Жительница Ставрополя Мария Михайловна Гонтарь родом из Воронежской области. Когда родное село Урыв заняли фашисты, ей шёл всего второй годик. Отец воевал на фронте, мать, бабушка и прабабушка воспитывали пятерых детей. Машенька была третьим ребёнком в семье и попала в концлагерь вместе со всеми жителями села.
Выдал предатель
Оккупацию Мария Михайловна не помнила, но по рассказам матери, фашисты приказали селянам покинуть свои дома, чтобы разместить в селе воинскую часть.
«Прабабушка не могла идти, ноги больные, её застрелили во дворе, даже похоронить не дали по-человечески, — говорит Мария Гонтарь. — Нашу семью и других односельчан погнали к Дону. Один из местных, чтобы выслужиться, показал пальцем на учительницу, дескать, еврейка, а также на председателя сельсовета и его жену. Их расстреляли на берегу и скинули в речку. Отобрали подростков 13–15 лет и под конвоем погнали на станцию, где формировался состав для отправки молодёжи на работу в Германию. Остальных селян заставили долго идти, а потом разместили в полуразрушенных хозпостройках».
Территория была огорожена колючей проволокой и охранялась. Пожилых людей под конвоем водили на картошку. Узники варили её на открытом огне и ели. Собирали в поле осыпавшуюся пшеницу, делали из зёрен затирку. Ютились в разбитых сараях, конюшне, коровнике. Спали на земляном полу в осенние холода.
Машеньке, как потом ей говорила мать, всё время хотелось есть и пить, но даже воды не было. Какой-то сердобольный дедушка, когда шёл дождь, собирал в ладони живительную влагу и давал ребёнку. Мучения сотен женщин, детишек и стариков закончились, когда Красная армия перешла в наступление. Гитлеровцы выместили свою злобу на мирных людях, обстреляв концлагерь из пушек. Были погибшие и раненые. Остальные вырвались на свободу и вернулись в родное село, где не были почти год. Впрочем, от домов ничего не осталось, кроме печных труб, всё спалили фашисты при отступлении.
«Надо было восстанавливать дома, заготавливать продукты, — рассказывает бывшая малолетняя узница. — Наспех рыли землянки. Выкапывали оставшуюся с прошлого года мёрзлую картошку. Я чуть подросла и помню, что всё село очень сильно голодало. Мы, дети, рвали лебеду, приносили домой, сушили. Затем её толкли, просеивали, добавляли муки, когда она была, и пекли хлеб, блины».
«Интернат — моё счастье»
Тяжелые условия концлагеря, особенно голодное существование, сказались на здоровье маленькой узницы: она перестала видеть одним глазом. После возвращения домой мать хотела показать её военным врачам, но те отмахнулись, мол, некогда, уезжаем на фронт, обращайтесь к своим окулистам. В районе опытных специалистов тогда не нашлось, оперировать Машу никто не взялся. Потом перестал видеть и второй глаз. Её определили в школу-интернат для незрячих детей.
«Это было моё счастье, что я жила в школе, а не дома, — считает Мария Михайловна. — Почему? Сельские ребята ходили в лес по ягоды, по грибы, купались в речке, играли в разные игры. Я бы не смогла во всём этом участвовать и страдала бы».
В школе-интернате в районном городе Павловске под Воронежем было восьмилетнее обучение. Мария захотела продолжить учёбу, и её направили в школу для незрячих детей в Кисловодске, где она получила среднее образование. Познакомилась с парнем, они решили пожениться. Будущий супруг на год раньше окончил школу и уехал в Ставрополь, где у краевой организации Всесоюзного общества слепых были учебно-производственные предприятия.
Бригадир, спортсменка, певунья
Мария приехала в Ставрополь год спустя и устроилась на одно из таких предприятий, а вскоре вышла замуж за любимого. В общежитии молодым выделили комнатку, в которой они на первых порах жили.
Мария Михайловна отдала предприятию 40 лет. Муж, Иван Федорович, проработал на этом производстве 60 (!) лет. В свободное время увлекался русскими и международными шашками, стал кандидатом в мастера спорта. Супруги дружили с лёгкой атлетикой, Мария занималась художественной гимнастикой. Оба пели в хоре. По выходным трудились на даче, вёдрами собирали малину и клубнику.
Коллектив, где Мария была бригадиром, собирал выключатели к скрытой и открытой электропроводке, много лет числился в передовиках. Предприятие построило четыре жилых дома для своих работников в центре города, причём квартиры предоставлялись всем бесплатно!
«Мы сначала получили двухкомнатную квартиру, — делится Мария Михайловна. — Счастью не было конца, ведь подрастала дочь Ольга. Потом на свет появился сын Олег, и нам дали трёхкомнатную. Позже мы её продали, чтобы купить себе и сыну по однокомнатной. У него двое деток. Сейчас у нас уже три внучки, внук, три правнучки и правнук».
21 июля Мария Михайловна и Иван Фёдорович отметили 63 года совместной жизни. А через несколько дней в их семье произошло ещё одно событие — внучка Оксана, дочь сына, вышла замуж. Довольны дедушка и бабушка, что образовалась новая семья, и надеются на прибавление в их роду.