— Лиз, можно поговорить? — Марина позвонила подруге вечером, когда дети уже спали. — Мне очень плохо.
— Что случилось? — в голосе Лизы слышалась усталость.
— Андрей ушёл.
— Как ушёл?
— Сказал, что больше не может. Что мы не подходим друг другу.
— Марин, а ты не преувеличиваешь? Может, просто поссорились?
— Не преувеличиваю. Он забрал вещи и съехал к другу.
— Понятно. А что он конкретно сказал?
— Сказал, что устал от моего характера. Что я слишком эмоциональная.
— Эмоциональная? В каком смысле?
— В том, что реагирую на всё слишком остро.
— А на что ты реагируешь?
— На его равнодушие. На то, что он меня не слышит.
— Марин, а может, он прав? Может, ты действительно слишком бурно всё воспринимаешь?
— Лиз, мне больно. Мне нужна поддержка, а не анализ.
— Поддержка это хорошо, но нужно же понять, что произошло.
— Произошло то, что человек, которого я любила, сказал, что я ему не подхожу.
— Сказал и ушёл?
— Сказал и ушёл.
— Марин, а вы пытались разговаривать?
— Пытались. Я говорила, что готова меняться.
— И что он ответил?
— Ответил, что поздно. Что решение окончательное.
— Понятно. А ты что чувствуешь?
— Чувствую себя разбитой. Как будто меня выбросили на помойку.
— Марин, не драматизируй.
— Как не драматизировать? Лиз, мы же три года вместе были!
— Были, да. Но если не сложилось, то не сложилось.
— Но я его люблю!
— Любишь, а он не любит.
— Он любил! Говорил, что любит!
— Говорил, но, видимо, передумал.
— Лиз, ты можешь быть потеплее? Мне сейчас очень тяжело.
— Могу, конечно. Но правда есть правда.
— Какая правда?
— Правда в том, что отношения закончились.
— Закончились, но я не знаю, как дальше жить.
— Как все живут. Работать, детей воспитывать.
— Лиз, а как забыть его?
— Время поможет.
— Сколько времени нужно?
— У всех по-разному. Месяц, полгода, год.
— Год! Я не смогу год страдать!
— Сможешь. Все смогли, и ты сможешь.
— А как не думать о нём?
— Отвлекаться. Работой, детьми, хобби.
— Но он же постоянно в голове!
— Постоянно сначала, потом реже.
— Лиз, а ты думаешь, есть шанс, что он вернётся?
— Марин, не обольщайся.
— Почему не обольщайся?
— Потому что мужчины, когда уходят, редко возвращаются.
— Но иногда возвращаются?
— Иногда. Но лучше на это не рассчитывать.
— А что если я изменюсь? Стану такой, какой он хочет?
— Марин, не унижайся.
— Это не унижение. Это попытка спасти отношения.
— Отношения уже не спасти.
— Откуда ты знаешь?
— Знаю, потому что видела, как он на тебя смотрел.
— Как смотрел?
— Равнодушно. Как на постороннего человека.
— Лиз, может, это временно?
— Не временно. Когда мужчина принимает решение уйти, он уже давно охладел.
— Давно?
— Месяцы, а может, и годы.
— Годы! Но он же говорил, что любит!
— Говорил, чтобы не расстраивать.
— Не расстраивать?
— Марин, мужчины часто врут, чтобы избежать сцен.
— Значит, он мне все три года врал?
— Не все три года. Но последнее время точно.
— Как ты можешь это знать?
— По его поведению. Он стал холодным, отстранённым.
— Да, стал. Но я думала, это временно.
— Думала, а оказалось навсегда.
— Лиз, мне так больно это слышать.
— Больно, но нужно принять реальность.
— А если я не могу принять?
— Тогда будешь мучиться дольше.
— А если я попробую с ним поговорить ещё раз?
— Марин, не стоит.
— Почему не стоит?
— Потому что унизишься ещё больше.
— Я не унижаюсь. Я борюсь за отношения.
— Борешься, а он не хочет этих отношений.
— Может, не понимает, что теряет?
— Понимает. Поэтому и ушёл.
— Лиз, а что если...
— Марин, хватит придумывать "что если". Всё уже случилось.
— Но я не могу смириться!
— Придётся смиряться.
— А если я напишу ему письмо?
— Не пиши.
— Почему?
— Потому что он его не прочитает. Или прочитает и будет раздражаться.
— Раздражаться?
— Да. Мужчины не любят, когда их преследуют.
— Я не преследую. Я пытаюсь объясниться.
— Для него это преследование.
— Лиз, ты очень жестоко со мной разговариваешь.
— Не жестоко, а честно.
— Честно можно говорить мягче.
— Можно, но толку не будет.
— Какого толку?
— Толку в том, чтобы ты поняла реальность.
— Я понимаю реальность. Но мне нужно время, чтобы с ней смириться.
— Время у тебя есть. Но не трать его на иллюзии.
— Какие иллюзии?
— Иллюзии о том, что он вернётся.
— А вдруг вернётся?
— Не вернётся, Марин.
— Откуда такая уверенность?
— Оттуда, что я его знаю.
— Знаешь?
— Мы же все вместе общались. Я видела, как он изменился.
— Как изменился?
— Стал холодным к тебе. Перестал интересоваться твоими делами.
— Да, перестал. Но может, у него проблемы были?
— Проблемы у всех есть. Но когда любишь, ты не отстраняешься.
— Может, он не умеет выражать чувства?
— Умеет. Просто чувств больше нет.
— Лиз, ты меня добиваешь.
— Не добиваю, а отрезвляю.
— А можно отрезвлять помягче?
— Можно, но эффекта не будет.
— Какого эффекта?
— Эффекта принятия ситуации.
— А если я не хочу принимать?
— Тогда будешь страдать дольше и сильнее.
— Страдать я и так буду.
— Будешь, но можно сократить время страданий.
— Как сократить?
— Принять, что всё кончено, и идти дальше.
— Куда идти?
— Вперёд. Строить новую жизнь.
— Без него?
— Без него.
— Я не умею без него.
— Научишься.
— А если не научусь?
— Научишься. Альтернативы нет.
— Лиз, мне страшно.
— Чего страшно?
— Страшно оставаться одной.
— Не останешься одной. Есть дети, работа, друзья.
— Это не то.
— Что не то?
— Это не любовь.
— Любовь найдётся.
— Когда найдётся?
— Когда перестанешь цепляться за прошлое.
— А если не найдётся?
— Найдётся. Ты хорошая женщина.
— Хорошая, но Андрей меня бросил.
— Бросил не потому, что ты плохая.
— А почему?
— Потому что вы не подходили друг другу.
— Но мы же жили вместе!
— Жили, но счастливо?
— Иногда счастливо.
— Иногда мало.
— Мало?
— Счастье должно быть часто.
— Часто не бывает.
— Бывает, если люди подходят.
— А мы не подходили?
— Видимо, нет.
— Но я думала, что подходим!
— Думала, а он думал по-другому.
— Значит, я ошибалась?
— Ошибалась.
— В чём ошибалась?
— В том, что принимала привычку за любовь.
— Он ко мне привык?
— Привык. А потом отвык.
— Отвык?
— Да. Привычка проходит, а любовь остаётся.
— Значит, он меня не любил?
— Возможно, не любил. Или любил, но мало.
— Мало?
— Мало, чтобы терпеть твой характер.
— Что не так с моим характером?
— Ты слишком эмоциональная.
— И что в этом плохого?
— Мужчинам это тяжело.
— Всем мужчинам?
— Многим.
— А что, должна быть бесчувственной?
— Не бесчувственной, а более сдержанной.
— Сдержанной?
— Да. Не реагировать на всё так остро.
— Но я же живой человек!
— Живой, но можешь контролировать эмоции.
— А зачем их контролировать?
— Чтобы не отпугивать мужчин.
— Отпугивать?
— Да. Мужчины боятся эмоциональных женщин.
— Почему боятся?
— Потому что с ними сложно.
— Сложно?
— Нужно постоянно учитывать их настроение.
— А разве это плохо?
— Плохо, если настроение меняется часто.
— У меня настроение не так часто меняется.
— Меняется, Марин. Я же вижу.
— Вижешь?
— Вижу. То ты радостная, то грустная, то раздражённая.
— Это нормально для человека.
— Нормально, но в меру.
— А у меня не в меру?
— Не в меру.
— И что мне с этим делать?
— Работать над собой.
— Как работать?
— Учиться сдерживаться.
— Сдерживать эмоции?
— Да.
— А если не получается?
— Получится, если захочешь.
— А если я не хочу меняться?
— Тогда будешь одна.
— Навсегда одна?
— Пока не изменишься.
— Лиз, это же ужасно!
— Что ужасно?
— Подавлять себя ради мужчин.
— Не подавлять, а корректировать.
— Корректировать?
— Да. Убирать крайности.
— Какие крайности?
— Слишком бурные реакции.
— А если это моя натура?
— Натуру можно изменить.
— Можно?
— Можно, если есть мотивация.
— А если нет мотивации?
— Тогда смирись с одиночеством.
— Лиз, ты меня пугаешь.
— Не пугаю, а предупреждаю.
— О чём предупреждаешь?
— О том, что такой, какая ты есть, тебе будет трудно найти мужчину.
— Почему трудно?
— Потому что мужчины хотят спокойствия.
— А я не спокойная?
— Не очень.
— В чём я не спокойная?
— Во всём. В реакциях, в эмоциях, в поведении.
— Лиз, получается, я совсем плохая?
— Не плохая, а сложная.
— Сложная?
— Да. С тобой нужно много терпения.
— А у мужчин нет терпения?
— Мало у кого есть.
— Значит, мне нужно искать терпеливого?
— Искать можешь, но лучше самой стать проще.
— Проще?
— Да. Менее требовательной.
— Я требовательная?
— Очень.
— К чему требовательная?
— К вниманию, к чувствам, к отношению.
— А это плохо?
— Плохо, если требований слишком много.
— А сколько должно быть?
— Минимум.
— Минимум?
— Да. Мужчина должен чувствовать себя свободно.
— А женщина?
— Женщина должна приспосабливаться.
— Приспосабливаться?
— Да. Создавать комфорт.
— А свои потребности?
— Свои потребности на второй план.
— На второй план?
— Да. Сначала его потребности, потом твои.
— Лиз, это же несправедливо!
— Несправедливо, но так устроен мир.
— Может, мир неправильно устроен?
— Может, но мы его не изменим.
— А попытаться?
— Можешь попытаться, но останешься одна.
— Одна?
— Одна. Потому что мужчины не изменятся.
— А если найдётся тот, кто примет меня такой, какая я есть?
— Марин, ты что, серьёзно думаешь, что кому-то есть дело до твоих чувств?
Марина замолчала. Слова подруги ударили больнее, чем уход Андрея.
— Что ты сказала?
— Сказала правду. Никому нет дела до твоих чувств.
— Как это никому?
— А так. Каждый думает о себе.
— А друзья?
— Друзья помогут, но жить твоей жизнью не будут.
— А любимый человек?
— Любимый человек тоже думает прежде всего о себе.
— Лиз, это ужасно циничный взгляд на мир.
— Не циничный, а реалистичный.
— А любовь?
— Любовь это иллюзия.
— Как иллюзия?
— Химия мозга. Проходит через пару лет.
— А что остаётся?
— Остаётся привычка или расстаются.
— И всё?
— И всё.
— Значит, счастливых семей не бывает?
— Бывают удобные союзы.
— Удобные?
— Да. Когда людям выгодно быть вместе.
— А чувства?
— Чувства вторичны.
— Лиз, а ты счастлива в браке?
— Я приспособилась.
— Приспособилась?
— Да. Перестала ждать от мужа понимания.
— Совсем перестала?
— Совсем. Живу для себя и детей.
— А он?
— А он живёт для себя.
— И вас это устраивает?
— Меня устраивает.
— А его?
— Его тоже.
— И это называется семьёй?
— Называется.
— Лиз, а ты не чувствуешь себя одинокой?
— Чувствую. Но это лучше, чем постоянно разочаровываться.
— Разочаровываться?
— В том, что муж не такой, каким хочется.
— А каким хочется?
— Понимающим, чутким, внимательным.
— А он не такой?
— Не такой. Обычный мужчина.
— И ты смирилась?
— Смирилась. И тебе советую.
— Смириться с одиночеством?
— Смириться с реальностью.
— С какой реальностью?
— С тем, что идеальных отношений не бывает.
— Совсем не бывает?
— Совсем.
— Тогда зачем вообще связываться с мужчинами?
— Для решения бытовых вопросов.
— Только для этого?
— В основном для этого.
— Лиз, а как же романтика?
— Романтика в книгах и фильмах.
— А в жизни?
— В жизни быт и проблемы.
— И больше ничего?
— Больше ничего.
Марина положила трубку. Ей хотелось плакать, но слёз не было. Подруга убила в ней не только надежду на возвращение Андрея, но и веру в любовь вообще.
Если даже самые близкие люди говорят, что никому нет дела до её чувств, то может, стоит просто перестать чувствовать? Стать такой же циничной и равнодушной?
Но что-то внутри сопротивлялось. Может, Лиза не права? Может, где-то есть люди, которым действительно важны чужие чувства? Которые умеют любить не за удобство, а просто так?
Марина решила, что не будет спешить с выводами. Пусть сначала заживёт рана от потери Андрея. А потом решит, стоит ли искать любовь или лучше просто научиться жить одной.
Только одно она поняла точно — разговоры с Лизой о чувствах больше не будет. Тема закрыта навсегда.