Иногда актёр так прочно вживается в одну роль, что зрители уже не различают, где персонаж, а где он сам. Жозе Майер - именно такой случай. За десятилетия на экране он стал почти нарицательным образом "бразильского мачо": гладко причёсан, вечно при галстуке, с неизменным взглядом, будто соблазняет даже во время спора. Когда-то это вызывало восторг. Сегодня - всё чаще раздражение.
Поначалу он действительно был магнитом для публики. Эдакий герой-любовник из глянцевых снов. Телесериалы 90-х охотно предлагали ему роли роковых мужчин. У него получалось - он был убедителен, харизматичен, знал, как "держать паузу". Его герои были самоуверенными, холодными, манипулятивными - и это работало, пока зрители не начали замечать: каждый новый персонаж выглядит как старый, только под другим именем.
Особенно остро это стало ощущаться в начале 2000-х. В сериале «Семейные узы» его образ - мужчина с каменным лицом и натянутой полуулыбкой - уже не вызывал сочувствия.
Скорее - отторжение. Казалось, герой не живёт, а играет на публику. Он не страдает - он изображает страдание. Комментарии в сети говорили сами за себя: "Сколько можно одного и того же?" Даже преданные поклонники начали замечать - за красивой обёрткой нет ничего нового.
А потом была «Земля любви». В этом проекте ситуация усугубилась. Его персонаж, на первый взгляд мужественный и решительный, на деле оказался поверхностным, как обложка бульварного романа. Ни переживаний, ни настоящей боли. Только позы, многозначительные паузы и обязательный "горящий" взгляд в камеру. Снова. И снова. Людям это надоело.
Почему же режиссёры не пытались предложить ему что-то другое? Ответ, возможно, лежит на поверхности. Жозе Майер стал удобным выбором. Надёжным. Снимешь его - получишь "стабильный результат". Только вот публика меняется. А актёр - нет. Или не хочет. Или не может. В любом случае, это вызывает раздражение. Особенно в эпоху, когда зрители жаждут реализма, уязвимости, душевных надломов.
Проблема даже не в самом типе ролей, а в том, как он их играет. Впечатление, будто его герои застыли во времени. Они не взрослеют, не меняются, не рефлексируют. Даже когда сюжет явно требует внутренней трансформации, он продолжает играть того же самого "идеального соблазнителя". Возникает ощущение, что он просто боится выйти за пределы привычного. Что переосмысление - это слишком рискованно.
Интересно, что в жизни Майер, по его же интервью, - совсем другой человек. Спокойный, рассудительный, с хорошим чувством юмора. Но на экране - ничего от этого не остаётся. Почему? Возможно, актёру так и не дали шанс быть собой. Или он сам решил: раз уж работает - зачем менять? Но зрители не дремлют. И как только они замечают фальшь - прощают редко.
Сложилось впечатление, что Жозе стал пленником собственной славы. Как будто амплуа приклеилось намертво. И вот уже не актёр выбирает роль, а роль - его. Продюсеры не хотят рисковать. Им проще предложить Майеру очередного "сексуального интеллектуала", чем попробовать показать его в непривычном образе. А в итоге - мы получаем штамп, а не живого персонажа.
Парадоксально, но многие зрители, которые раньше восхищались им, теперь просто пролистывают сцены с его участием. Это не ненависть - скорее усталость. Всё предсказуемо: как только он появляется, становится ясно, какие эмоции он будет изображать, какие фразы произнесёт и какой будет развязка.
Может ли он изменить ситуацию? В теории - да. Артист он, безусловно, талантливый. Просто этот талант давно не испытывался на прочность. Ему бы сыграть роль стареющего, потерянного человека. Героя, уставшего от собственного прошлого. Или того, кто не может примириться с переменами в мире. Что-то честное, настоящее. Но для этого нужна смелость. И немного самоиронии.
Пока же Жозе Майер для многих остаётся символом актёрского однообразия. Его персонажи больше не волнуют - они раздражают. И если он сам не вырвется из замкнутого круга, зрители будут всё чаще задаваться вопросом: "А зачем он снова на экране?"
Читайте также: