Найти в Дзене
Душевные рассказы

«Казанова» и половичок под батареей …

Работал у нас один такой… ну, как бы помягче сказать… человек с изюминкой. По фамилии Сидоров, возрастом за пятьдесят. Был он, мягко говоря, слегка с душком. Не в смысле запаха, а в смысле душевного содержания. Всё в нём было немного мутновато, фальшиво, наиграно. Когда уволился — оставил компьютер чистым. Ну, не просто чистым, а с таким вот издевательски-мистическим сообщением на рабочем столе: «Ха-ха-ха». И всё. Ни таблиц, ни расчетов, ни текстов, даже черновиков не оставил, только этот издевательский смех. Даже антивирус, наверное, поёжился. Но больше всего Сидоров славился своими рассказами. Особенно в обеденный перерыв. Садится за столик, чаёк попивает, и — бац! — начинает рассказывать, какой он бедный, несчастный, как жена его выгнала из супружеской постели, и теперь он спит на кухне, на половичке под батареей. Как будто это не семейный кризис в отношениях, а заявка на Оскар за лучший драматический монолог. Сначала он мне это в курилке поведал. Я подумал: «Ну, бывает, разгрузк
коллаж из отрытых источников
коллаж из отрытых источников

Работал у нас один такой… ну, как бы помягче сказать… человек с изюминкой.

По фамилии Сидоров, возрастом за пятьдесят. Был он, мягко говоря, слегка с душком. Не в смысле запаха, а в смысле душевного содержания. Всё в нём было немного мутновато, фальшиво, наиграно.

Когда уволился — оставил компьютер чистым. Ну, не просто чистым, а с таким вот издевательски-мистическим сообщением на рабочем столе: «Ха-ха-ха».

И всё.

Ни таблиц, ни расчетов, ни текстов, даже черновиков не оставил, только этот издевательский смех. Даже антивирус, наверное, поёжился.

Но больше всего Сидоров славился своими рассказами.

Особенно в обеденный перерыв.

Садится за столик, чаёк попивает, и — бац! — начинает рассказывать, какой он бедный, несчастный, как жена его выгнала из супружеской постели, и теперь он спит на кухне, на половичке под батареей.

Как будто это не семейный кризис в отношениях, а заявка на Оскар за лучший драматический монолог.

Сначала он мне это в курилке поведал. Я подумал: «Ну, бывает, разгрузка душевная».

А потом — опять. И опять. Каждый месяц. Словно шоу «Сидоров и его половичок» .

Я думаю: ну зачем? Это же не сериал, это жизнь. И зачем каждый раз всем об этом рассказывать.

Однажды он опоздал на работу. Приходит с красными глазами, растрёпанный, как будто неделю не спал.

Спрашивают: «Что случилось?» А он:
— Да всю ночь следил за женой. Сегодня она в командировку улетала. С раннего утра в аэропорту был.
— И что?
— Увидел, как её какой-то мужик у трапа целует! Представляете?

— А я её из самого низа вытащил! Раньше она нянечкой в садике работала, я ей образование дал, экономистом стала, в солидной фирме теперь работает, на хорошей должности, а она мне — такую свинью! Неблагодарная…

Ну и так каждый раз одно и то же: — «бедный я, бедный, половичок, батарея, измена, неблагодарность».

И всегда с таким выражением, будто он герой трагедии Шекспира, а не мужик, которому, может, просто надо было помыться и сменить носки.

Однажды приглашает меня в обычно пустующую подсобку в гардеробе поболтать и чайку попить. А вид у него загадочный. Прихожу — а там стол накрыт, и нас всего трое: я, Сидоров и женщина из соседнего офиса.

Симпатичная, лет за пятьдесят, крашенная блондинка. Очень импозантная дама, облик которой не вязался с обстановкой подсобки. Так и казалось, что она сюда по ошибке зашла.

Оказывается, раньше работала в сфере туризма, много повидала, поездила по миру, даже фирму свою имела.

Рассказывает как ей одиноко в трехкомнатной квартире, дочь уехала и машина простаивает, так как она водить не умеет…

Сидоров, не дожидаясь вопросов, запускает свою вечную пластинку:
— А я вот сплю на кухне… половичок… батарея… жена… неблагодарная…

Я сидел и думал: «Блин, да ты хоть капельку уважай себя! Это же не жалобная книга, это уже шоу с элементами садомазо!»

Через пару недель опять зовёт в подсобку. Опять она — «туристка». Опять вечер. Теперь у него «день рождения».

Я, как вежливый человек, выкурил сигарету и слинял. Пусть веселятся.

Потом такая же история повторилась с бухгалтершей Марией из районного филиала, с огромным домом и новенькой машиной. Та тоже вдруг стала «приятельницей» Сидорова.

Еще стала заходить к Сидорову, как бы невзначай, и дама из фирмы на десятом этаже, брат которой по слухам был какой - то важной персоной.

И вдруг я подумал: «Ну что за странная магия? Может, это не жалобная книга, а какая-то хитрая тактика соблазнения? Маска жалкого мужчины — чтобы женщины пожалели и…»

И вот тут меня посетила мысль: а вдруг Сидоров — гений?
Ведь что делает обыкновенный мужчина, чтобы понравиться женщине?

Хвастается зарплатой, машиной, бицепсами.

А Сидоров — наоборот.

Он не герой, он жертва.

Он бедный, несчастный, обделенный.

И вот тут-то женщины, наверное и думают: «Какой он добрый, нежный, несчастный… Надо его пожалеть. Погладить. Приласкать. Может, накормить борщом…»

И тогда я понял: Сидоров талант— мастер искусства быть жалким, чтобы быть любимым.

А может и правда, что иногда жалость — это сильнее страсти?

А самая убедительная маска — это маска беззащитности?

И, если ты хочешь покорить женщин, возможно, не обязательно быть богатым и красивым — достаточно иметь половичок под батареей и уметь рассказывать об этом с драматичным вздохом…

А как вы думаете?

#проЛюбовь#рассказы#соблазнение#наЖалость#казанова#мутный