глава 4 .
Марина попыталась найти работу, но везде требовались документы, рекомендации, опыт городской жизни. Деревенская женщина без образования и связей была никому не нужна. В городе наступила зима, Марине было особенно тяжело. Пока шёл снег за окном она вспоминала, как в деревне дети лепили снеговика во дворе, как Варвара просит покатать её на санках, как уютно было вечерами у печки, когда вся семья собралась вместе. Теперь она понимала, что совершила ужасную ошибку.
Но как её исправить? Как вернуться к детям после того, что ты сделала? Примут ли они её? И что она им скажет? В феврале пришли письма от Марьи Ивановны.
Соседка написала коротко: «Дети живы, здоровы». Олег хорошо учится в школе. Варвара помогает по дому.
Мишенька говорить начал, но про тебя не спрашивает.
Живут у меня, их дом заперт.
Думай, Марина, что будешь делать дальше?
Письмо Марина перечитывала сотни раз.
Каждое слово резало по сердцу.
О тебе не спрашивает. Это было страшнее всего. Значит, младший сын её уже забыл или нет хочет помнить ли. Весной отношения с Виктором окончательно испортились. Он
всё чаще приходил домой пьяным, а когда Марина пыталась заговорить с ним о детях, о возвращении домой он впадал в ярость. Опять за своё.
Я тебя из той дыры вытащил, дал нормальную жизнь, а ты всё ноешь. Надоело. Однажды он её ударил.
Не сильно. Скорее подтолкну, но для Марины это стало последней каплей. Она поняла, этот человек её не любит. Возможно, никогда и не любил. Просто ему нужна была рядом была женщина, но какая именно, неважно.
В тот же вечер, когда Виктор
захрапел пьяным сном, Марина села писать письмо Марье Ивановне, в котором я прошу прощения, умоляла позволить ей вернуться к детям. Обещала, что больше никогда их не
оставит на безвольное существование, что будет примерной матерью.
Ответ пришёл через 2 недели. Дети
привык без тебя. Егор сказал: «Мать»
у нас одна, так что вырастила сама.
Не калечь душу повторным появлением.
Начни новую жизнь, раз старую разрушила. Эти слова окончательно убили Марину. Дети отвергли её. Сын, которого она родила и растила 7 лет, назвал чужую женщину-матерью. За что? За то, что она поверила в любовь, потому что захотела счастья.
Марина впала в отчаяние всё перемешалось и злость и обида на Виктора, который обманул её, который так подло поступил с ней, и что так легко о ней забыли дети, что всё своими руками разрушила .
«Ну и пусть», — говорила она себе. «Раз я им не нужна, значит, и они мне не нужны. «Проживу без них».
Но по ночам Марина плакала в подушку, вспоминая маленькие ручки Мишеньки, наивные вопросы Варвары, ей снилось как серьёзно смотрит на неё Егор упреками и обидчивыми глазами.
И с каждым днём она всё больше понимала, что без детей она не человек, а просто пустое место. После разрыва с Виктором, Марина осталась одна в большом равнодушном городе. Пришлось снимать угол в коммунальной квартире у злобной старухи, которая считала каждую копейку за электричество и воду. Работать
устроилась посудомойкой в заводскую столовую, тяжёлую, грязную, низкооплачиваемую работу.
Но, как ни странно, физическая усталость приносила облегчение.
Когда руки до крови стирала, отмывая от жира кастрюли, а спина ныла от наклонов над раковиной, душевная боль чуть отступала, по крайней мере, на время. Коллеги по работе были простые женщины, такие же обиженными на жизнь. Они не задавали без лишних поводов вопросы, делились сигаретами и сплетнями. Постепенно Марина привыкла к их обществу, и даже находила в нём что-то душевно облегченное.
А что, девки, жизнь прожить не «поле перейти», — философствовала повариха Клавдия во время обеденного перерыва.У каждой свои скелеты в шкафу. Главное не озлобиться. Но Марина чувствовала, как злоба медленно разъедает её изнутри.
Злоба на весь мир, который её обманул
ожиданием. На мужчин, которые обещают золотые горы, а дают лишь разочарование. О детях, которых так легко вычеркнули её из своей жизни, за слабость, за глупость, за то, что поверила в сказку.
Прошёл год. Марина похудела, постарела, стала жёсткой и черствой по чертам лица было видно, как ей не хватало тепла, заботы, нежности.
Марина Научилась жить одна, ни на кого не надеясь. Это это был горький, но ценный урок для неё .
Иногда в толпе на улице ей казалось, что она видит знакомое лицо. Не Егор ли это вырос? Не Варвара ли это в школьной форме идёт?
Сердце Марины начинало биться усиленнее, но при ближайшем рассмотрении оказывались чужие дети. И каждый раз Марина чувствовала странную смесь облегчения и разочарования.
На втором году городской жизни в судьбе Марины появился Михаил Семёнович, мастера с того же завода, на котором она работала, вдовец, тихий, непьющий человек лет сорока. Его дети уже выросли и живут отдельно. Ухаживал он старомодно, приносил конфеты, провожал до дома, делал комплименты. После Виктора с его пустыми обещаниями такая надёжность казалась спасением.
«Выходи» «Выходи за меня замуж, Марина », — сказал он через полгода знакомства. «Хватит тебе» мыкаться по углам. У меня есть жилплощадь, зарплата приличная". Заживём спокойно. Спокойно — это было именно то, чего больше всего хотелось верить. Никаких бурных страстей, никаких обманчивых надежд. Просто тихая, размеренная жизнь.
Они поженились без пышной церемонии, просто расписались в Заксе, отметили в рабочей столовой. Михаил Семёнович оказался заботливым.
Муж, не пил, не буянил, приносил деньги домой, всю зарплату. Марина уволилась с завода и занялась домашним хозяйством. Казалось бы, жизнь наладилась, но счастья не было. Была размеренность, покой, достаток, но несчастья так и не было.
Михаил Семёнович был хорошим человеком, но любви между ними не возникло. Скорее взаимная привычка, удобство. «А дети» «Заводить не собираемся?» — спросил он однажды за ужином. Марина поперхнулась чаем. «Дети, у неё уже были дети. Трое» дети, которых она предала и потеряла навсегда. Я уже немолода, — пролепетала Марина. Да ладно тебе, тебе всего 30. Самый возраст для материнства. Но Марина знала, она никогда не сможет полюбить других детей, потому что любила своих. А рожать ребёнка без любви — это предательство дважды. Не хочу, — твёрдо сказала она. Михаил Семёнович расстроился, но настаивать не стал. Он вообще был человек деликатный, не лазил в чужие дела и в душу не заглядывал . Так прошло ещё 5 лет. Тихо, серо, безболезненно. Марина превратилась в типичную горожанку домохозяйку, готовила, убиралась, ходила по магазинам, читала романы в библиотеке. О прошлом старалась не думать, о будущем тоже. А тем временем в её родной деревне дети превращались в подростков. Егор в 15 лет был уже почти взрослым парнем, высокий, серьёзный, не по годам ответственным.
Хорошо учился, мечтал поступить в техникум, стать инженером. Варвара в свои 13 лет расцвела такой же красавицей, как и её мать в молодости. Весёлой, общительной, но с примесью горечи в глазах. Она помнила мать лучше остальных и иногда стояла долго у окна, глядя на дорогу всматриваясь в даль, чтобы увидеть тот самый силуэт матери, как в детстве.
Миша рос тихим, замкнутым мальчиком. В 10 лет он почти ничего не помнил. Он говорил чувствую лишь смутное тепло и безопасность, которая однажды исчезла. Марью Ивановну он называл бабушкой и искренне считал её единственной родным человеком. Все трое носили фамилию покойного отца, но в документах в графе мать стояла, Марина Николаевна. Местонахождение неизвестно. Это клеймо они несли через всю школьную жизнь детей, от которых отказалась родная мать. Марья Ивановна старалась, как могла. Кормила, одевала, лечила, учила уму разуму. Но заменить мать не могла.Егор вырос слишком серьёзным не по-детски суровым. Варвара металась между показной весёлостью и приступами необъяснимой тоски. А Миша просто не умел доверять людям, боялся, что и бабушка когда-нибудь исчезнет. «Нет» Марья Ивановна, говорила, люди разные бывают. Не каждому дано материнское сердце. Живите своей жизнью - живите, не оглядываясь на прошлое.
Как не оглядываться, если прошлое не отпускает, заноза в душе у детей сидела глубоко .
Особенно Егор не мог простить матери предательство. Он был достаточно взрослый, чтобы понимать, мать предпочла собственное счастье
нежели детей, и этого было простить
невозможно.
«Если она когда-нибудь вернётся», —
говорил он, Варваре, "я её в дом не впущу. У неё больше нет детей.
Варвара молчала. В глубине души она
всё ещё надеялась, что мама объявится,
попросит прощения, и они снова станут семьёй. Но с каждым годом эта надежда угасала. Жизнь Марины резко изменилась на седьмом году замужества. Михаил Семёнович сначала заболел, потом начал сильно кашлять.