— Мам, я дома! — послышался знакомый голос из прихожей.
Валентина Петровна уронила чашку с чаем прямо на пол. Черепки разлетелись по всей кухне, но женщина даже не заметила этого. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Этот голос... Неужели правда?
— Игорёк? — прошептала она, не веря собственным ушам.
В дверном проёме появился высокий молодой человек с обросшим лицом и потемневшими от загара руками. Игорь. Её единственный сын, которого она не видела целый год. Валентина Петровна бросилась к нему, не обращая внимания на осколки под ногами.
— Сынок мой дорогой! Где же ты был? Я с ума сходила от беспокойства! Почему не звонил? Почему не писал? — сквозь слёзы причитала женщина, крепко обнимая Игоря.
— Мам, успокойся. Всё хорошо. Я же вернулся, — мягко произнёс он, поглаживая мать по голове. — И кое-кого привёз с собой.
Только тогда Валентина Петровна заметила, что сын пришёл не один. В прихожей стояла женщина в светлом платье и солнечных очках. Когда она сняла очки, Валентина Петровна едва не упала. Женщине было явно за шестьдесят. Седые волосы аккуратно уложены, на лице морщинки, но держалась она очень достойно и элегантно.
— Мам, знакомься. Это Лидия Михайловна. Моя... девушка, — неуверенно произнёс Игорь.
Валентина Петровна почувствовала, как земля уходит из-под ног. В её голове не укладывалось то, что она слышала. Игорю двадцать пять лет, а этой женщине явно больше шестидесяти. Получается, она старше самой Валентины Петровны на десяток лет!
— Добро пожаловать, — с трудом выговорила хозяйка дома, протягивая дрожащую руку для знакомства. — Проходите, пожалуйста.
— Спасибо за гостеприимство, — мелодичным голосом ответила Лидия Михайловна. — Игорь так много рассказывал о вас. Очень рада наконец познакомиться.
Валентина Петровна механически накрыла на стол, пытаясь переварить увиденное. Сын исчез на целый год без объяснений, а теперь вернулся с женщиной, которая годилась ему в бабушки. Что вообще происходит?
— Игорь, расскажи мне, где ты был весь этот год? — твёрдо спросила она, усаживаясь за стол напротив сына и его спутницы.
— Мам, это длинная история. Помнишь, год назад я поссорился с Катей и нас выгнали с работы? Я был в таком состоянии, что решил всё бросить и уехать. Купил билет на первый попавшийся поезд.
— И поехал в Сочи, — подхватила Лидия Михайловна. — Там мы и познакомились.
Валентина Петровна внимательно рассматривала эту женщину. Несомненно, она была красива в молодости, да и сейчас выглядела ухоженно. Но что она нашла в её сыне? И что он нашёл в ней?
— Лидия Михайловна работает в санатории массажистом, — продолжал Игорь. — У неё золотые руки. Она помогла мне прийти в себя после всех неприятностей.
— Игорь пришёл ко мне совсем разбитый, — мягко добавила Лидия Михайловна. — Молодой человек потерял веру в себя, в людей. Мне стало его жаль. Я просто хотела помочь.
— И как же помощь превратилась в... отношения? — с трудом произнесла Валентина Петровна.
Лидия Михайловна и Игорь переглянулись. На лице сына появилось смущение, а женщина спокойно отпила чай из чашки.
— Мам, я понимаю, что это выглядит странно. Но мы полюбили друг друга. Возраст — это просто цифры.
— Цифры? — возмутилась Валентина Петровна. — Игорь, очнись! Эта женщина старше меня! У неё наверняка есть взрослые дети, может быть, даже внуки!
— Есть, — спокойно подтвердила Лидия Михайловна. — Двое детей и трое внуков. Но это не мешает мне быть счастливой с вашим сыном.
Валентина Петровна схватилась за сердце. Внуки! У избранницы её сына есть внуки, которые, возможно, ровесники самого Игоря!
— Сын, ты хоть понимаешь, во что ввязался? — с отчаянием в голосе спросила она. — Что люди скажут? Что подумают соседи? А дети? Ты когда-нибудь думал о детях?
— Мам, мне не нужны дети. Мне нужна Лида, — решительно ответил Игорь.
— Не нужны дети? — Валентина Петровна почувствовала, как слёзы подступают к глазам. — А как же внуки? А как же продолжение рода? Я мечтала понянчить твоих малышей...
— Валентина Петровна, — вмешалась Лидия Михайловна, — я понимаю ваше состояние. Но любовь не выбирает возраст. Мы с Игорем счастливы вместе. Разве этого недостаточно?
— Недостаточно! — резко ответила Валентина Петровна. — Вы используете моего сына! Он потерянный молодой человек, который ищет материнскую заботу, а вы этим пользуетесь!
Лидия Михайловна поставила чашку на стол и внимательно посмотрела на Валентину Петровну.
— Знаете, я была замужем тридцать лет. Мой муж умер от рака три года назад. Я думала, что больше никого не смогу полюбить. Дети выросли, живут своей жизнью. Внуки приезжают по праздникам. Я была очень одинока.
— И решили поживиться молодым человеком? — язвительно бросила Валентина Петровна.
— Мам, прекрати! — вскочил из-за стола Игорь. — Ты говоришь ужасные вещи!
— Игорь, сядь, — спокойно попросила Лидия Михайловна. — Твоя мама имеет право на своё мнение. Валентина Петровна, я не охочусь на молодых мужчин. Просто так получилось, что мы с Игорем нашли друг друга. Он дарит мне радость жизни, а я даю ему стабильность и понимание.
— Стабильность? — фыркнула Валентина Петровна. — Какую стабильность может дать женщина в её возрасте молодому мужчине?
— Мам, Лида помогла мне найти работу. Хорошую работу. Я теперь зарабатываю в два раза больше, чем раньше. У нас красивая квартира, мы путешествуем...
— На её деньги путешествуете?
— На наши деньги! — возмутился Игорь. — Мы оба работаем, оба вкладываемся в отношения.
Валентина Петровна встала и прошлась по кухне. В голове роились тысячи мыслей. Сын нашёлся, живой и здоровый, но привёз с собой такую проблему. Как она объяснит соседкам? Как будет смотреть в глаза подругам?
— А что говорят ваши дети? — спросила она у Лидии Михайловны.
— Поначалу были против, — честно призналась женщина. — Но потом увидели, что я счастлива, и смирились. Главное для них — моё счастье.
— Вот видите! Даже собственные дети были против такого союза!
— Но потом поняли и приняли наше решение, — добавил Игорь. — Мам, я думал, ты будешь рада, что я наконец обрёл счастье.
Валентина Петровна села обратно за стол и закрыла лицо руками. Год она места себе не находила, искала сына, обзванивала больницы и морги, а он в это время жил припеваючи с женщиной, которая годилась ему в бабушки.
— Сколько вам лет, Лидия Михайловна? — прямо спросила она.
— Шестьдесят четыре.
— Игорю двадцать пять. Разница почти сорок лет! Когда он родился, вы уже были взрослой женщиной с детьми!
— Валентина Петровна, — терпеливо сказала Лидия Михайловна, — я прекрасно понимаю вашу реакцию. На вашем месте я бы тоже была в шоке. Но посмотрите на Игоря. Разве он выглядит несчастным?
Валентина Петровна внимательно посмотрела на сына. Действительно, Игорь выглядел лучше, чем год назад. Загоревший, поправившийся, в глазах появился блеск. Одет хорошо, часы дорогие на руке...
— Материально вы его обеспечиваете? — подозрительно спросила она.
— Мам! — возмутился Игорь. — При чём здесь деньги?
— При том, что молодой человек может увлечься обеспеченной женщиной из корыстных побуждений.
— У меня квартира и небольшие сбережения, — спокойно ответила Лидия Михайловна. — Но Игорь работает и зарабатывает сам. Мы живём на равных.
— И что дальше? — с отчаянием спросила Валентина Петровна. — Вы собираетесь жениться? Заводить общее хозяйство? А потом что? Лет через десять она будет немощной старушкой, а мой сын станет сиделкой!
— Мам, хватит! — резко встал Игорь. — Ты переходишь все границы! Я привёз домой человека, которого люблю, а ты устраиваешь допрос с пристрастием!
Валентина Петровна посмотрела на сына и вдруг поняла, что может потерять его навсегда. В его глазах читалось разочарование и обида. Лидия Михайловна сидела с каменным лицом, но было видно, что слова Валентины Петровны задели её за живое.
— Простите меня, — тихо сказала Валентина Петровна. — Я просто... Я так волновалась за сына весь этот год. Думала, что с ним случилось что-то страшное.
— Я понимаю ваши переживания, — мягко ответила Лидия Михайловна. — Но поверьте, я искренне люблю вашего сына и хочу сделать его счастливым.
— А если через несколько лет он встретит молодую девушку? — не выдержала Валентина Петровна. — Что тогда?
— Тогда отпущу, — просто ответила Лидия Михайловна. — Я не собираюсь держать его силой.
Игорь взял руку Лидии Михайловны в свою и крепко сжал.
— Этого не произойдёт, мам. Я знаю, что хочу. Лида — моя семья теперь.
Валентина Петровна сидела молча, переваривая услышанное. В её представлении рушился весь мир. Она мечтала о невестке, с которой можно было бы печь пироги и обсуждать внуков. Мечтала о детских голосах в доме и семейных праздниках за большим столом.
— Мы хотели пожить здесь несколько дней, — осторожно сказал Игорь. — Если ты не против.
— Конечно, не против, — автоматически ответила Валентина Петровна. — Это твой дом.
Лидия Михайловна встала из-за стола.
— Разрешите, я помогу убрать посуду, — предложила она.
— Не нужно, — холодно ответила Валентина Петровна. — Я сама справлюсь.
— Мам, — тихо сказал Игорь, — дай Лиде шанс. Она хороший человек.
Валентина Петровна кивнула, но в душе кипела буря. Она не могла понять, как такая разумная женщина решилась на отношения с мужчиной моложе себя на сорок лет. И как её сын мог влюбиться в женщину, которая годилась ему в бабушки.
Вечером, когда гости устроились в комнате Игоря, Валентина Петровна не могла заснуть. В голове крутились одни и те же мысли. Что скажут соседи? Как она будет объяснять подругам, кто такая Лидия Михайловна? А главное — что будет с её сыном?
На следующее утро она встала пораньше и приготовила завтрак. Лидия Михайловна спустилась на кухню первой.
— Доброе утро, Валентина Петровна. Как спалось?
— Нормально, — коротко ответила хозяйка дома. — Кофе будете?
— С удовольствием.
Женщины сидели за столом в тягостной тишине. Валентина Петровна украдкой разглядывала избранницу сына. Лидия Михайловна была ухоженной, интеллигентной женщиной. Говорила грамотно, держалась с достоинством. Но возраст... этот проклятый возраст!
— Валентина Петровна, — вдруг заговорила Лидия Михайловна, — я хочу, чтобы вы знали: я не лишила Игоря будущего. Если он когда-нибудь захочет детей или встретит молодую девушку — я не стану препятствием.
— А сейчас что вы ему даёте? — спросила Валентина Петровна.
— Любовь, понимание, стабильность. Игорь был очень травмирован, когда мы познакомились. Предательство невесты, потеря работы... Он потерял веру в себя.
— И вы его пожалели?
— Сначала да. А потом... полюбила. Он очень добрый и талантливый молодой человек. Рядом с ним я чувствую себя молодой и нужной.
Валентина Петровна хотела сказать что-то колкое, но в глазах Лидии Михайловны увидела искреннюю любовь и боль.
— Вы понимаете, что люди будут осуждать? — спросила она.
— Конечно понимаю. Но разве мнение посторонних важнее счастья близкого человека?
В этот момент на кухню спустился Игорь. Он был в хорошем настроении, напевал что-то под нос.
— Доброе утро, дорогие мои женщины! — весело поприветствовал он. — Как спалось?
— Хорошо, — улыбнулась Лидия Михайловна.
Валентина Петровна смотрела на сына и видела, что он действительно счастлив. За год его отсутствия она забыла, каким жизнерадостным он может быть. Последние годы перед исчезновением Игорь был мрачным, раздражительным, постоянно жаловался на жизнь.
— Мам, а помнишь, как мы раньше по воскресеньям в парк ходили? — спросил он, наливая себе кофе. — Может, сегодня прогуляемся втроём?
Валентина petровна хотела отказаться, но посмотрела на сына и кивнула. Может быть, на улице ей будет легче принять эту странную пару.
Они гуляли по знакомым дорожкам, и Валентина Петровна невольно наблюдала за Игорем и Лидией Михайловной. Они вели себя как обычная влюблённая пара — держались за руки, шутили, Игорь заботливо поправлял Лидии шарф. А она смотрела на него с такой нежностью, что сердце Валентины Петровны невольно дрогнуло.
— Лидия Михайловна, — наконец решилась она, — расскажите о себе. Кем работали? Как сложилась жизнь?
— Я преподавала в университете на факультете психологии, — ответила Лидия Михайловна. — Потом, когда муж заболел, ушла в санаторий — там график свободнее, могла больше времени проводить с семьёй.
— Детей растили?
— Дочь и сын. Дочь — врач, живёт в Москве. Сын — инженер, здесь, в городе.
— И как они отнеслись к вашим... отношениям?
Лидия Михайловна задумалась.
— Дочь до сих пор не может понять. Звонит редко. А сын... он сказал, что главное — моё счастье. Хотя вижу, что ему неловко.
Валентина Петровна кивнула. Значит, и в той семье не все гладко с принятием этого союза.
Вечером, когда Игорь пошёл в магазин, женщины остались наедине.
— Лидия Михайловна, — сказала Валентина Петровна, — я всю жизнь мечтала о внуках. Игорь — мой единственный ребёнок.
— Я понимаю, — тихо ответила та. — И мне очень жаль, что не могу дать ему детей.
— Но вы же понимаете, что лишаете его будущего?
— Не лишаю, — твёрдо сказала Лидия Михайловна. — Если он захочет стать отцом, я отступлю. Я же говорила вам.
— А если не захочет? Если так и будет жить с вами до старости?
— Тогда значит, такова его судьба. Валентина Петровна, я не принуждала вашего сына. Он сам сделал выбор.
В дверях появился Игорь с пакетами продуктов.
— О чём беседуете? — спросил он.
— Так, женские разговоры, — уклончиво ответила мать.
На третий день пребывания гостей в доме к Валентине Петровне пришла соседка Клавдия Ивановна. Женщина была известной сплетницей и всегда совала нос в чужие дела.
— Валя, а кто это у тебя в гостях? — с любопытством спросила она. — Вчера видела, как твой Игорь с какой-то пожилой женщиной гулял. Под руку её вёл.
Валентина Петровна почувствовала, как кровь приливает к лицу.
— Это... знакомая, — неуверенно ответила она.
— А что-то близко знакомая, — хмыкнула Клавдия Ивановна. — И давно Игорёк вернулся?
— Недавно.
— А где был-то весь год?
— Работал в другом городе.
Клавдия Ивановна явно не поверила таким скупым ответам, но виду не подала.
— Ну ладно, рада, что сын нашёлся. А то ты вся извелась за этот год.
Когда соседка ушла, Валентина Петровна поняла, что скоро весь дом будет обсуждать странную пару. И что ей придётся как-то объяснять эти отношения.
Вечером она решилась на откровенный разговор с сыном.
— Игорь, а что дальше? Где вы собираетесь жить?
— Пока не решили, — ответил он. — Может, останемся в Сочи. Может, переедем сюда.
— А работа?
— Найдём. Лида легко устраивается — массажисты везде нужны. А я теперь хороший опыт имею.
— Игорёк, — осторожно начала Валентина Петровна, — а ты не думал, что люди будут осуждать ваши отношения?
— Думал. И что с того? Мам, я был на дне. Меня предала невеста, с работы выгнали, друзья отвернулись. Я хотел покончить с собой.
Валентина Петровна ахнула.
— Что ты говоришь?
— Правду говорю. И именно Лида спасла меня. Она поверила в меня, когда я сам в себя не верил. Помогла встать на ноги, найти работу. Полюбила меня таким, какой я есть.
— Сынок... — прошептала Валентина Петровна.
— Мам, я понимаю, что это выглядит странно. Но мне хорошо с ней. Я счастлив. Разве это не главное?
Валентина Петровна посмотрела на сына и вдруг поняла, что может выбирать: либо принять его выбор и сохранить отношения, либо продолжать сопротивляться и потерять сына навсегда.
— Игорь, — тихо сказала она, — приведи Лидию Михайловну. Я хочу с ней поговорить.
Лидия Михайловна вошла в комнату с настороженным выражением лица.
— Садитесь, — попросила Валентина Петровна. — Лидия Михайловна, я хочу извиниться за своё поведение. Возвращение сына с такими... неожиданными новостями выбило меня из колеи.
— Я понимаю, — мягко ответила та.
— Но я вижу, что Игорь счастлив. А счастье моего ребёнка для меня важнее всего на свете.
Игорь взял мать за руку.
— Мам, это значит, что ты принимаешь наш выбор?
Валентина Петровна глубоко вздохнула.
— Я буду стараться. Но пообещайте мне одно, Лидия Михайловна: если когда-нибудь поймёте, что отношения заходят в тупик или мой сын хочет другой жизни — не держите его.
— Обещаю, — серьёзно ответила Лидия Михайловна.
— А теперь расскажите мне о своих планах. И давайте договоримся — если вы собираетесь быть частью семьи, то зовите меня просто Валентина.
Лидия Михайловна улыбнулась впервые за все эти дни.
— Спасибо, Валентина. Это много для меня значит.
Игорь обнял мать и поцеловал в щёку.
— Спасибо, мам. Я знал, что ты поймёшь.
Валентина Петровна ещё не была готова полностью принять выбор сына, но поняла главное: Игорь вернулся домой живым и счастливым. А всё остальное — дело времени и привычки. Возможно, эти отношения не будут длиться вечно. Возможно, сын ещё изменит своё мнение. Но сейчас он рядом, он улыбается, и в его глазах снова горит огонёк жизни. А для матери это самое важное на свете.
