Сегодня стало известно: Резеда Шарафиева скончалась от рака. Народная артистка Татарстана, певица с голосом, который невозможно спутать, ушла тихо — как и жила. Её творчество, сила духа и глубина мыслей останутся с нами навсегда. Давайте вспомним её словами — искренними, горькими, тёплыми.
«Он не певец — зачем его светить?» Резеда Шарафиева — о муже в тени, нелюбви к фото и кайфе от зрелости
Источник: Интервью Резеды Шарафиевой разных лет, «Шахри Чаллы»
— Вы не выставляете личную жизнь напоказ. Некоторые даже думают, что вы одиноки. Спрашивают: «А где её муж?»
— Рядом. А зачем его показывать? Он ведь не певец, к искусству не имеет отношения. И у него самого нет особого желания появляться на публике. Все артисты его знают. А чтобы его знал весь мир — я в этом нужды не вижу.
Он не из тех, кто старается блистать рядом с кем-то, не кричит: «Смотрите, это я!» — просто спокойно, достойно делает своё дело. Он даже фотографироваться не любит. Зулейха в этом на него похожа — она тоже не любит сниматься.
— Вы довольны сегодняшним днём? Счастливы ли вы?
— Альхамдулиллях, да убережёт Всевышний от сглаза. В своём возрасте, в данный момент я очень счастлива. Знаете, говорят: «Хотелось бы вернуться в молодость?» — мы даже поём об этом. Но я бы не вернулась. Мне сейчас — хорошо.
«Эту песню он отдал мне… за месяц до смерти». Резеда Шарафиева — о последней встрече с Ринатом Губайдуллиным
Источник: «Ватаным Татарстан» / Гулина Гимадова
— Вы говорили, что на сцену вас вывел композитор Ринат Губайдуллин. А год назад сказали, что он оставил вам свою последнюю песню. Что это за песня, взяли ли вы её в репертуар?
— Мы с Ринатом абый (братом Ринатом) встретились, наверное, за месяц до его смерти. Это было в конце декабря прошлого года, я тогда была на гастролях в Чаллы. Он встретил меня с распростёртыми объятиями… В памяти он остался как человек, который умел найти путь к каждому сердцу, удивительно добрый и щедрый.
Пусть эта добрая память порадует его душу…
На той последней встрече он сказал: «Малышка, эта песня — точно про тебя». И передал мне песню о матерях. Кто бы мог подумать, что это будет наша последняя встреча?..
Не знаю — то ли боль потери не утихла, то ли ещё что-то… но я пока не исполняла эту песню. Если будет на то воля Аллаха, в своё время представлю её слушателям.
«Я слишком скромная для сцены». Резеда Шарафиева — о характере и страхе перед цифрой 50
Источник: «Шахри Казан», Зимфира Гильмутдинова
— Как бы вы сами себя охарактеризовали как певицу?
— Очень скромная я.
— А в чём проявляется эта скромность?
— Во всём. Для сцены ведь лучше быть чуть понаглее, а я — нет.
— До какого возраста планируете петь?
— Какой страшный вопрос вы задали… Ну 50 исполнится — и, наверное, не остановлюсь.
«Я похоронила брата в день своего рождения». Резеда Шарафиева — о личной утрате, боли и силе
Источник: «Шахри Казан», Ильгиза Галиуллина
10 января — день рождения народной артистки Татарстана Резеды Шарафиевой. Но в этом году праздника не было — в семье случилась большая утрата. Ушёл из жизни её родной брат Ильхам. Он долго боролся с онкологией…
— Я похоронила брата в день своего рождения. Он ушёл в ночь на 9 января — за 15 минут до полуночи. Он знал, что уходит, очень переживал: «Ведь у сестры день рождения…» Наверное, это и был его последний подарок мне… Он ушёл именно 9-го. Долго болел, мучился. Мы уже ничего не могли сделать.
— Пусть Аллах даст терпения вашей маме. Она сейчас с вами?
— Мы привезли маму в Казань — нельзя оставлять её одну. Ей уже немало лет, и если мы не будем сильными, ей будет ещё тяжелее. Постоянно повторяем ей: «Ты нам нужна. Надо ещё и внуков поднимать». Стараемся говорить ей только хорошее.
— Вы сами ухаживали за братом?
— Все вместе ухаживали, очень старались… Но увы. Когда не болело — он хотел жить. Но как только стало хуже, сказал: «Я же говорил — доживу до 53». Оказывается, он когда-то говорил, что уйдёт в этом возрасте. Я пыталась переубедить: «Это же можно изменить!» Но для этого и вера нужна… Он всё оставил после себя в порядке. Всё устроил до мелочей. За 5–6 дней до Нового года приехал домой — попрощался со всеми. Чтобы мама не заподозрила, сказал жене: «Возьми эти деньги, это на санаторий». Вот так и «уехал в санаторий»... Слава Богу, ушёл с молитвами. Даже когда начал болеть, затеял ремонт в своей квартире. После операции на желудке уже через неделю сам сел за руль — я поехала за ним. Удержать его было невозможно — спешил, работал, не останавливался…
— Наверное, хотел всё успеть, чувствовал…
— Да, он как будто знал — и всё расставлял по местам. А мы были бессильны. Я даже поплакать не смогла. Говорят: «Ты, наверное, уже наплакалась?» А я как в шоке была. Плакала душа. Не верила... Мы уже проводили третьи поминки. Пусть наши молитвы дойдут до его души. Он будто бы до сих пор жив… Я хочу поблагодарить всех, кто разделил с нами горе. Даже незнакомые люди писали такие искренние слова… Пусть Аллах воздаст им добром. Пусть эти добрые пожелания станут молитвой для души Ильхама.
«Фотографии сожгла. Не нужны они моей дочери». Резеда Шарафиева — о прошлом, бывшем муже и честном разговоре с ребёнком
Источник: Интертат, Адель Ахметзянов
— Поддерживаете ли вы сейчас связь с первым мужем?
— А почему бы и нет? Общаемся. Мы даже работаем вместе — он звонит: «Если есть что-то интересное, собери и принеси». До сих пор вместе создаём красивые вещи, шьём платья. Он очень мне помогал. Прошлое — оно уже прошло, точка поставлена. Мы друзья. Интересуемся делами друг друга. Он спокоен, и я тоже.
— В одном интервью вы говорили: «Прошлому — салават. Уничтожила даже старые фотографии, найденные в мамином сундуке». Это было, чтобы не держаться за прошлое?
— Нет, не поэтому. Сейчас ведь фотографии хранят в телефоне, а раньше — в альбомах. У меня их было очень много, целый сундук. Я уничтожила их не для себя. У меня есть дочка, Зулейха. Чтобы она однажды, открыв альбом, не удивилась: «Откуда это фото в фате? Кто этот мужчина?» Ей моё прошлое нужно? У неё есть папа. А тот человек из прошлого — зачем он ей? Не нужен. Вот я и сказала «бисмилля» и уничтожила все фотографии. Совместных снимков у нас больше нет.
— Но ведь однажды дочка что-то заметила…
— Да, ей, наверное, было три года. Однажды мы с Зулейхой были вдвоём в деревне, в бане. И вдруг она говорит: «Мама, я знаю твой секрет». — «Какой секрет, доченька?» — спрашиваю. А она: «У тебя был другой папа. А где он?» — и сама объяснить толком не может, маленькая же. Что мне было ей сказать? Я ответила: «Кызым, тот папа обиделся и уехал к себе домой. Это наш с тобой секрет. Его никому нельзя рассказывать. Нужно забыть». И всё. С тех пор она об этом не вспоминает, кажется, забыла. Мы же альбомы уже почистили.
— А зачем всё это нужно ребёнку?
— Если бы она была от него, я бы, может, сказала: «Это твой отец». Но моя тогдашняя жизнь ей вообще не нужна. Никто не знает, что я уничтожила фотографии — даже мама. Только я одна это знаю.
«У меня голос, как у мужика? Ну и пусть!» — Резеда Шарафиева — об иронии, семейной поддержке и чистом листе
Источник: Интертат, Лейла Хакимова
— У вас очень узнаваемый голос. Его даже пародировали, сравнивая с мужским. Не обижались?
— Нет. Если голос отличается от других, он лучше запомнится слушателям. Это даже плюс.
— Насколько я знаю, ваш супруг далёк от искусства. Не мешала ли ему ваша карьера? Всё-таки сцена — это постоянное внимание. Он не ревнует?
— В семье без взаимопонимания невозможно было бы петь и работать. А у нас оно есть, слава Аллаху. У каждого — своё дело. К тому же, когда мы поженились, он знал, что я певица. Только если есть доверие и понимание, семья может быть крепкой. В этом плане я чувствую себя абсолютно спокойно. У нас всё чётко распределено — у каждого своя зона ответственности. Мы прислушиваемся друг к другу. Даже когда выбираю песни, он даёт советы.
Мужчину нужно уважать — это идёт из воспитания. Моя мама всегда уважала отца, мы росли, видя это. Сейчас я воспитываю Зулейху так же. В будущем ей тоже предстоит выйти замуж. Уважать старших — очень важно. Зулейха всегда обращается к ним на «Вы».
Я стараюсь быть хорошей хозяйкой. Готовлю вкусно, никогда не ленюсь. Для меня нет ни дня, ни ночи — если надо работать, значит надо. Даже когда грустно или тяжело, я стараюсь вести себя спокойно. Не люблю ссор и криков. Даже когда злюсь, тщательно подбираю слова. Сначала думаю — потом говорю. А в разгар эмоций нужно просто остановиться. Когда остынешь, можно всё спокойно обсудить.
— Поддерживаете ли вы контакт с первым мужем?
— Что было — то прошло. Не хочу даже возвращаться к тем временам. Жили вместе семь лет. Даже старые фотографии из маминого сундука я уничтожила. Зулейхе это прошлое не нужно. Была ли я тогда замужем или нет — ей не важно. Я начала жизнь с чистого листа.
Сейчас у нас дружеские отношения. Было — и прошло. У него есть свои портные. Когда мне нужно сшить платье, я обращаюсь. И если ему понадобится помощь — помогу.