Он легко мог задержать любого — и с любым сделать все, что сочтет нужным. Во времена, когда враг хозяйничал на нашей земле, он выбрал путь предательства.
Пытки, унижения, расстрелы — для него это была не работа, а внутренняя потребность. Его имя вызывало ужас у местных жителей, а прозвище — «Алекс Лютый» — стало нарицательным для садиста, от рук которого пострадали сотни, а то и тысячи беззащитных людей.
Он был уверен, что останется безнаказанным, что в новой жизни никто не узнает его лицо. Он сменил имя, биографию и форму. Стал уважаемым человеком, журналистом, ветераном. Но даже спустя десятилетия правда вышла наружу. Подробнее об этом читайте в новом материале 5-tv.ru.
Семья и двойная жизнь
Александр родился 19 июня 1925 года в деревне Зеленая на Волыни в семье Юхновских: и дед, и отец были украинскими националистами. Несмотря на успешную карьеру отца как агронома, истинные убеждения Юхновского-старшего скрывались от окружающих и передавались исключительно в семейном кругу.
Обретенную в семье ценность скрытой правды Юрьевич воспринял рано. Он усвоил, что официальная версия событий нередко отличается от той, что таится за фасадом.
С приходом немецкой оккупации положение семьи резко изменилось: отец Александра сформировал местную полицию, а сам Мироненко в 16 лет оказался при штабе тайной полевой полиции — ГФП-721. Благодаря знанию четырех языков он легко заработал доверие и уважение немцев.
Со временем он стал активным участником карательных акций против советских граждан в различных регионах, включая Донбасс, Харьковщину и Молдавию.
Своей жестокостью и рвением молодой юноша заслужил прозвище «Алекс Лютый» — такой же страх, как и уважение, внушал он и среди своих коллег-коллаборационистов. Его жестокость не ограничивалась рамками формальных допросов: он нередко избивал задержанных до полусмерти, демонстрируя излишнюю инициативу и садизм.
Однажды он напал даже на местного бургомистра за неосторожное слово — и это не повлекло за собой ни малейших последствий. Немцы лишь усмехнулись: жестокость Лютого устраивала их более чем полностью.
В оккупированных районах его знали как палача и истязателя. Он активно участвовал в карательных рейдах и был лично ответственен за многочисленные случаи избиений и казней гражданских лиц. Девушку подросткового возраста он расстрелял на глазах свидетелей без объяснения причин. В других случаях его жертвами становились пленные, сбежавшие из лагерей, а также мирные жители, обвиненные в связях с партизанами или сочувствии советской власти.
За свою «службу» Лютый был удостоен немецкой награды — знака отличия для восточных народов I степени без мечей.
В начале 1943 года ему предоставили поездку в рейх в качестве поощрения. Все это время его имя наводило страх на местное население: при упоминании фамилии Юхновский многие вспоминали его как безжалостного садиста.
Когда Красная армия освободила Ромны, началась масштабная работа по выявлению коллаборационистов. Отец Александра, начальник местной полиции, был арестован, предан суду и приговорен к расстрелу. Однако сам Лютый успел скрыться. Его следы затерялись, и местные жители решили, что он либо погиб, либо сумел бежать за границу.
Доброволец с новой биографией
Осенью 1944 года на одном из призывных пунктов Красной Армии появился молодой человек, представившийся Александром Мироненко. Он сообщил, что родился в 1925 году, его родители погибли во время войны, а сам он все это время жил в оккупации. По его словам, отец был убит на фронте, мать погибла при бомбежке, а документы сгорели. Теперь он стремился попасть на фронт, чтобы отомстить врагам за утраченную семью.
Представленная история вызвала сочувствие у работников призывной комиссии. Возраст молодого человека и отсутствие подозрительных деталей сыграли свою роль — проверку проводить не стали. Фамилию Мироненко он позаимствовал у своей мачехи. Немецкую форму и удостоверения бывший каратель уничтожил, а вместо них надел гражданскую одежду и скрылся в потоке беженцев и военных призывников.
Удача вновь оказалась на стороне Лютого. Он был направлен в 191-ю стрелковую дивизию 2-го Белорусского фронта, где вскоре стал уважаемым бойцом. В части он числился пулеметчиком, отличался отвагой и даже писал патриотические стихи для дивизионной газеты, выступая с обличениями фашистов. Вскоре из-за знания немецкого языка его перевели в штаб, где он стал работать переводчиком.
За все время службы лишь один человек узнал в нем бывшего карателя. Один из сослуживцев уверенно заявил, что видел Мироненко среди немцев в Ромнах. Лютый отреагировал хладнокровно: настоял на разговоре с командиром. Однако до командира опознавший так и не дошел — он внезапно исчез. Этот инцидент не вызвал подозрений ни у командования, ни у других бойцов.
Образцовый гражданин
После окончания войны Александр Мироненко остался служить в составе частей, дислоцированных в Германии. Вскоре его приняли в комсомол и направили работать в редакцию газеты группировки советских войск «Советская Армия». На новом месте служба шла безупречно — он считался образцовым военнослужащим и перспективным журналистом, отмечался грамотами и благодарственными письмами.
В 1951 году Мироненко демобилизовался и переехал в Москву. Женившись, он поступил на работу в редакцию газеты «На стройке». Параллельно публиковался в различных изданиях: «Красный воин», «Советская авиация», «Лесная промышленность», «Водный транспорт». Особое внимание вызывали его переводы с чешского, польского и немецкого языков, которые специалисты оценивали как очень качественные.
Карьера шла в гору: Мироненко считался ветераном, активным комсомольцем, способным редактором и поэтом. Его кандидатуру рассматривали для выдвижения в партком издательства.
В связи с этим Александру Юрьевичу было предложено написать автобиографию. И именно этот документ стал поворотной точкой: новая версия событий не совпадала с ранее поданной информацией. Если в 1944 году он указывал, что находился на оккупированной территории, то теперь утверждал, что с 1941 года участвовал в боевых действиях в составе Красной армии. Возникли и вопросы по поводу указанных им наград.
Подозрения усилились, и документы Мироненко были направлены в компетентные органы. Бумаги попали в Комитет государственной безопасности, где началась масштабная проверка личности журналиста.
По следам карателя
Сотрудники КГБ провели обширную оперативную работу — опросили свидетелей в более чем сорока населенных пунктах, где действовало подразделение ГФП-721. Были подняты архивы гитлеровских структур, сохранившиеся в ГДР, а также получены показания бывших пособников нацистов, выживших после войны.
Собранные материалы подтвердили причастность Лютого к массовым убийствам, пыткам и карательным операциям. Лишь после этого, 2 июня 1975 года, Александр Мироненко был арестован.
В следственном изоляторе он выдвинул новую версию своей биографии. По его словам, он и его отец якобы были подпольщиками, которые сознательно пошли на службу к немцам, чтобы помогать советским партизанам. После того как отец якобы был арестован за попытку ликвидации немецкого офицера, Александр якобы ушел в партизанский отряд, а затем — в Красную армию, где скрыл правду, опасаясь недоверия.
Однако фактическая проверка показала, что партизанское соединение, о котором он говорил, начало действовать спустя месяцы после указанных им дат. Эта версия также была признана несостоятельной.
После этого Юхновский, скрывавшийся под именем Мироненко, начал давать признательные показания. Он рассказал о своей службе в полиции, о работе в немецкой тайной полевой полиции и участии в карательных акциях. Он пытался представить свою деятельность как вынужденную, а участие в репрессиях — как последствия приказов. Однако количество свидетельских показаний, документальных подтверждений и архивных данных исключало возможность оправдания.
В 1976 году суд признал Александра Юхновского виновным в причастности к массовым убийствам, в том числе женщин и детей. Было установлено, что он лично участвовал в ликвидации более двух тысяч советских граждан. Приговор был суров, но закономерен — смертная казнь. Осужденный подал прошения о пересмотре дела и о помиловании, однако все они были отклонены.
23 июня 1977 года приговор был приведен в исполнение. Александру Юхновскому, известному в годы войны как Алекс Лютый, было 52 года.