Яна в очередной раз удалила набранное предложение. Разговор с Павлом и нахлынувшие воспоминания окончательно сбили рабочий настрой. Она убрала ноутбук в сумку и растянулась на подстилке, подставляя солнцу спину. Закрыв глаза, она вспоминала осень девяносто шестого. Именно тогда она встретилась с Денисом.
Яна сидела напротив учительницы по алгебре. С каждым новым штрихом красной пастой в ее тетрадке лицо девушки становилось все печальнее.
– Это даже не три с минусами, Яна, – посмотрела на нее женщина поверх очков. – Ни одного верно решенного уравнения. Ты что, не учишь теорию?
– Учу, – тихо ответила девушка. Что толку говорить, что занудный язык учебника был для нее сродни китайскому языку – красиво и не понятно.
– Яна, еще одна проваленная контрольная, и я вынуждена буду сообщить твоему отцу, что ты не справляешься с программой. Ты меня поняла?
– Да, Ольга Павловна, – еще тише произнесла она.
– Надеюсь, в следующий раз увидеть хоть какой-то прогресс, – учительница бросила взгляд за окно, где резко потемнело от набежавших облаков. Собирался дождь. – Иди, а то дороги развезет.
– До свидания, – собрав тетради, Яна вышла из класса.
Забирал ее Ефим Егорович – старшина, получивший эту должность тридцать лет назад, да так на ней и остававшийся. Мужчина словно был создан для этого звания, и чувствовал себя вполне комфортно. По его словам, кому-то надо было родину защищать, а кому-то защитникам условия создавать. И надо было отдать ему должное, справлялся он с этим великолепно.
Яна медленно шла от крыльца к грузовику. Через два часа предстояла очередная беседа с родителями. Они никогда не ругали ее за плохие оценки, понимая, что во многом это и их вина. Но как же тяжело было видеть разочарование в их глазах.
– Что, Яна Викторовна, опять математика? – Егорыч разглядел грустное лицо девушки, пока она спускалась с крыльца здания.
– Угу, – печально вздохнула она, забираясь в кабину. – Вы предупредите, чтобы к папе до завтра никто не совался.
На улице стремительно темнело. Водяная пыль грозила смениться проливным дождем.
– А в кузове кто? – посмотрела она на старшину.
– Лейтенанта прислали, – посмотрел на сидящего спиной к кабине Дениса Егорыч.
– Товарищ лейтенант, – Яна высунулась в окошко, – забирайтесь к нам. Места хватит. А то дождь сильный будет, промокнете. Ехать долго.
Словно в подтверждение ее слов сверкнула молния. Яна инстинктивно сжалась в комочек при вспышке, а после раската грома вздрогнула, напряженно глядя в ту сторону, откуда надвигалась гроза. Укрыв сумку с вещами брезентом, лейтенант перебрался в кабину. Когда он сел рядом, она уже достала из рюкзака тетрадь и учебник и пыталась в очередной раз решить неподдающееся уравнение.
Машина медленно ползла по проселку. Денис смотрел в окно, больше наблюдая за катящимися по стеклу каплями, чем за однообразным пейзажем. Яна по-прежнему молчала, лишь шуршала страницами, да вздрагивала при вспышке молний и раскатах грома. В какой-то момент она не выдержала.
– Ненавижу алгебру… – со слезами в голосе произнесла она, когда решение в очередной раз не сошлось с ответом.
– Можно? – лейтенант забрал у нее тетрадь, и уже через минуту на бумаге стали появляться новые строчки. – Ты вот здесь делаешь ошибку, – подчеркнул он строку, – надо вот так, – новые строки появились на бумаге, вместе с четким объяснением правила.
Яна открыла ответы и обнаружила, что все сошлось.
– Спасибо, – девушка повернулась к лейтенанту и поцеловала его в щеку. И лишь потом заметила, что ее пересекал глубокий шрам. Егорыч что-то недовольно хмыкнул. – Ой, простите…
Денис повернул голову и увидел смущенное личико девчушки. А в карих глазах скакали чертики, предвещая ему довольно веселые дни службы. Он непроизвольно коснулся рукой шрама, удивленно глядя на девушку. В ответ она показала язык и тут же вздрогнула от громкого раската грома.
– Яна Викторовна, – строго произнес Егорыч, покосившись на девушку в зеркало заднего вида.
– Извините, – ни к кому конкретно не обращаясь, тихо произнесла она, но в глазах раскаяния не было. Удивление лейтенанта на ее реакцию Яну рассмешила. Он ее отца не видел, когда тот летом позволял себе дома ходить в одних шортах. Вот уж где красоты хватало – афганская роспись вызывала неподдельный интерес в глазах врачей мужского пола, и шок – у женского. А тут подумаешь – лицо поцарапали. Яна мысленно фыркнула. Как плох тот солдат, который не мечтает стать генералом, так и тот мужик, который начинает мнить себя уродом, если природную красоту морды лица подправили. И тем паче дуры те девчонки, которые начинают воротить от таких ребят носы.
Осторожно бросив быстрый взгляд из-под длинной челки, она отметила, что, за исключением свежего рубца на лице, он был очень даже симпатичным. Темный глаза в обрамлении густых ресниц, которым позавидовала бы каждая женщина, прямой нос, ежик темных волос. Ему бы в актеры надо было пойти, а не в солдаты.
Очередной раскат грома с треском разорвал тишину. Яна от неожиданности подпрыгнула на сидении, приземлившись практически на колени лейтенанта.
– Простите, товарищ лейтенант, – на сей раз искреннее извинение, но попытки отодвинуться девушка не предприняла. Чувствуя тепло другого человека, она чувствовала себя увереннее.
– Грозы боишься? – он осторожно взял ее за руку. – Меня Денисом зовут.
– Яна, – тихо сказала девушка, ожидая услышать, что он уже знает. Но Денис промолчал. Подняв глаза, она встретила пристальный взгляд, и улыбнулась в ответ. Этот мужчина нравился ей все больше.
Егорыч покосился в их сторону, но ничего не сказал. Яна была достаточно благоразумной в отношениях с другим полом, в чем успели убедиться все постоянные жители гарнизона. А вот парню общение с ней только на пользу пойдет. Он-то заметил его настороженный взгляд исподлобья.
Дальше ехали в тишине. Чем ближе был военный городок, тем грустнее было Яне. Пусть из-за погоды время в дороге растянулось до трех часов, но разговор с родителями о ее успехах был неминуем.
– Устала? – покосился на прикрывшую глаза Яну Егорыч.
– Нет, – вздохнула девушка, – думаю, как перед папой буду отчитываться. Мне же по математике экзамен сдавать, а я с ней вообще никак.
– Может с тобой позаниматься? – неожиданно для себя предложил Денис.
– Ой, а тебе не трудно будет? – грусть в глазах девушки сменилась надеждой.
– Вовсе нет, только если твои родители разрешат.
– Куда они денутся, – проворчал Егорыч, но и он был доволен, потому что в противном случае именно ему пришлось бы каждый день возить дочь полковника в школу. А ведь в части и без того дел хватало.
Грузовик миновал КПП и затормозил у небольшого каменного домика на несколько квартир. На крыльце стояла невысокая полноватая женщина.
– Витя, приехали, – крикнула она, увидев машину.
Денис, взяв рюкзак девушки, соскочил с подножки, и подал руку Яне. Она осторожно спрыгнула на землю и подошла к матери. Лейтенант достал из кузова свою сумку, и вопросительно посмотрел на Егорыча. Тот кивнул в сторону Яны и женщины. Денис посмотрел в их сторону и увидел, как рядом остановился мужчина в военной форме и погонами полковника.
– Сдала? – от тона, каким был задан вопрос, девушка поежилась
– Нет, – тихо, но очень четко, ответила она.
– Яна… – отец ничего больше не сказал, лишь махнул рукой.
– Пап, – вкрадчивые интонации, – к нам лейтенант прибыл новый, он может со мной позаниматься. Пока мы ехали, он уже кое-что объяснил.
– Я подумаю, – к радости Яны разговор на этом завершился. Впрочем, девушка не сомневалась в отцовском решении.
Застыв в дверях, она видела, как Денис, чеканя шаг, подошел к отцу. Полковник Озеров не любил неуместного позерства от необстрелянных служак. Но, рассмотрев его лицо, довольно крякнул.
– Лейтенант Кузнецов по распоряжению штаба к месту несения службы прибыл.
– Отставить, товарищ лейтенант, – он протянул руку, – Виктор Семенович. Официоз прибережем на завтра, когда буду вас полку представлять. Сейчас же прошу в дом. Заночуете сегодня у нас, а завтра уже определим вас в казарму.
За ужином Яна старалась излишне не коситься на лейтенанта, смутно представляя, какие чувства могут у него вызвать подобные взгляды. И лишь когда отец спросил, не трудно ли ему будет позаниматься с дочерью, позволила себе изредка скашивать глаза то на одного, то на другого.
Уже ночью, свернувшись под одеялом и прижав к себе плюшевого тигренка, Яна счастливо улыбнулась, зная, что игрушка скрывает ее лицо. Может, где-то там, в большом мире и живут люди, считающие Дениса уродом, ей же он очень понравился. Хотелось больше узнать об этом человеке. Интуиция говорила, что он окажется воспитанным, приятным в общении, не то, что некоторые хамоваты молодчики, пытаясь через нее облегчить себе годы службы. Яна надеялась, что интуиция ее не подведет.