Найти в Дзене

БЕСЕДА 44

БЕСЕДА  44. 4. (продолжение) О ЧЕМ СКОРБИТ И ЧЕМУ РАДУЕТСЯ СВЯТИТЕЛЬ? "Когда мы с при­скорбием видим, что вы не делаете успехов, то не ослабе­ваем ли и мы в своих силах? - восклицает Святитель Иоанн Златоуст.  - В самом деле, скажи мне, есть ли какой-нибудь успех? Вот и мы, по благодати Божией, провели уже три года, не поучая «день и ночь», но часто делая это в течение трех и даже семи дней. А что сделано? Мы уве­щеваем, обличаем, плачем, скорбим, если не явно, то в сердце. Те (явные) слезы гораздо легче этих; те приносят се­тующим некоторое утешение, а эти усиливают (скорбь) и стесняют сердце. Так, когда кто-нибудь страдает и не может обнаружить своей скорби, чтобы не показаться тщеславным, то он страдает гораздо больше, нежели когда бы обнаружил ее. Если бы никто не стал подозревать меня в излишнем често­любии, то вы увидели бы меня каждый день источающим по­токи слез; их знает моя хижина и мое уединение. Поверьте мне, я забываю о собственном спасении, заботясь о вашем, и не имею вр

БЕСЕДА  44.

4. (продолжение) О ЧЕМ СКОРБИТ И ЧЕМУ РАДУЕТСЯ СВЯТИТЕЛЬ?

"Когда мы с при­скорбием видим, что вы не делаете успехов, то не ослабе­ваем ли и мы в своих силах? - восклицает Святитель Иоанн Златоуст.  - В самом деле, скажи мне, есть ли какой-нибудь успех? Вот и мы, по благодати Божией, провели уже три года, не поучая «день и ночь», но часто делая это в течение трех и даже семи дней. А что сделано? Мы уве­щеваем, обличаем, плачем, скорбим, если не явно, то в сердце. Те (явные) слезы гораздо легче этих; те приносят се­тующим некоторое утешение, а эти усиливают (скорбь) и стесняют сердце.

Так, когда кто-нибудь страдает и не может обнаружить своей скорби, чтобы не показаться тщеславным, то он страдает гораздо больше, нежели когда бы обнаружил ее. Если бы никто не стал подозревать меня в излишнем често­любии, то вы увидели бы меня каждый день источающим по­токи слез; их знает моя хижина и мое уединение. Поверьте мне, я забываю о собственном спасении, заботясь о вашем, и не имею времени оплакивать свои грехи. Так вы для меня – все.

Когда вижу, что вы преуспеваете в добродетелях, то не чувствую собственных бед от радости; а когда вижу, что вы не преуспеваете, то от скорби опять занимаюсь своим: так я радуюсь вашему благу, хотя бы сам терпел множество бед, и скорблю о ваших недостатках, хотя бы сам имел множе­ство совершенств. Какая надежда учителю, если его паства предана порокам? Какая жизнь? Какое утешение? С каким дерзновением он предстанет пред Богом? Что скажет? По­ложим, что он не заслуживает осуждения и не подлежит на­казанию, но «чист я от крови всех», – и тогда он будет терпеть неисцельную скорбь; ведь и отцы, даже когда не подвергаются осуждению за своих детей, и тогда скорбят и страдают."