Из цикла: «Пробуждение России и истощение Европы»
Россия как мобилизующийся организм: архетип собирания в беде
Тойнби и русский ответ на вызов
Арнольд Тойнби в своём монументальном «Постижении истории» сформулировал закон «вызова и ответа»: цивилизации развиваются, когда успешно отвечают на исторические вызовы, и деградируют, когда теряют эту способность. Россия 2022–2025 годов — это учебный пример адекватного цивилизационного ответа на экзистенциальный вызов.
Февраль 2022 года стал для России тем, что Карл Шмитт называл «моментом исключения» — ситуацией, когда обычные правила перестают работать и требуется суверенное решение. Россия приняла это решение и начала действовать. Не обсуждать, не консультироваться, не искать консенсуса — действовать.
Результаты говорят сами за себя. За три года российская экономика не только не рухнула под давлением беспрецедентных санкций, но и продемонстрировала структурную перестройку, которая в мирное время заняла бы десятилетия. Промышленное производство в России в 2024 году выросло на 4,6% — это рекорд за три года. Обрабатывающие производства выросли на 8,5%, что в основном обеспечили оборонные отрасли.
Не по бюджету, а по духу
Русский философ Николай Бердяев писал о «русской идее» как о способности к духовной мобилизации в критические моменты истории. Россия умеет собираться не по бюджету, а по духу. Это не экономическая категория, это метафизическая.
Показательный пример — производство дронов. В 2023 году российская армия получила 140 тысяч БПЛА. В 2024 году планировалось увеличить производство «практически в десять раз» — до 1,4 миллиона единиц. Это не просто количественный рост, это качественный скачок. Россия за два года создала с нуля целую отрасль, которой раньше не существовало.
Или возьмём производство снарядов. В 2022 году Россия производила около 400 тысяч артиллерийских снарядов в год. В 2024 году — уже 4,5 миллиона. Это рост более чем в 10 раз за два года. Для сравнения: США планируют довести производство 155-мм снарядов до 100 тысяч в месяц к 2025 году — то есть до 1,2 миллиона в год. Россия уже производит почти в четыре раза больше.
Суверенитет как способность к решению
Карл Шмитт определял суверенитет не как юридическую категорию, а как способность принимать решение в критической ситуации. «Суверен — тот, кто решает в момент исключения». Россия в 2022 году продемонстрировала именно такой суверенитет.
Решение о начале специальной военной операции было принято в условиях, когда все «рациональные» расчёты говорили против. Экономические санкции, международная изоляция, военные риски — всё это было очевидно заранее. Но решение было принято не на основе экономических расчётов, а на основе стратегической необходимости.
И это решение оказалось правильным не потому, что оно было безрисковым, а потому, что оно было своевременным. Россия действовала в тот момент, когда действие ещё было возможно. Ещё несколько лет — и окно возможностей закрылось бы навсегда.
Экономика мобилизации
Российская экономика 2024 года — это не та экономика, которая была в 2021 году. Это качественно другая система, перестроенная под задачи долгосрочного противостояния. Доля оборонных расходов в ВВП выросла с 3,7% в 2021 году до 6,7% в 2024 году. Но дело не только в количестве денег, а в изменении структуры экономики.
Российский ОПК в 2022 году включал 1400 предприятий. Сегодня в нём работает 4,5 миллиона человек — это означает, что количество предприятий выросло в разы. Россия не просто увеличила производство на существующих заводах, она создала новые производственные мощности.
Показательный пример — Уралвагонзавод, крупнейший танковый завод России. В 2024 году предприятие продемонстрировало «значительно более высокую активность», чем в 2023 году. Завод не просто увеличил выпуск танков, он освоил производство новых модификаций, внедрил новые технологии, расширил кооперацию с другими предприятиями.
Технологический суверенитет
Санкции, которые должны были «разорвать российскую экономику в клочья», на деле стали катализатором технологического развития. Россия была вынуждена заместить импорт собственным производством — и справилась с этой задачей быстрее, чем ожидали даже оптимисты.
В 2024 году российские предприятия освоили производство около 300 образцов вооружения и военной техники, особо востребованных в зоне специальной операции. Это не модернизация существующих образцов, это создание принципиально новых систем вооружения.
Показательный пример — ракетная система «Орешник», которая была впервые применена в ноябре 2024 года. Эта система не существовала в 2022 году. Она была разработана, испытана и принята на вооружение за два года. Для сравнения: разработка аналогичных систем в США занимает 10–15 лет.
Культура Победы как цивилизационный код
Иван Ильин писал о том, что у каждого народа есть свой «духовный акт», который определяет его историческую судьбу. Для России этим актом является способность к мобилизации перед лицом экзистенциальной угрозы. Это не милитаризм, это архетип выживания и победы.
Культ Победы в Великой Отечественной войне — это не просто историческая память, это живая матрица поведения. Россия знает, как побеждать в условиях, когда победа кажется невозможной. Она знает, как мобилизовать ресурсы, которых формально нет. Она знает, как превращать слабость в силу.
В 2024 году Россия отметила 79-ю годовщину Победы в Великой Отечественной войне в условиях новой войны. Парад на Красной площади прошёл в присутствии военной техники, которая в тот же день отправлялась в зону боевых действий. Это не символизм, это реальность. Россия воюет и побеждает одновременно.
Долгосрочная логика против краткосрочных расчётов
Западные аналитики до сих пор не могут понять, как Россия выдерживает экономическое давление санкций. Они исходят из краткосрочной логики: санкции должны привести к экономическому коллапсу, экономический коллапс — к политическому кризису, политический кризис — к смене власти.
Но Россия действует по долгосрочной логике. Она готова нести краткосрочные потери ради долгосрочных целей. Она готова жертвовать сегодняшним комфортом ради завтрашней безопасности. Она готова платить высокую цену за стратегическую независимость.
Это не иррациональность, это другая рациональность. Рациональность цивилизации, которая мыслит столетиями, а не кварталами. Рациональность народа, который знает, что такое экзистенциальная угроза, и готов ей противостоять.
Архетип сверхнапряжения: от СССР к 2020-м
Александр Зиновьев в своих работах о советской цивилизации писал о способности русского народа к «сверхнапряжению» в критические моменты истории. Эта способность не исчезла с распадом СССР. Она проявилась в новых условиях и в новых формах.
Россия 2024 года — это не Россия 2021 года. Это качественно другая страна, которая прошла через горнило испытаний и вышла из него закалённой. Она научилась жить в условиях санкций, воевать в условиях технологической блокады, развиваться в условиях международной изоляции.
И самое главное — она научилась побеждать.
⸻
🡆 Продолжение следует: ЧАСТЬ 3 — «История уходит без тех, кто опоздал»
В заключительной части этого цикла мы поговорим о войне как форме цивилизационного перезапуска.
Речь пойдёт о вещах, которые редко обсуждают всерьёз:
• Почему для России война — не аномалия, а инструмент исторической трансформации;
• Как Европа потеряла чувство времени, а Россия его обрела;
• Что такое суверенитет в эпоху исключения — и кто сегодня способен быть субъектом;
• И, наконец, кто вошёл в новую эру, а кто остался у обочины.
Россия идёт вперёд — не потому, что сильнее, а потому, что решила идти.
А Европа продолжает ждать инструкций от истории.