Как только дверь захлопнулась с внутренней стороны, я с громким звуком сглотнул слюну. Последним заходил, конечно, Петруша, у которого имелся обычай сильно хлопать дверьми и, тем самым, создавать вокруг напряжённую обстановку. Электричества в самый подходящий момент, конечно же, не оказалось: перегорела главная лампочка, видимо, отвечавшая за остальные. Никого из работников администрации на первом этаже также не наблюдалось. Начался тест на выживаемость.
- Петрух, ну что ты нагнетаешь, а? - вырвалось у меня, хотя я очень не хотел этого произносить.
- Он всегда так закрывает, чтобы наверняка... Чтобы больше не открылось - прошептал мне Василий. Видно было, как напряжение нарастало и у него тоже. Не каждый день к ним в посёлок сам Министр по чрезвычайным ситуациям страны приезжает; обычно присылает какого-нибудь заместителя своего заместителя.
- Извините, агент Чешизебренко... Не хотел вас напугать.., - тоже прошептал Петруша, - Борюсь с этой ужасной привычкой, но не побеждаю, к величайшему сожалению.
- Дожили!.. - прервала весь мужской шёпот Прасковья Фоминична, - В администрации банального света нет. И мне такой красивой в темноте теперь быть!.. И что теперь?.. Что за невезуха?..
- Не допустим сей несправедливости!.. - вдруг оживился я, сразу почувствовав, что мой мандраж стал постепенно исчезать на фоне проблем других людей. - Сейчас мигом всё решим!
Положение было достаточно сложное, поскольку я не сильно ориентировался в затемнённом ихнем расстрелялкинском здании, и здесь мне нужен был проводник, на роль которого прекрасно подходила моя Пашуля (решил её так теперь для себя называть). Моментально ко мне на помощь пришла моя web-дизайнерская находчивость. Я буквально вслепую сунул руку в карман штанов первого попавшегося мужского силуэта (коих, на моё счастье, рядом находилось всего два), к своему невиданному доселе удивлению, нащупал там фонарик и весь первый этаж администрации посёлка наполнился моим криком радости.
- Оппппааааааааанькииии! Смотрите-ка, что я нашёл!.. Урааааа! Живёёёём!.. - и на этой волне радостного энтузиазма направил свет от включённого фонарика в лицо Пашуле.
- Мыкуля, класс!.. Молодец!.. Только будь другом, свети фонарём не на меня, а вооооооон туда, в коридор, вооооон к той лестнице, чтоб дойти!..
И в этих словах красавицы-агента отчётливо читалось: «О, Боже! Какой придурок!». «Рукалицо» - ещё такое есть современное выражение.
Я, конечно же, быстро исправился. Всегда знал, что в отношениях с девушками палку перегибать надо чуть-чуть, самую малость, а совсем эту палку ломать уже не надо. Слишком вредно для мужского здоровья и самооценки.
- Забрезжил свет в конце тоннеля, - вновь съехидничал Василий на пути к заветной лестнице на второй этаж, чем довёл Петрушу до нервозного состояния.
- Вашу ж дивизию!.. Это же ваш фонарик, Вася! Вы его давно должны были уже достать! Я не понимаю, чего вы ждали всё это время? - ещё немного, и Петька бы с кулаками набросился на Ваську.
- Ну во-первых, скажу я тебе... Не кипятись!.. Если б не моя сто тридцать восьмая мотострелковая дивизия, то не видать бы вам этого фонаря, как своих ушей!.. - начал возмущаться инструктор.
- Так, всё, закончили разборки свои! - прервал я зарождающийся конфликт. - Мы уже на подходе к кабинету с Министром.
Перед нами уже отчётливо виднелась лестница, и её вид внушал оптимизм: на втором этаже всё-таки горел свет, коего мы были лишены на этаже первом. Ступив ногой в «цивилизацию» с электричеством, мы единогласно решили дойти до кабинета, где у нас намечалось совещание, без споров и ругани. И вот, мы добрались! Кабинет №13 перед глазами.
- Суеверные пусть идут обратно! - попытался пошутить я, и встретил понимание в глазах всей нашей маленькой команды.
Наш взор устремился в сторону Прасковьи Фоминичны, и активная жестикуляция руками со смыслом «только после Вас, мадам!» не заставила себя долго ждать.
Прасковьюшка лукаво заулыбалась и со стопроцентной уверенностью громко постучала пять раз в дверь кабинета.
- Входите-входите, не задерживайтесь! - послышался изнутри суровый генеральский голос.
Мы зашли на «оперативку» так, как дети в детском саду выходят на сцену актового зала, дружно и слегка поталкиваясь. Удивительно, но у «ботаника» Петруши даже нашлось, что при этом сказать.
- Здравствуйте, господин Министр! Мы к вам пулей летели-летели... И вот, прилетели!.. (здесь я был горд за Петю: хотя бы с чего-то начал разговор).
- Верю!.. А минут десять на первом этаже орали не вы?.. - спросил Министр сурово, постукивая карандашом по столу.
- Виноваты! Это были мы. - вымолвил я, взяв инициативу на себя. - Решали внезапно возникшую внештатную ситуацию. Сейчас мы её решили, и теперь - только к вашим услугам.
- Похвально... Похвально... - задумчиво отреагировал высокопоставленный чиновник. - Представьтесь, кто вы?
- Агент специального назначения Мыкола Чешизебренко - это я! - отчеканил «Паша» и зачем-то приложил руку к голове, прекрасно осознавая, что мне за это грозит.
- Руку к пустой голове не прикладывают, агент! И ещё... представьте мне остальных ваших друзей. - я ощутил на себе пристальный, сверлящий, очень требовательный генеральский взгляд. Ещё меня взволновало, заметит ли Министр, что я в спортивном костюме пришёл, наплевав на всякие там дресс-коды.
- Не такие уж и друзья, конечно, просто случайные знакомые... в основном... - впервые за долгое время «агент Чешизебренко» смутился. - Это вот - Прасковья Фоминична... Эээээээ...
Я стал тянуть паузу в ожидании, что Пашуля сама назовёт свою фамилию. Кстати, и меня эта тема тоже интересовала.
- Зайкина, - чуть слышно шепнула мне она.
Не поверив услышанному, я сразу же, но всё так же тихо, переспросил:
- Как-как?..
- Зайкина, - шепнула Пашуля повторно и вызвала у меня слабый, практически беззвучный смех.
- Ты серьёзно щас?.. - прилив юмора охватывал «Пашу» всё сильнее и сильнее, и это грозило полным провалом миссии, которая ещё фактически не началась.
- Нузайкиная! - громко и одним словом, специально, чтобы слышали все вокруг, ответила Прасковья Фоминична. Напомнило шикарнейшую фразу советской кинематографии «Невиноватая я! Он сам пришёл!»
- Ааааааа, теперь понятно!.. Зайкина ты!.. - «Паша» уже набрал обороты своего юмора и остановиться ему (то есть, мне) было крайне сложно.
В это самое время у Министра начала пропадать всякая военная выдержка, и мы прослушали его монолог.
- Ну Зайкина и Зайкина!.. Какие проблемы-то у вас с этим?.. Почему мы тратим на это уйму времени? Я к вам приехал сюда не чаи распивать, а ради вопроса жизни и смерти, можно сказать!.. Созвал оперативный штаб, прошу у вас помощи. А ко мне тут пришла какая-то «группа медленного реагирования» и тратит моё драгоценное время на выяснение всяких мелочей, вроде имён сотрудников! Вы что, все повылетать с должностей хотите что ли?..
- Господин Министр, видите ли, какое дело у нас случилось... - попытался объясниться инструктор Василий, - Нашего агента, который Чешизебренко, в учебно-тренировочной программе контузило. И после этого он сам не свой, ходит, постоянно смеётся, шутки шутит, как будто, только что из цирка вернулся.
Когда я в очередной раз засмеялся, Министр по чрезвычайным ситуациям сделал понимающее лицо и махнул на меня рукой.
- Разрешите внести рациональное предложение, господин Министр?! - неожиданно для всех донеслось от Пашули. - В целях экономии времени я готова вам написать весь состав группы, а вы его просто прочтёте.
- Вы столь же гениальны, как и прекрасны в своём очаровании, агент Зайкина! - отреагировал Министр, не скрывая начавшегося умиления. - Конечно же, пишите!
Через пару минут список из четырёх полных «ФИО» аккуратно лежал на столе и ожидал оглашения. Министр почти сразу же взял его в руки, то подносил ближе к глазам, то отдалял от них, произнося многозначное «Хммммммм...». Наша группа стояла с ощущением, как будто Министр выбирает, кто будет сегодня расстрелян, а кто выживет.
- Итак, приступим!.. Мыкола Агапович Чешизебренко!.. Так... Уже знаем такого... Кто не знает, - прошу любить и жаловать!.. - и тут же Министр внимательно взглянул на меня.
- Вообще, такой замечательный аватар для web-дизайнера из Москвы... - со свойственным мне сарказмом пролепетал я.
- Что-что вы сказали, Мыкола Агапыч? - с интересом спросил Министр, приподымая одну из своих густых бровей.
- Да нет, ничего, всё нормально! Продолжайте, пожалуйста! - с трудом сдерживая улыбку, попросил тот, кого на самом деле зовут Павел Сергеевич.
- Итак, далее по списку у нас идёт... Зайкина Прасковья Фоминична. Прекрасно вижу, фамилия полностью соответствует состоянию и души, и тела, скажем так. - после этого Министр кашлянул несколько раз, после чего - продолжил.
- Прапорщик Василий Иванович Ёжиков... Кто это у нас такой?.. Выйти из строя!
Из строя, естественно, с громким солдатским криком «Я!» вышел инструктор «по труду и обороне» Василий, отдал Министру честь и по тому же пути шагнул обратно.
«Оказывается, в том, что я Ёжикова отправлял выгуливать ёжиков, был глубокий сакральный смысл...» - не прекращал удивляться я сложившейся ситуации, но сказал это не вслух, а лишь подумал.
- И последний участник вашей, (если уж называть вещи своими именами), группы медленного реагирования - Пётр Адамович Тынд... Тынбдг... Ах, ты ж, мать родная!.. Тындбгд... - разуверившись в своё зрение, Министр раскрыл глаза по максимуму, пристально вглядываясь в листок бумаги с фамилиями на расстоянии около десяти сантиметров. Потом не выдержал, выпил стакан воды полностью, громко выдохнул и всё же произнёс фамилию Петруши.
- Пётр Адамович Тындгберг! Ну наконец-то, я это сделал!
- Он самый, господин Министр! - скромно откликнулся Петруша. Он вышел настолько весь красный, что, казалось, покраснели даже его очки.
- Как вас только Земля носит с такими фамилиями? Куда смотрит паспортный стол? Ну, это ведь невозможно же!.. - недоумевал и одновременно жаловался Министр, достаточно сильно измяв лист бумаги со списком.
- Я вам больше скажу - это друг Мкртчяна! - попытался и здесь применить своё неугасаемое чувство юмора «Паша».
- А кто это?.. - спросил Министр, нахмурившись и вспоминая нужного человека.
- Это актёр такой небезызвестный, с кавказскими корнями, - ответил я, словно был профессиональным энциклопедистом.
- Ааа, точно! Спасибо, Мыкола Агапыч! Надо будет как-нибудь фильм посмотреть с его участием, на выходных... Министр приосанился, поправил галстук, откашлялся, налил и выпил ещё воды. Стало ясно, что он готовится сказать что-то важное.
- Внимание, друзья! Перед нами стоит ответственная задача, которую я хотел бы поручить именно вам!.. Сразу отвечу на вопросы, вроде «А чё сразу мы-то? Других что ли нет в МЧС?» ... Так вот, других нет! Каждый винтик прикручен к своему болтику и каждый шпунтик выполняет свою функцию, то бишь, каждый занят строго своей работой... Но, чтобы успешно реализовать мою просьбу, будут необходимы не только хорошие агентурные способности, но и сообразительность, смекалка, нестандартный подход. И я полагаю, всем этим вы обладаете. Хотя и выполняете всё, как группа МЕДЛЕННОГО реагирования! Но, я опять-таки полагаю, это можно исправить...
Министр набрал побольше воздуха в грудь, чтобы как можно чётче сформулировать наиглавнейшую задачу нашей «оперативки».
- В общем, слушай мою команду, группа... Любыми силами и средствами... найти мою...
И здесь фраза оборвалась, поскольку все мы оказались в темноте.
- Вероятно, диверсия!.. - достаточно громко шепнул в темноту прапорщик Ёжиков и насторожился.
- Этого ещё только нам не хватало! - донеслось из темноты от Министра. Что за бардак? Срочно выясните, в чём дело!
«Вот она, под миссия для основной миссии!», подумал я, включил всё тот же фонарик, который выручал группу на первом тёмном этаже, и светом пригласил моих коллег по "операции" двигаться вместе со мной.
И мы пошли в темноту и неизвестность...
Продолжение следует...))