— Игорь, зачем тебе новые кроссовки? — Марина посмотрела на меня через очки для чтения.
— Старые развалились.
— Покажи старые.
Принёс свои Nike, которым было года два. Подошва слегка стёрлась, но в целом нормальные.
— Вполне рабочие кроссовки, — заключила она. — Проходишь ещё полгода.
— Мне неудобно в них.
— Купи стельки за сто рублей.
— Марин, я хочу нормальные кроссовки.
— За пять тысяч? Это расточительство.
— Пять тысяч для нас не деньги.
— Не деньги? Игорь, мы должны экономить.
— На чём экономить? Я зарабатываю восемьдесят тысяч в месяц.
— И что? Деньги нужно беречь.
— Для чего беречь?
— Для будущего.
— Какого будущего?
— Обычного будущего. Мало ли что случится.
Такие разговоры у нас происходили постоянно. Марина контролировала каждую мою трату.
Хочу купить новую рубашку — она проверяет старые, находит три вполне приличных.
Предлагаю сходить в ресторан — она считает, сколько продуктов можно купить на эти деньги.
Говорю про отпуск на море — она показывает фото дачи и объясняет, что природа везде одинаковая.
При этом сама тратила деньги регулярно. Но всегда на "необходимые" вещи.
Новый крем для лица за две тысячи — "кожа требует ухода".
Курсы йоги за пять тысяч в месяц — "здоровье дороже денег".
Платье за семь тысяч — "мне не в чем пойти на корпоратив".
Когда я пытался возражать, получал стандартный ответ:
— Игорь, это не роскошь, это необходимость.
А мои кроссовки, рубашки и желание нормально отдохнуть роскошью считались.
Год назад я предложил вести семейный бюджет.
— Давай посчитаем доходы и расходы, — сказал я. — Составим план трат.
— Зачем? — удивилась Марина.
— Чтобы понимать, на что тратим деньги.
— Я и так понимаю.
— А я не понимаю.
— Что именно не понимаешь?
— Куда уходят деньги. Зарабатываю восемьдесят тысяч, а к концу месяца остаётся пять.
— Это нормально.
— Почему нормально?
— Жизнь дорогая.
— Настолько дорогая?
— Настолько.
— Тогда давай посчитаем.
— Не нужно считать. Нужно больше зарабатывать.
— Марин, я хочу понимать структуру расходов.
— Какую структуру? Еда, одежда, коммунальные, транспорт.
— Сколько на еду тратим?
— Не помню.
— Приблизительно.
— Тысяч двадцать.
— А на одежду?
— По-разному.
— В среднем.
— Тысяч десять.
— Получается тридцать тысяч. Плюс коммунальные — пять тысяч. Плюс транспорт — три тысячи. Итого тридцать восемь. Остаётся сорок две тысячи. Куда они деваются?
— На разные мелочи.
— На сорок две тысячи мелочей?
— Игорь, зачем ты придираешься?
— Не придираюсь. Хочу понять.
— Понять что?
— Почему у нас нет накоплений.
— А зачем накопления?
— Для покупки квартиры, машины, отпуска.
— У нас есть квартира и машина.
— Съёмная квартира и десятилетняя машина.
— Этого достаточно.
— Мне недостаточно.
— Тогда больше зарабатывай.
Разговор заканчивался ничем.
Я попробовал другой подход. Начал записывать свои траты.
За месяц потратил на себя четыре тысячи рублей:
- Обеды на работе — 2500
- Стрижка — 500
- Носки и трусы — 700
- Проездной — 300
Четыре тысячи из восьмидесяти.
— Марин, посмотри мои траты за месяц.
Показал записи.
— И что?
— Я трачу четыре тысячи. Ты говоришь, что остальное уходит на семью.
— Уходит.
— Покажи на что.
— Не буду показывать.
— Почему?
— Потому что это глупо.
— Что глупо?
— Считать каждый рубль.
— Я не каждый рубль считаю. Хочу общую картину.
— Общая картина такая: денег мало, нужно экономить.
— На моих тратах экономить?
— На всех тратах.
— Тогда покажи свои траты.
— Не покажу.
— Опять же, почему?
— Потому что мои траты обоснованные.
— А мои необоснованные?
— Часто необоснованные.
— Обеды на работе необоснованные?
— Можешь брать еду из дома.
— Каждый день готовить с вечера?
— Я готовлю.
— Ты готовишь один раз в три дня.
— Значит, будешь есть одно и то же.
— Понятно.
Тогда я решил провести эксперимент. Завёл отдельную карту и стал переводить туда деньги, которые Марина считала "сэкономленными".
Н
е купил кроссовки за пять тысяч — перевёл пять тысяч.
Не пошёл в ресторан на годовщину знакомства — перевёл три тысячи.
Не купил новую куртку — перевёл восемь тысяч.
За полгода накопилось тридцать тысяч рублей.
— Марин, смотри, сколько мы сэкономили благодаря твоему контролю.
— Где сэкономили?
— Вот тридцать тысяч. Это деньги, которые я хотел потратить, но ты меня отговорила.
— И что дальше?
— Дальше потратим их на что-то действительно нужное.
— На что например?
— Купим хорошую мебель в спальню.
— Зачем? Наша мебель нормальная.
— Ей десять лет.
— Ну и что?
— Хочется что-то новое.
— Это не необходимость.
— Тогда на что потратим?
— Оставим на будущее.
— На какое будущее?
— На непредвиденные расходы.
— Какие непредвиденные расходы?
— Разные могут быть.
— Марин, если мы будем откладывать на непредвиденные расходы, то никогда ничего не купим.
— Зато будем жить спокойно.
— Я не спокойно живу.
— Почему?
— Потому что чувствую себя нищим при зарплате в восемьдесят тысяч.
Она посмотрела на меня как на идиота.
— Игорь, восемьдесят тысяч — это не много.
— Для нашего города много.
— Не много. Средняя зарплата.
— Выше средней в два раза.
— Не в два раза.
— Посмотри статистику.
— Статистика врёт.
— Хорошо, не будем про статистику. Скажи честно — на что ты тратишь деньги?
— На необходимые вещи.
— Перечисли необходимые вещи за прошлый месяц.
— Не помню.
— Попробуй вспомнить.
— Крем купила, абонемент в спортзал продлила, платье купила...
— Сколько потратила?
— Не считала.
— Приблизительно.
— Тысяч пятнадцать.
— За месяц пятнадцать тысяч на себя потратила?
— На необходимые вещи потратила.
— А я четыре тысячи потратил и ты говоришь, что это много.
— У тебя другие потребности.
— Какие другие?
— Простые. А у женщины потребности сложнее.
— В чём сложность?
— Нужно следить за внешностью.
— За восемь тысяч в месяц следить?
— За пятнадцать тысяч в месяц.
— Хорошо, пятнадцать. Остальные деньги куда деваются?
— На общие расходы.
— Какие общие расходы?
— Еда, коммунальные...
— Мы уже считали. Двадцать тысяч максимум.
— Плюс непредвиденные расходы.
— Какие?
— В прошлом месяце стиральная машина сломалась.
— Ремонт стоил три тысячи.
— Ну вот видишь.
— Марин, тридцать восемь тысяч мы находим. Остаётся сорок две. Куда они деваются?
— Игорь, хватит допрашивать меня!
— Я не допрашиваю. Хочу понять.
— Ничего тебе понимать не нужно. Зарабатывай больше.
— Почему я должен зарабатывать больше, если не знаю, куда тратятся текущие деньги?
— Потому что ты мужчина.
— И что?
— А мужчина должен обеспечивать семью.
— Я обеспечиваю.
— Плохо обеспечиваешь.
— Почему плохо?
— Потому что денег не хватает.
— На что не хватает?
— На нормальную жизнь.
— Что такое нормальная жизнь?
— Когда можно не считать каждый рубль.
— Ты не считаешь каждый рубль. Я считаю.
— Потому что зарабатываешь мало.
Этот разговор повторялся в разных вариациях каждую неделю.
Тогда я решил пойти на крайние меры. Поставил в квартире камеры.
Официально — для безопасности. На самом деле — чтобы понять, чем Марина занимается дома.
Может, она что-то покупает через интернет? Может, кому-то деньги переводит?
Первую неделю ничего подозрительного. Марина работала из дома, готовила, убиралась, смотрела сериалы.
На второй неделе заметил странность. Каждый вторник она куда-то уходила на три-четыре часа.
— Марин, где ты была вчера днём?
— У мамы была.
— Долго у мамы была.
— Мама болеет, помогала ей.
— Чем помогала?
— Уборкой, готовкой.
— Понятно.
Но мама Марины жила в другом конце города. Туда и обратно час езды, плюс три часа помощи. Получается четыре часа минимум.
Камера показывала, что уходила она в час дня, возвращалась в четыре. Три часа всего.
Значит, была не у мамы.
На следующий вторник проследил за ней.
Марина поехала в торговый центр. Припарковалась, зашла внутрь.
Я подождал пять минут и зашёл следом.
Нашёл её в казино на третьем этаже.
Сидела за игровым автоматом и методично нажимала кнопки.
Я стоял за колонн
ой и наблюдал полчаса.
За это время она проиграла тысячи три.
Потом встала, подошла к кассе, сняла ещё денег и вернулась к автомату.
Ещё полчаса игры — ещё тысячи две проигрыша.
Я вышел из торгового центра и поехал домой.
Значит, сорок тысяч рублей в месяц уходят в казино.
Вечером спросил:
— Как дела у мамы?
— Лучше стало. Я ей всю квартиру убрала.
— Устала небось?
— Очень устала.
— А завтрак мама сама готовила?
— Какой завтрак?
— Ну ты же с утра к ней поехала.
— Я днём поехала.
— А что утром делала?
— Дома была.
— Понятно.
На следующий вторник снова проследил. Марина опять поехала в казино.
На этот раз проиграла тысяч пять.
Домой вернулась в плохом настроении.
— Как дела у мамы? — спросил я.
— Нормально.
— А настроение почему плохое?
— Устала.
— От чего устала?
— От у
— От уборки устала.
— Понятно.
Я решил не затягивать и поговорить прямо.
— Марин, мне нужно тебе кое-что сказать.
— Что?
— Я знаю, где ты тратишь наши деньги.
Она напряглась.
— Где?
— В казино.
Марина побледнела.
— Не знаю, о чём ты говоришь.
— О том, что каждый вторник ты проводишь три часа в казино в «Мега Молле».
— Это неправда.
— Правда. Я видел тебя за игровыми автоматами.
— Когда видел?
— На прошлой неделе. И на позапрошлой тоже.
— Ты следил за мной?
— Следил.
— Какое ты имел право?
— Такое же право, как ты имеешь контролировать каждый мой рубль.
Марина села на диван и заплакала.
— Игорь, это не то, что ты думаешь.
— А что это?
— Я не специально.
— Как не специально?
— Сначала просто зашла посмотреть. Из любопытства.
— А потом?
— А потом затянуло.
— Насколько затянуло?
— Уже полтора года хожу.
— Полтора года? — я обалдел. — И сколько проиграла?
— Не считала.
— Приблизительно.
— Много.
— Сколько много?
— Тысяч триста.
— Триста тысяч за полтора года?
— Примерно.
— По двадцать тысяч в месяц?
— Иногда больше, иногда меньше.
— А иногда выигрывала?
— Выигрывала.
— Сколько?
— Тысяч сто выиграла.
— Итого проиграла двести тысяч чистыми.
— Получается так.
Я сел рядом с ней.
— Марин, ты понимаешь, что у нас могла быть квартира на эти деньги?
— Понимаю.
— И машина новая.
— Понимаю.
— И отпуски нормальные.
— Понимаю.
— А вместо этого ты запрещаешь мне кроссовки покупать.
— Я боялась.
— Чего боялась?
— Что денег совсем не останется.
— Так они и не остаются! Ты их в автоматы спускаешь!
— Я думала, что отыграюсь.
— За полтора года не отыгралась?
— Несколько раз почти отыгрывалась.
— Почти не считается.
— Знаю.
— Тогда зачем продолжала?
— Не могла остановиться.
— Как не могла?
— Всё время казалось, что вот-вот повезёт.
— И что теперь делать?
— Не знаю.
— Я знаю. Завтра идёшь к психологу.
— К какому психологу?
— К тому, который работает с игровой зависимостью.
— У меня нет зависимости.
— Есть. Двести тысяч рублей зависимости.
— Хорошо, пойду к психологу.
— И больше ни копейки на игры.
— Хорошо.
— И мне отчёт о каждой трате.
— Игорь, это унизительно.
— А запрещать мне покупать носки не унизительно?
— Понятно. Буду отчитываться.
— И казино заблокируешь везде, где можешь.
— Уже заблокировала.
— Когда?
— Вчера.
— Сама заблокировала?
— Сама. Поняла, что дошла до дна.
— Почему поняла?
— Вчера проиграла последние деньги и хотела занять у подруги.
— И заняла?
— Не заняла. Подруга отказала.
— И что почувствовала?
— Облегчение.
— Почему облегчение?
— Поняла, что больше не смогу играть.
— Хорошо, что поняла.
Марина взяла меня за руку.
— Игорь, прости меня.
— За что именно?
— За то, что обманывала. За то, что тратила наши деньги. За то, что контролировала твои траты, пока сама спускала всё в казино.
— Прощу, если вылечишься.
— Вылечусь.
— И будешь честной.
— Буду.
— И перестанешь контролировать мои траты.
— Перестану.
— Тогда прощаю.
Мы обнялись.
— А завтра идём покупать тебе кроссовки, — сказала Марина.
— Зачем?
— Потому что ты их заслужил.
— А деньги откуда?
— У меня есть отложенные деньги.
— Сколько отложенных?
— Тысяч пятьдесят.
— Откуда пятьдесят тысяч?
— Это я на чёрный день откладывала.
— Какой чёрный день?
— Думала, если совсем большие долги в казино будут, занять будет не у кого.
— То есть ты планировала продолжать играть?
— Планировала.
— А теперь?
— А теперь потратим эти деньги на что-то хорошее.
— На что например?
— На твои кроссовки, мою психотерапию и ужин в ресторане.
— В каком ресторане?
— В том, куда ты полгода предлагал сходить.
— И ты согласна потратить деньги на ресторан?
— Согласна. Пора начать жить нормально.
Через месяц Марина действительно начала ходить к психологу. Через три месяца её тяга к играм заметно уменьшилась.
А ещё она перестала контролировать мои траты. Теперь я мог купить что угодно, не выслушивая лекций об экономии.
Правда, покупать особо не хотелось. После того, как узнал, сколько ден
ег ушло в казино, начал сам экономить.
Но это была здоровая экономия. Я откладывал деньги на конкретные цели: отпуск, новую машину, первоначальный взнос за квартиру.
А не для того, чтобы жена могла их проиграть в автоматах.
Самое смешное, что когда у нас появились накопления, Марина стала меньше хотеть тратить.
— Игорь, давай не будем покупать этот диван, — сказала она в мебельном магазине.
— Почему?
— Дорогой очень.
— У нас есть деньги.
— Есть, но жалко тратить.
— Раньше тебе не было жалко тратить по двадцать тысяч в месяц на автоматы.
— Раньше деньги не казались настоящими.
— Как не настоящими?
— Легко приходили, легко уходили. А сейчас я знаю, сколько усилий стоит их накопить.
— И что чувствуешь?
— Ответственность.
Теперь мы живём по-другому. Планируем траты, обсуждаем покупки, копим на общие цели.
А главное — доверяем друг другу.
Хотя иногда Марина всё ещё спрашивает:
— Игорь, а тебе точно нужны эти кроссовки?
Но теперь это звучит не как контроль, а как забота о семейном бюджете.
И я отвечаю:
— Нужны. Но куплю через месяц, когда зарплату получу.
— А можешь купить сейчас. У нас есть накопления.
— Лучше не трогать накопления.
— Почему?
— Потому что теперь я понимаю, как тяжело их копить.