Распространённость ВИЧ снижается во всём мире, кроме России, отмечается в новом докладе «Фонда Карнеги за международный мир»
Статистика и динамика заболеваемости ВИЧ в России были далеко не обнадеживающими задолго до начала СВО России на Украине 24 февраля 2022 года. Однако она резко ухудшила ситуацию. В первый год СВО, по данным Министерства обороны РФ, зарегистрированная заболеваемость ВИЧ среди военнослужащих выросла более чем в 40 раз. Демографические и экономические потери, которые Россия понесет в результате этой вспышки, будут ощущаться десятилетиями и в конечном итоге могут превзойти ущерб, нанесенный ей СВО на Украине.
Число людей, живущих с ВИЧ в России, превысило отметку в 1 миллион ещё в 2016 году. Это почти 1% населения, или около 1,5–2% трудоспособного населения, и это без учета тех, кто просто не прошел тестирование.
Даже на этом этапе эпидемию можно было взять под контроль. В мире накоплен огромный опыт борьбы с ВИЧ, и при наличии политической воли было бы достаточно увеличить бюджет Минздрава на борьбу с распространением ВИЧ и внедрить проверенные методы профилактики, вместо того чтобы полагаться на устаревшие и пагубные представления о семейной жизни и «моральных устоях». Однако с началом СВО на Украине ситуация в России только ухудшилась.
Современная антиретровирусная терапия (АРТ), которая назначается пожизненно каждому человеку с впервые выявленным ВИЧ-инфекцией, стоит недешево. Даже до СВО лишь немногие богатые регионы могли позволить себе полностью её финансировать для всех нуждающихся. Минздрав пытался перейти на более дешёвые отечественные дженерики западных препаратов, чтобы сократить расходы, но организации, занимающиеся борьбой с ВИЧ, сообщали о перебоях в поставках основных лекарств ещё до СВО. Приоритеты военного времени усугубили эту проблему. Доля пациентов с ВИЧ, получающих лечение, в России впервые за много лет упала ниже 50%.
Волна военных репрессий против гражданского общества стала последним гвоздём в гроб и без того слабой российской системы помощи людям, живущим с ВИЧ. Фонд Элтона Джона, крупнейший в мире спонсор НКО, работающих в сфере ВИЧ, был объявлен «нежелательной организацией», что вынудило российские организации прекратить любое сотрудничество с ним. А признание ЛГБТ «экстремистским движением» ещё больше усилило перекрёстную стигму как вокруг гей-сообщества, так и вокруг проблемы ВИЧ.
Однако наибольшее влияние оказала сама СВО. Эпидемиологи утверждают, что риск распространения ВИЧ на фронте увеличивается, например, при переливании крови и повторном использовании одного и того же шприца в полевых госпиталях.
Люди, принимающие АРВТ ежедневно, уже не заразны, но когда солдаты живут в окопах под круглосуточным обстрелом, бесперебойное снабжение и применение АРВТ вряд ли реалистично. Между тем, нерегулярное лечение даже хуже, чем полное отсутствие лечения, поскольку может привести к развитию лекарственной устойчивости вируса и передаче его в новой мутации.
Проблема настолько серьёзна, что её официально признали даже врачи Министерства обороны РФ. Число новых случаев ВИЧ-инфекции, выявленных в вооружённых силах, выросло в пять раз с первого квартала 2022 года к осени того же года. К концу 2022 года оно выросло в тринадцать раз. А к началу 2023 года был зафиксирован пиковый рост более чем в сорок раз. К концу того же года уровень выявления ВИЧ среди военнослужащих был примерно в двадцать раз выше, чем до войны.
Столь высокие показатели передачи можно объяснить тем, что ВИЧ передаётся не только на войне через ранения и их лечение. Два более традиционных пути передачи — незащищённый половой контакт (в том числе с работниками секс-индустрии) и использование общих игл для инъекций наркотиков — никуда не исчезли. Напротив, по данным независимых журналистов, оба пути процветают в воюющей армии мужчин, которые живут каждый день как последний и неплохо зарабатывают.
Несмотря на рост числа случаев ВИЧ-инфекции в российских вооружённых силах, положительный результат теста на ВИЧ по-прежнему официально является основанием для признания негодным к службе. На этапе призыва это правило в целом соблюдается: известны случаи, когда призывники покупали справки о положительном результате теста на ВИЧ и гепатит, чтобы избежать отправки на фронт.
Однако на самом фронте эти правила соблюдаются уже не так строго. Независимые СМИ и социальные сети полны историй о том, как командиры на местах отказываются отпускать солдат с фронта, независимо от того, в каком состоянии они находятся, потому что их и так не хватает.
Хуже всего то, что ни один эпидемиолог не готов утверждать, что взрывной рост новых случаев ВИЧ-инфекции наблюдается только среди военнослужащих и обусловлен специфическими для армии факторами. Динамика заболеваемости среди остального населения может быть столь же негативной: просто военнослужащие, наряду с беременными женщинами, мигрантами и представителями некоторых профессий, такими как летчики и повара, подлежат обязательному тестированию на ВИЧ.
Одно из российских изданий сообщило, что в 14-и регионах России доля беременных женщин с положительным результатом теста на ВИЧ теперь регулярно превышает 1%. Это, по данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), является ещё одним признаком перехода к генерализованной эпидемии ВИЧ, когда говорить о «группах риска» в данной стране уже не имеет смысла.
По данным ЮНЭЙДС, с 2022 года Россия входит в пятёрку стран с наибольшим числом новых случаев ВИЧ, на долю которых приходится 3,9% из 1,5 миллиона новых случаев заражения в мире. Больше новых случаев зарегистрировано только в ЮАР (14% от всех новых случаев), Мозамбике (6,5%), Нигерии (4,9%) и Индии (4,2%), причём в последних двух странах население значительно превышает население России.
Пока нет признаков того, что эта динамика начнёт меняться в ближайшее время. Министерство здравоохранения России, как и ожидалось, назвало данные ЮНЭЙДС пропагандой.
Россия переживает эпидемию в то время, когда уровень заболеваемости ВИЧ в мире уже давно снижается. По данным ЮНЭЙДС, число новых случаев заболевания достигло пика в середине 1990-х годов и с тех пор сократилось более чем вдвое благодаря профилактике и распространению антиретровирусной терапии (АРВТ), которая при постоянном приеме позволяет ВИЧ-инфицированным людям жить нормальной жизнью и оставаться незаразными. Тем временем, в России ежегодно регистрируется от 50 000 до 100 000 новых случаев ВИЧ.
В США вакцина, обеспечивающая более 90% защиты от передачи ВИЧ в течение шести месяцев, недавно прошла финальную стадию клинических испытаний. Людям, живущим с ВИЧ, теперь предлагается АРВТ четвертого поколения: вместо одной таблетки в день им делают инъекции раз в несколько месяцев.
Даже без прорывов в медицине ВИЧ уже при нашей жизни перестанет быть серьезной медицинской проблемой во многих странах. ВОЗ давно разработала стратегию «90-90-90» для борьбы с эпидемией даже без вакцин и эффективных лекарств. Если не менее 90% людей, живущих с ВИЧ, знают о своем диагнозе, 90% из них будут получать постоянное лечение, и если это лечение будет эффективным для 90% тех, кто его получает, распространение вируса практически полностью прекратится.
Продолжительность жизни ВИЧ-инфицированных людей, получающих лечение, в настоящее время фактически несколько превышает продолжительность жизни людей без ВИЧ благодаря более интенсивному медицинскому наблюдению. Это означает, что ко второй половине XXI века, когда большинство нынешних ВИЧ-инфицированных умрет своей смертью, болезнь фактически исчезнет. Даже в странах Африки к югу от Сахары число новых случаев снизилось более чем на 20% в 2010-х годах, а число смертей – почти на 40%.
По данным ВОЗ, ситуация с ВИЧ улучшается во всем мире, за исключением одного региона: Центральной и Восточной Европы. Россия занимает первое место в Европе по доле населения, живущего с ВИЧ, – 1,5%, за ней следует Украина с 1,1%.
Нет объективных причин, по которым уровень заболеваемости ВИЧ должен снижаться во всем мире, за исключением России. Причины этого носят исключительно политический характер.
Россия — последняя крупная страна в мире, которая продолжает настаивать на полном запрете заместительной терапии (например, метадоновой) для потребителей наркотиков, находящихся под медицинским наблюдением. Клинические исследования и рекомендации ВОЗ однозначно указывают на то, что заместительная терапия может, по крайней мере, снизить вред, связанный с наркотиками, включая распространение ВИЧ.
Не менее пагубен запрет на половое воспитание в школах, где молодым людям можно было бы рассказать о важности контрацепции и прохождения тестирования на заболевания, передающиеся половым путем.
Тем, кто заразился ВИЧ во время СВО России на Украине, потребуется дорогостоящее пожизненное лечение не только ради собственного блага, но и для снижения риска дальнейшего распространения эпидемии. Это станет бременем для российского бюджета и системы здравоохранения, а также ударом по рынку труда и демографии во второй и третьей четвертях XXI века — ещё долго после окончания СВО на Украине.