – Прим. ред.) – коллекцию «Старинный Благовещенск».
— Как же вы выбрали для себя столь необычную творческую нишу?
— В 1998 году после окончания Благовещенского педагогического художественно-графического колледжа № 2 я вернулась домой, в город Белогорск, и там случайно познакомилась с художниками-камнерезами. Увидев тогда спилы яшмы и агатов, помню, я восхитилась их красотой. Меня пригласили в мастерскую, где я увидела целую гору камней, лежащую посреди комнаты. Эти камни сбрызнули водой, и они засияли – это зрелище потрясло меня до глубины души! Я посмотрела на станки, которыми обрабатывали минералы, на распиловочный полуавтомат, на подрезной, шлифовальный, мне показали, как работать с их помощью. А ещё в этой мастерской в тот момент за столом сидел мастер Андрей Богаченко и собирал мозаику – икону Божьей матери. И я поняла, что буквально влюбилась в мастерскую, в минералы и мозаику, и решила остаться там с мастерами и изучить это ремесло.
А вообще рисованием я увлекалась с детства. Мой отец проводил со мной много времени и часто рисовал для меня забавные картинки – разных зверей: смешную обезьяну, злого тигра, милого зайчика. Рисовал он быстро, и это была для меня настоящая фантастика. Он оформлял стены нашего детского садика фигурами из ДВП – нарисовал Красную Шапочку и Серого Волка. До сих пор помню, как он вырисовывал шерсть у Волка: каждую волосинку проводил кисточкой, а я наблюдала. Это зрелище завораживало…
Затем я сама начала очень много рисовать, увлеклась «мультиками» в блокноте, рисуя на каждой странице движения героев, просиживая за этим занятием всё свободное время. Когда была в 5 классе, я поступила в художественную школу. Это была очень интересная пора в моей жизни, когда учителя открыли для нас, школьников, законы живописи и рисунка, и мы рисовали постановки из геометрических фигур, натюрморты, пейзажи на пленэре, лепили скульптуры из глины, расписывали ткань в технике «батик», знакомились с историей искусств! Хотелось бы выразить огромную благодарность учителям Белогорской художественной гимназии!
— Вместе с вами мы совершили эдакий экскурс в прошлое – в частности, в мастерскую, где рождались шедевры, в том числе и мозаичные. А что же в сущности представляет из себя флорентийская мозаика?
— Флорентийская мозаика – это картина, сделанная из пластинок драгоценных и полудрагоценных камней, подобранных по цвету и фактуре (а флорентийской она называется потому, что именно такая техника исполнения мозаичных работ возникла во Флоренции в XVI веке. – Прим. ред.). При её создании учитывается природный рисунок – включения и прожилки каждого самоцвета. Каждая пластинка подгоняется с идеальной точностью – так, что нет просветов между элементами. За счёт этого и создаётся впечатление ото всех фрагментов именно как от цельной картины.
— Судя по описанию, это невероятно кропотливая и долгая работа. Насколько сложно создать картину в технике флорентийской мозаики?
— Процесс создания картины таков: минералы распиливаются на пластинки по 4-5 миллиметров. Рисуется эскиз будущей работы на кальке, затем этот рисунок разбивается на сотни и даже тысячи оттенков. Уже в соответствии с эскизом пластинки подбираются, подпиливаются по размеру, им придаётся нужная форма. После этого готовые фрагменты мозаики склеиваются между собой, шлифуются и полируются. Весь процесс довольно трудоёмкий и занимает у мастера от одного месяца до полугода, а то и больше – всё зависит от размера картины. Я занимаюсь таким творчеством уже более 20 лет.
— А как вы выбираете материал для своих работ? Для создания мозаики подходят лишь какие-то особенные камни и минералы?
— Сбор материалов – это отдельная и очень интересная история, которая захватывает не меньше, чем работа в мастерской. В основном в летний период мастера совмещают приятное с полезным: уезжая в отпуск, мы стараемся привезти интересные образцы из разных городов, сотрудничаем с геологами, покупаем сырьё и любим сами походить по косам рек, собираем наши, амурские, агаты, сердолики, яшму, окаменелое дерево. У нас есть запасы ещё с советских времен. Всё это мы бережно храним. Вообще в работе используем такие минералы, как разная яшма с Урала, из Казахстана, Амурской области, обсидиан с Камчатки, приморские агаты, нефрит из Бурятии, родонит, лазурит из Забайкальского края, чароит, мрамор, оникс, флюорит, кальцит, тигровый глаз, малахит… Россия богата минералами.
— Что вас вдохновляет на создание мозаичных шедевров? Какие темы вы предпочитаете отражать в своих картинах?
— Наверное, как и всех девушек мира, а особенно девушек-художников, меня очень вдохновляют цветы, а именно – их неповторимое разнообразие в цветовом и пластическом решении на картинах, экзотические прожилки, рисунки и вкрапления. Камни различной окраски как нельзя лучше позволяют передать красоту и нежность лепестков. Для розы, например, я подбираю мраморный оникс, для ирисов – чароит, для лотосов – родонит, для тюльпанов – сердолик, для маков – красную яшму.
Меня восхищают натюрморты голландских художников. Хочется воплотить в камне шедевры мирового искусства и сохранить их тем самым на века, так как всем известно, что камень долговечен и не тускнеет со временем. Такие «краски» всегда остаются яркими и сочными. Среди моих работ есть несколько репродукций натюрмортов голландских мастеров, а также работ современных художников, остальные работы – это картины, выполненные мной по моим собственным эскизам (например, изображение лотосов, произрастающих в Амурской области).
Тема родного края тоже волнует моё воображение. Это животный мир – амурские тигры, бурые медведи, птицы, это растения амурской тайги. А ещё в юности я познакомилась с творчеством известного дальневосточного художника Геннадия Павлишина и, будучи уже опытным камнерезом, запечатлела его иллюстрации в мозаике. Наш красно-оранжевый сердолик прекрасно передаёт тигриный окрас, а окаменелое дерево и гранит подходят для изображения медведя. Мне нравится изображать грациозных и сильных лошадей, свободный полёт орла на фоне гор из голубого халцедона, бушующее море из бирюзовой яшмы на фоне молочного нефрита.
Тема космоса тоже очень близка амурчанам и лично мне, да и волшебные цвета лазурита, чароита, пейзажной яшмы, флюорита помогли мне передать в мозаике всю загадочность далёких планет. Близкое соседство с Китаем, его уникальная архитектура подтолкнули меня к созданию картины с пагодой в родонитовых горах. Порой камень сам будто бы ведёт художника, подсказывает ему, какую тему выбрать и что из него сделать, нужно только внимательно присматриваться, прислушиваться, а порой и уговаривать его, чтоб не раскололся, поддался обработке и показал свою неповторимую красоту!
— А какие из ваших работ лично для вас особенно памятны и значимы?
— На данный момент в моей коллекции находятся четыре картины, с которыми мне не хочется расставаться. Это работы «Весна», «Охота», «Космос» и «Орхидеи», сделанные незадолго до закрытия мастерской. Остальные мои работы находятся в частных собраниях по всей России, а также в Китае.
С работами, которые теперь находятся в частных коллекциях, я участвовала в различных городских, областных и международных выставках. А недавно меня пригласили поучаствовать в выставке в Благовещенске, где мои картины соседствовали с коллекцией минералов геолога Владимира Верхотурова.
— Что скажете насчёт творческих планов – какие ещё работы вы хотели бы создать?
— Каждый художник трудится для того, чтобы выразить своё восхищение природой, человеком, миром, космосом. Меня вдохновляют минералы, и этим обязательно хочется поделиться с людьми, познакомить детей и взрослых с искусством флорентийской мозаики, с самоцветами. Для этого хотелось бы создать постоянно действующую экспозицию из своей коллекции минералов, которая постоянно пополняется новыми образцами, и приглашать гостей на экскурсию, где я познакомлю их с обработкой камня, проведу мастер-класс по созданию флорентийской мозаики, раскрою интересные факты о минералах, поделюсь забавными и удивительными историями, которые сопровождали меня при создании коллекции.
Ещё мне мечтается, что в Благовещенске появится камнерезная мастерская, где можно будет работать в разных направлениях камнерезного искусства, появятся мастера и ученики, которые будут развивать своё творчество и удивлять нас прекрасными работами из камня!