Когда боль становится невыносимой, мы часто остаёмся с ней один на один. Это словно внутренний апокалипсис, когда чувства настолько сильны, что психика уходит в глухую защиту, создавая "мёртвую зону" – область, куда нет доступа никому, кроме нас самих. Это наш личный ад.
В этом аду мы чувствуем себя одинокими. Никто не приходил к нам раньше.
И часто, психолог становится первым, кто решается спуститься туда и протянуть руку.
Поэтому, когда на встречах мы ощущаем сложные, невыносимые чувства, я говорю:
⁃ Теперь ты не один/не одна.
Теперь эта боль не только в твоей голове и сердце. Голос травмы услышан другим человеком.
Травмой может быть что угодно: отвержение, ощущение брошенности, любые формы насилия, любое событие, которое человек не смог пережить и эмоционально переработать. Травма оставляет глубокий отпечаток на душе и влияет на мышление.
В ядре травматического переживания часто лежит ощущение безысходности: "У меня не было выбора."
"Жизнь поступила со мной несправедливо, и теперь мне жить с этой раной," – так человек оберегает свою "мёртвую зону", боясь прикоснуться к старым, болезненным чувствам. Он не верит, что психологу напротив действительно не всё равно.
Мне важно, что переживает человек рядом. Вы важны.
Моя задача – помочь оживить эту "мёртвую зону", помочь осознать пройденный путь, пережить чувства и наделить их новым смыслом. Тогда эта область больше не будет вызывать ужас.
Чем дольше я работаю в терапии, тем больше внимания уделяю работе с травматическими переживаниями.
Я задаю вопрос: "А что ты чувствовал?" Так мы вместе исследуем переживания человека, и из хаоса постепенно собираем единую картину. И вдруг ощущаем, что чувства не уничтожают.
Например, понимаем, что со стыдом можно справится.
Так формируется новый опыт. Человек соприкасается со старой болью, но теперь проживает её не в одиночку.
Зачем же это всё нужно?
Раньше психика справлялась, подавляя боль. Но чем старше мы становимся, тем сильнее "мёртвая зона" (травма) влияет на нашу жизнь. Отсюда тревоги, иррациональные страхи, неконтролируемый гнев, различные соматические реакции и общее чувство неудовлетворённости жизнью. Мы бьёмся, как белка в колесе, и силы иссякают. Появляются триггеры – события, которые запускают взрывные волны чувств. У кого-то они направлены на мир, проявляясь в агрессии, а у кого-то – на себя, в виде аутоагрессии. Так травма пытается обратить на себя внимание.
В терапии мы создаём новые психологические навыки, изменяем взгляд на вещи, на себя и на коммуникацию. Это поднимает уровень жизни и позволяет нам двигаться вперед, освободившись от бремени прошлого.
Я уже касалась темы эмоциональной замороженности и жизни, словно во льдах.
Представьте, человек вырывается из многолетней спячки и начинает жить по-настоящему: с чувствами, желаниями, без самобичевания, принимая себя таким, какой он есть – хорошим и достаточным уже сейчас.
Оживать и чувствовать – это непросто, это пугает.
Но неужели вы готовы навсегда отгородиться от своей внутренней, эмоциональной правды? Неужели вам не интересно узнать, какой вы человек на самом деле?
Стать собой – вот что действительно имеет значение.