Смыслы в адвокатской деятельности

Смыслы в адвокатской деятельности.

Для меня нет никаких этических проблем в адвокатской деятельности, и на дурацкие вопросы «как можно защищать преступников» я продолжаю отвечать без раздражения. Вопрос всегда характеризует того, кто его задаёт. И если такой вопрос задаёт мне дознаватель или следователь, это первый признак, что эти лица хоть и должностные, но ещё не стали профессиональными юристами. Надо их просвещать.

Они ещё не понимают разницу между ОРД и уголовным процессом. Нет, с практической точки зрения оперативник, разведчик или контрразведчик могут и нарушить процессуальный закон (подбросить вещдоки, фальсифицировать допрос, избить подозреваемого и т. п., масса способов). Но только это не признак силы государства, а, наоборот, признак его слабости.

Посмотрите финал фильма «Оружейный барон» [1], ну или стоит поразмышлять об истории жизни и смерти Евгения Пригожина [2].

Нужна ли современному государству сильная и эффективная адвокатура? Безусловно, да, никто не будет с этим спорить.

Критика, неприятие и несогласие начинаются с понимания того, что на самом деле хотят те люди, которые протаскивают адвокатскую монополию. Не в первый раз уже, но эта уже вроде как третья попытка может быть для них успешной.

Константин Чуйченко в отчётной беседе у Владимира Путина в обоснование адвокатской монополии заявил и об участии адвокатов в СВО. Всего было мобилизовано 58 адвокатов, еще 218 человек вызвались добровольцами.

«Это очень серьезная цифра, и это говорит как раз об очень глубокой и правильной гражданской позиции российской адвокатуры», — сказал господин Чуйченко [3].

Всё познаётся в сравнении, просил Grok провести анализ, сколько украинских адвокатов в ТРО, точной цифры не получил, но вот такой факт [4]:

Поразительные 80% компаний Ассоциации адвокатов Украины заявили, что оказывают финансовую поддержку государству и армии: «Каждый второй человек участвует в информационной войне, ищет лекарства и средства защиты или помогает гражданам, НКО и благотворительным фондам бесплатными консультациями. Почти в каждой второй юридической фирме (43%) среди сотрудников есть военнослужащие — солдаты Вооружённых сил и бойцы подразделений территориальной обороны (до 30% сотрудников)» [5].

Существенно больше, чем в России. Что, естественно, не останется безнаказанным: всех юристов в адвокаты, собранные со вступительных взносов деньги государство поручит направить на цели безопасности. Есть мнение, что ГПУ Администрации Президента, возглавляемое Ларисой Брычевой [6], не пропускает совсем уж одиозные законы, однако если коррупционные риски будут посчитаны меньшим злом, чем наличие, как выразился «Коммерсант» [7], защиты по вертикали...

То, боюсь, для моих коллег, частнопрактикующих юристов, плохие новости — готовьтесь, господа, быть правовых полей солдатами.

Минюст РФ ведь не шутит, когда на голубом глазу заявляет, что в отношении России развязана юридическая война [8], а потому и ему приходится заниматься мобилизацией адвокатуры, хоть и маскирует её профессионализацией судебного представительства.

Ведь известно, что:

Для войны нужны три вещи: деньги, деньги и еще раз деньги.

— Джан Джакомо Тривульцио

Новая рубрика #юридический_милитаризм #адвокатская_монополия #lawfare

Примечания и ссылки:

[1] https://youtu.be/Cv2588tifGM?si=-C-JoyKP4-b0xSVK

[2] https://ya.ru/n?dialog_id=shared%2F8050-4b32-b11-ffbe

[3] https://www.kommersant.ru/doc/7907726

[4] https://grok.com/share/bGVnYWN5_5105f9b0-4b93-4d9e-b889-cd07d09af521

[5] https://todaysconveyancer.co.uk/resolute-relentless-lawyers-ukraine/

[6] https://tass.ru/encyclopedia/person/brycheva-larisa-igorevna

[7] https://tass.ru/encyclopedia/person/brycheva-larisa-igorevna

[8] «Обстановка очень непростая, тяжелая. Действительно, России фактически объявлена юридическая война. И Россия должна адекватно защищаться, а иногда и наступать на этом направлении», https://tass.ru/politika/10158545.