Найти в Дзене
Боец в тапочках

На глубине. Как армия и работа водолазом научили меня дышать по-другому

Мой путь вглубь себя начался с моря. Под водой всё звучит иначе. Там нет суеты, нет разговоров, нет времени — есть только ты, глубина и дыхание. В армии служил водолазом. Тогда впервые узнал, что тишина может быть громче крика, а один вдох — важнее сотни слов. Первые полгода служил в Севастополе. Тогда Крым был ещё украинским, но мы — молодые русские матросы — чувствовали, что находимся дома. Нас искренне поддерживали местные: приносили домашнюю еду, улыбались, говорили тёплые слова. Это было тихое, но мощное ощущение плеча, родства и принятия. И хотя формально мы были "на чужой территории", душой мы были в России. Спуск в холодную воду был для меня не просто службой — это был обряд. Надеваешь снаряжение и вот ты стоишь на краю. Сердце бьётся ровно, как барабан на плацу. Команда дана — и ты уходишь под толщу воды, туда, где всё решается внутри. Первое, чему учит армия — не паниковать. Второе — слушать. Третье — доверять. Без этого под водой не выжить. Там нельзя скрыть страх. Он вылази
Оглавление

Мой путь вглубь себя начался с моря. Под водой всё звучит иначе. Там нет суеты, нет разговоров, нет времени — есть только ты, глубина и дыхание. В армии служил водолазом. Тогда впервые узнал, что тишина может быть громче крика, а один вдох — важнее сотни слов.

Первые полгода служил в Севастополе. Тогда Крым был ещё украинским, но мы — молодые русские матросы — чувствовали, что находимся дома. Нас искренне поддерживали местные: приносили домашнюю еду, улыбались, говорили тёплые слова. Это было тихое, но мощное ощущение плеча, родства и принятия. И хотя формально мы были "на чужой территории", душой мы были в России.

Спуск в холодную воду был для меня не просто службой — это был обряд. Надеваешь снаряжение и вот ты стоишь на краю. Сердце бьётся ровно, как барабан на плацу. Команда дана — и ты уходишь под толщу воды, туда, где всё решается внутри.

Первое, чему учит армия — не паниковать. Второе — слушать. Третье — доверять. Без этого под водой не выжить. Там нельзя скрыть страх. Он вылазит сразу, бьётся в груди, путает дыхание, рвёт мысли. А тебе нужно оставаться спокойным. Настоящим. Настроенным на каждую мелочь.

Северодвинск: глубина, давление и ответственность

После Севастополя меня перевели в Северодвинск — в учебку подводников. Там стал не просто матросов, а инструктором. Обучал курсантов спасению с подводной лодки: через торпедный аппарат и рубку, в условиях полной изоляции от воздуха, в темноте, в холодной воде. Мы учились выживать. Учились доверять снаряжению и друг другу. Но самое главное — учились доверять себе.

Каждое погружение — как медитация. Ты учишься быть здесь и сейчас. Не думаешь ни о прошлом, ни о будущем. Только глубина и ты. Только вдох — и выдох. Становишься чище. В чём-то даже сильнее. Это как будто ты оставляешь наверху весь мусор и груз. А возвращаешься другим.

И да, это не романтика. Вода забирает тепло, силы, иногда — веру. Но она и даёт. Она учит терпению, выдержке, уважению к жизни.

Когда ты под водой, в полной тишине, где слышно только собственное дыхание, ты становишься другим. Там нет времени для паники. Нет места лишним мыслям. Всё обостряется — дыхание, ощущения, внимание. Под водой ты учишься контролировать себя на уровне инстинктов. Учишься дышать по-другому — глубоко, осознанно, с уважением к каждому вдоху.

Спорт как путь вверх

Именно тогда начал заниматься пауэрлифтингом. Штанга стала продолжением глубины — только теперь уже на суше. Давление было другим, но суть осталась: контроль, дисциплина, внутренняя опора. Каждый подход — как новое погружение. Груз на плечах — как груз ответственности, который я уже знал, как нести.

Позже я стал спасателем-водолазом. Работал на вызовах, участвовал в операциях, где счёт шёл на минуты, где нельзя было ошибаться. Нужно было быть точным, собранным, предельно живым. Это не просто работа — это образ жизни. В любой момент ты должен быть готов войти в воду, в неизвестность, чтобы вытащить человека. Спокойствие в хаосе — это то, чему меня научила глубина.

На грани — и дальше

Но не всё было гладко. Со временем пришло перенапряжение, травмы, выгорание. Тело ломалось, душа уставала. Спорт начал давать трещины, и я оказался в тишине. Это была не просто пауза — это было погружение внутрь себя. Поначалу не по своей воле. Но именно в этой тишине я заново нашёл себя. Не бойца. Не спасателя. А человека.

Я снова начал дышать. Уже не ради выживания, не ради результата — а ради жизни.

Что я понял

Сегодня я понимаю: армия, вода, давление, тяжёлые веса, перегорание, возвращение — всё это было нужно. Всё это научило меня видеть главное. Слышать тишину. Замечать дыхание. И помнить, что, где бы ты ни находился — на глубине, на ринге или среди будничной суеты — главное не потерять связь с собой.

Именно это дыхание ведёт меня сейчас. Именно оно помогает мне тренировать других. Помогает жить.