Красивая форма с голубым беретом, гордое название «крылатая пехота», романтика неба… Пожалуй, сложно представить столь же известный профессиональный праздник российских военных, как День ВДВ, который отмечается сегодня.
Я очень горжусь тем, что точно знаю, каково это – носить тельняшку и голубой берет. 2 августа для меня – особенный день, ведь именно в Воздушно-десантных войсках мне посчастливилось пройти школу жизни.
И как десантника, меня не может не радовать то, что День ВДВ давно стал массовым праздником, который вызывает неподдельный интерес у тех, кто служил в других войсках или не служил вовсе.
К счастью, уходят в прошлое те времена, когда вся страна – кто с замиранием сердца, кто с издёвкой – ждала нелепых и неуместных шоу с купаниями в фонтанах, шумными нетрезвыми разборками и битьём бутылок о голову. Постепенно все эти хулиганские выходки перестают быть своеобразными символами Дня ВДВ и всё больше упоминаются как легенды или не самые смешные анекдоты.
Всё чаще люди вспоминают о том, что десантура – это пример чести, мужества, доблести и героизма. Согласитесь, ничего из этого списка не докажешь, купаясь в фонтане. Но как же отмечают праздник те, кто служил в ВДВ? И вообще какие они – настоящие десантники?
С честью и достоинством!
Предвосхищая вопрос, сразу скажу, что ни я, ни мои друзья-сослуживцы – а со многими мы общаемся, встречаемся, переписываемся до сих пор – никогда не купались в фонтанах.
С 2001 года я провожу этот праздник в Москве. Утром 2 августа по сложившейся традиции мы возлагаем венки к памятнику десантникам 6-й роты на Суворовской площади. Это особое чувство – почтить память героев, павших в неравном бою с чеченскими боевиками, в кругу ветеранов ВДВ и рядовых десантников.
Ещё в этот день я обязательно беру с собой флаг Воздушно-десантных войск, чтобы установить его на машину. Как у нас говорят, бывших десантников не бывает, и каждый из тех, кто служил в ВДВ, через всю жизнь проносит особое отношение к флагу – нашей святыне.
Не раз доводилось мне бывать на показательных выступлениях тех, кто с гордостью носит голубые береты. Помню, несколько лет назад в Подольске я увидел, как десантнику, которому было за 60, положили на голени 3 бетонных блока, чтобы разбить их кувалдой. Честно признаюсь: я был очень впечатлён. Вот это сила духа! Согласитесь, никакого сравнения не может быть с теми, кто бьёт о голову бутылки в пьяном угаре.
И конечно, этот праздник – отличный повод для того, чтобы полистать бережно хранимый дембельский альбом и вспомнить армейские будни: суровую десантную подготовку со всеми её испытаниями и специфичные армейские шуточки, отцов-командиров и братишек-сослуживцев, страх перед первым прыжком и тот восторг, когда над тобой раскрывается купол парашюта, а тебя после рёва мотора окружает звенящая тишина…
В памяти всплывает огромное множество эпизодов, связанных с собственным воинским мужанием, обретением ответственности и многих других качеств, которые в дальнейшем очень пригодились по жизни. Одной из историй – к сожалению, трагической – я поделюсь ниже. Но сначала – о настоящих десантниках.
«Никто, кроме нас»
Наверняка вам приходилось слышать, что любой десантник для десантника – свой. Готов заверить вас в том, что десантное братство – это не просто слова. Это традиции, авторитет, гордость, надёжные ребята, которые проверены тяжелейшими условиями, и принципы, которым со времён службы остаёшься верным всю жизнь.
Те два года, что мне довелось служить в ВДВ в начале 70-х, я вспоминаю с особым чувством. Именно там мне привили ценности, которые так пригодились в дальнейшей судьбе.
В армии я понял, что значат высокие слова о чести и мужестве – на деле оказалось, что без этих слов, которые обычно красуются на плакатах, жить просто не получится. Те, кто не придерживается моральных принципов десантника – халтурит, трусит, предаёт товарищей, зацикливается на собственных интересах – сразу становятся отступниками, изгоями.
Остальные же учатся следовать повседневным законам человеческой жизни – быть верным данному слову, бескорыстно помогать товарищам, защищать слабых, вовремя подставлять надёжное дружеское плечо.
Без сомнения, служба в ВДВ сформировала меня как мужчину, способного принимать решения и нести за них ответственность. Навсегда осталась в моём сердце и беспредельная преданность Родине.
А ещё помню, что в части, где я служил, на плацу висел огромный лозунг: «Десантник вступает в бой тогда, когда солдат любого рода войск считает бой проигранным». И по сей день эти слова остаются моим кредо в жизни и в работе. Абсолютно уверен: успех обязательно приходит к тем, кто верит в победу, и в любой, даже самой безнадёжной ситуации, борется до конца.
И сегодня, когда на пропитанной нацизмом Украине пишется очередная страница русской военной истории, десантники, как всегда, сражаются на переднем крае. Штурмуют нацистские опорные пункты, переигрывают противника в мастерстве и идут навстречу любым испытаниям – только вперёд, плечом к плечу. И можно быть уверенным в том, что за десантным девизом «Никто, кроме нас» по-прежнему стоят решимость, ответственность, способность выполнить любую задачу даже ценой собственной жизни.
«Не жалею!»
И чтобы показать, в каких условиях закаляются настоящие десантники, в заключение, как и обещал, поделюсь личным воспоминанием о службе в 337-м гвардейском парашютно-десантном полку 104-й дивизии ВДВ.
В одной роте со мной служил парень. Звали его, помнится, как и меня – Сергей. А фамилия была Морозов. И вот в день учений мы прыгали с парашютом – для него это был не то четвёртый, не то пятый раз.
Он прыгнул, купол раскрылся, но дальше что-то пошло не так. Может быть, чуть ниже шла следующая тройка «кораблей», может быть, вмешались ещё какие-то обстоятельства, но внезапно купол Сергея пробил другой парашютист – лейтенант.
Теоретически мы были готовы к таким ситуациям и знали: если твой купол пробит или смят так, что уже не расправится, первое, что нужно сделать – это перерезать стропы, потом отлететь в свободном падении и уже в чистом небе открыть запаску.
Но Сергей, видимо, запаниковал и дёрнул запаску сразу же. Она примешалась к двум уже сплетённым куполам – получился огромный комок из перкаля и капрона. Смертельно опасная ситуация.
Лейтенант – его фамилию я, к сожалению, не помню – ещё мог спастись: у него была возможность отрезать свои стропы, оттолкнуть запутавшиеся в клубок купола вместе с Сергеем, и, оказавшись в чистом небе, раскрыть свою запаску. Но это был лейтенант ВДВ – настоящий офицер, десантник, который дорожил девизом «Своих не бросаем».
И он не бросил. Одной рукой он держал соскальзывающего на стропах Сергея, а другой вырезал запутавшиеся стропы, чтобы освободить свою запаску и отбросить её купол в сторону. Мы видели, как перед самой землёй он успел выбросить запаску. Вот только раскрыться она уже не успела.
Сергей погиб сразу же. А вот лейтенант, несмотря на удар страшной силы, был ещё жив, когда к нему подбежал комдив.
Лейтенант не мог сдержать крика, когда его поднимали в подоспевший вертолёт – любое движение отзывалось невыносимой болью. На какое-то время он потерял сознание, потом, вероятно, от мощной тряски в вертолёте, летевшем в ближайший госпиталь, пришёл в себя, открыл глаза, увидел комдива и сказал всего лишь два слова: «Не жалею!».
Немногие из нас смогли удержаться от слёз, когда услышали от комдива эти слова. Невероятно жалко было и лейтенанта, и Сергея, но было ещё кое-что, от чего челюсти сжимались так, что ходили желваки, а глаза наполнялись слезами. Дело было в том, что мы поняли, о чём не жалел лейтенант. А не жалел он о том, что выбрал такую профессию – Родину защищать, и о том, что служил в Воздушно-десантных войсках.
Ведь, с точки зрения обычного человека, вполне можно было в этой ситуации сказать: «Будь проклят тот день, когда я поступил в Рязанское десантное училище! Зачем только я выбрал такую судьбу!». Но лейтенант был уверен в каждом своём решении. Потому и сказал: «Не жалею!».
Я тоже никогда не жалел, что служил в ВДВ вместе с такими людьми – настоящими героями.
Никто, кроме нас! Слава ВДВ!