100 подписчиков

Тысячи пациентов, которые могли бы жить, — умрут

2 августа 20252 авг 2025

1 мин

Тысячи пациентов, которые могли бы жить, — умрут. Из 60 новых онкопрепаратов, одобренных американским регулятором в 2024 году, в Россию не дошли 22. Треть терапии, дающей шанс на жизнь, просто не поступает. Доктор Ольга Гордеева на Третьем молодёжном онкосаммите в Москве прямо озвучила это: пациентов лишают лекарств, потому что рынок неинтересен, логистика обрушена, а разрешения стоят дороже самой жизни. Показательный пример — амивантамаб. Препарат для лечения рака лёгких, который даёт 56% выживаемости за пять лет — против 44% у старой схемы. Но он в России отсутствует. Пациенту нужно пройти консилиум, собрать документы, купить лекарство в Турции и привезти за свой счёт. Цена курса — 28 тысяч долларов. Шанс выжить — только за свой счёт. Каждый год в России 60 тысяч человек получают диагноз рак лёгких. Даже если предположить, что не все они подходят под показания, эффект мог бы быть тысячами спасённых. Но и ввозить лекарство, и менять схемы лечения становится невозможным. Фармкомпании

Показательный пример — амивантамаб. Препарат для лечения рака лёгких, который даёт 56% выживаемости за пять лет — против 44% у старой схемы. Но он в России отсутствует. Пациенту нужно пройти консилиум, собрать документы, купить лекарство в Турции и привезти за свой счёт. Цена курса — 28 тысяч долларов. Шанс выжить — только за свой счёт.

Каждый год в России 60 тысяч человек получают диагноз рак лёгких. Даже если предположить, что не все они подходят под показания, эффект мог бы быть тысячами спасённых. Но и ввозить лекарство, и менять схемы лечения становится невозможным. Фармкомпании уходят. А регуляторы делают всё, чтобы не допустить новые молекулы внутрь. Консервация 2022 года продолжается — прогресс заморожен, деградация уже в пути.

Знания тоже утекают. На конференции ASCO, где рождаются подходы к лечению, в этом году участвовало 44 тысячи человек. От России — единицы. Из-за санкций, виз, из-за отсутствия финансирования и доступа. Даже крупнейшие компании больше не спонсируют поездки врачей. Участие в международной науке сокращается — с ним сокращается и шанс лечить по стандартам.

Докладчики на саммите — это не первоисточник, это пересказ. Врачи слышат о новых методах от тех, кто был в зале, но не могут задать вопросы, не могут обсудить, не могут интегрироваться в систему. Научная изоляция становится нормой. И если раньше лечили не только лекарством, но и знаниями, теперь знания в дефиците.

Фактически речь идёт о формировании двух медицинских систем: одной — внутри замкнутой страны, другой — за её пределами. И разрыв между ними растёт с каждым новым препаратом, который так и не попадёт в аптеку.

Присылайте дополнительную информацию по инструкции