Забыла рассказать как мы к бабушке съездили. Отсидели мы, значит, наш ротовирусный домашний ретрит. Тазики, влажные салфетки, бледные лица и прочая радость, которой не пожелаешь и врагу. Как только полегчало — первым делом поехали к моей бабушке. Не путать с бабушкой детей — это прабабушка!. И да, я всерьёз считаю, что мне безумно повезло: мои бабушка и дедушка до сих пор с нами. Это не просто старшее поколение — это семейные сокровища, живые корни, если хотите — опора всей семьи.
День выдался такой насыщенный, что в какой-то момент я забыла, какое сегодня число и как меня зовут. Утром муж съездил к стоматологу — у него теперь это регулярная рубрика "Зуб недели". Что-то лечим, что-то останавливаем, что-то планируем. Это, знаете ли, последствия трёх лет «не болит и ладно...».
Пока муж проходил квест "Врачебный кабинет", мы с Василисой готовились к отъезду. Дочка носилась по дому с рюкзаком с 8 утра, как заправский турист: упакована, возбуждена, морально готова к приключениям. А вот старшие сыновья наотрез отказались от поездки. Их теплые и пушистые попы предпочли объятия компьютерных кресел. Ну, и ладно. Кто не поехал — тот потерял щи и шашлык!
По дороге заскочили в магазин — без вкусняшек к бабушке не ездят. Мечтали, что дочь поспит в дороге... ага, щас. Василиса щебетала, пела, ела печеньки и рассказывала о своих «важных делах», не закрывая рот. Кстати, о том, что у нее рот не закрывается я заметила только к вечеру, когда кто-то из родственников невзначай спросил: "Она всегда столько болтает?" :)
Добрались к обеду. Муж уставший завалился спать, а мы вышли во двор поболтать. И тут... красота. Клумбы, ухоженный огород, плодовые деревья, которым почти столько же лет, сколько мне. Рай на земле, словом.
Но идиллия быстро закончилась. Василиса решила исследовать дом, и особенно её заинтересовала лестница — закрученная, с широкими балясинами. Почти аттракцион. В итоге следующий час мы бегали за ребёнком по этажам, а за нами бегали все остальные. Семейные догонялки-эстафета в стиле «спаси ребенка».
А нас от детской активности спасли... щи. Тётя подала кастрюлю аромата детства, и даже самая неистовая исследовательница мира согласилась присесть. Я сделала первый глоток — и отлетела в 1996-й: точно такие же щи варила бабушка, когда я была мелкой. Только раньше я сидела за этим столом, болтая ножками, а теперь там сидят мои дети. А моя племянница, которую я помню лопоухим клопом, вдруг оказалась прекрасной девушкой с длинными ресницами и взрослым задумчивым взглядом. Время, ты офигевшее существо.
Тётя взяла на себя роль хозяйки, а бабушка села рядом, расслабилась и просто слушала. Это было так трогательно, что даже лук в салате казался слаще.
Я болтала без перерыва. Ну, знаете, когда у тебя трое детей, собака, кот и сад, не всегда есть с кем выговориться по-взрослому. Родственники слушали терпеливо, с чаем-кофе, кивая и поддакивая. За что им отдельное спасибо — я выговорилась, кажется, на полгода вперёд.
Проснулся муж. Его тут же накормили и под шумок всучили ему Василису. Паша пошёл жарить шашлык, Света с Ясей занялись сервировкой, а я сидела с бабушкой и дедушкой, показывала фото кабачков, делилась радостью от выросших кустов и сдувала слёзы умиления.
Ужин был — ух! Ожидали мяса с салатом, а получили настоящий пир: три салата, шашлык, маслины, варёная картошечка… язык проглотить можно. Даже дети перестали шуметь — ели с выражением «нас сегодня балуют».
После ужина мы со Светой решили якобы проверить — идёт ли дождь. Ушли на качели и залипли в разговоре на полтора часа. Нас выдернула Яся: «А бабушка, между прочим, в столовой скучает — чай ждет». Ай-ай-ай. Бежим.
Чай пили в беседке. Виноград, сеточки от комаров, старая люстра — атмосфера как в доброй сказке. А перед этим ещё и пошли копать: хризантемы, астильбу, аконит. Ну как упустить возможность что-то забрать на свою фазенду?
Василиса вырубилась ещё до поворота с дачи. Укачалась, унадышалась, улюбилась. А мы... мы сначала промахнулись с поворотом и заехали аж до Звенигорода (бонусная экскурсия!), а потом обнаружили, что у нас в посёлке появился круглосуточный магазин. Купили бананы сыну, который нас уже заждался дома.
Вот такой день. Душевный, вкусный, немного сумбурный — как я люблю.
Обнимаю!