Не желая связываться с массовыми экскурсиями и опасаясь бродить в чрезвычайно людном месте с риском не приехать или не уехать в то время, когда желаем, выбрали очень дорогой, но комфортный способ индивидуальной экскурсии на автомобиле. Гид доставил нас от гостиницы и обратно, попутно проведя мини-экскурсию по, собственно, Петербургу.
Позабавило, среди прочего, услышать, что Петербург не только туристический город, но и промышленный, культурный научный и прочая, прочая, прочая. Мы, конечно из саратовской глуши, но в курсе.
По пути лицезрели не только громаду Кировского завода, многочисленные трамвайные линии, жилые массивы от петровских через сталинские, условно-застойные к бизнес -поселениям, построенным, почему-то китайскими «товарищами». В Константиновском дворце находится официальная резиденция Президента РФ, и туда частенько заглядывают разные иностранноприглашенные. Конфискованный большевиками дворец, долгое время был чем-то вроде детского дома и превратился к 90-годам в откровенную заброшку. Теперь они, к вящему удовольствию петербуржцев, не перегружают город официальными vip-визитами. Интересно, но напротив дворца встречаются не только аккуратные и богатые коттеджи, но и откровенно запущенные особняки. Почему – не очень понятно.
Начало парковому ансамблю положил первый император, собственно еще не ставший таковым. И, строго говоря, речь поначалу шла вовсе не о дворцах и фонтанах. На берегу Финского залива, примерно на полпути из Петербурга до острова Котлин, был построен домик, от которого тогда еще царь мог контролировать строительство города имени святого Петра или крепости Кронштадт. Оглушительная победа над шведами, ставшая неожиданностью даже для самого Петра, принесла идею постройки триумфального парка. Ставшего символом того, что возвращенный российский берег, стал таковым навсегда. Важно, что Петергоф оказался одним из весьма немногих мест на ингермаландском побережье, обладающим заметным перепадом высот на, низменной и болотистой равнине. Обожавший воду царь, почти моментально подал идею организации фонтанов в строящимся парке. И его подданные не подвели, найдя и места сбора воды, и наняв, помимо мастеров паркового хозяйства, соответствующих мастеров фонтанов в Европе. Практически одновременно началось формирование отечественных мастеров фонтанного дела, существующей до настоящего времени. Довольно быстро сумевших превзойти учителей. Собственно говоря, с архитектурой произошло то же самое. Хотя, если обратиться к архитектуре современной, то отечественным архитекторам до лучших мировых пока так же далеко, как правителям – до Петра I и его «птенцов».
Въехав в собственно Петергоф, некоторое время искали место для парковки. Заодно осмотрели один из т.н. «Верхних прудов», питающих фонтаны и создающие для них достаточный напор. Несколько позже нам рассказали, что с Ропшинского плато, к прудам идет канал, питающий пруды.
Экскурсия началась с Верхнего парка, разбитого в т.н. «регулярном» стиле. Т.е. идеально точно проложенными аллеями между липами, у которых, условно, не только ствол к стволу, но и листочки выложены – каждый в правильную сторону.
Кстати, местные липы не только поучаствовали в украшении парка, но и их древесина тоже пошла на пользу. Из дерева вырезали украшения, высушивали в течение нескольких лет. Затем, золотили, иногда уже на их месте во дворцах.
Дворцов, кстати, в Петергофе немало. Хотя они все уступают размерами Большому дворцу, напротив которого, с одной стороны, Верхний парк. С другой – центральный каскад, наиболее мощная фонтанная группа и канал к морю. Почти каждый император/императрица считали своим долгом дополнить ансамбль каким-либо архитектурным элементом или фонтаном.
В верхнем парке фонтанов мало, и они, естественно, несколько скромнее водяной мощи нижнего парка. В сумме, через фонтаны Петергофа проходит примерно кубометр в секунду (Интернет подсказывает, что 1100л). Из вернепарковских фонтанов запомнился Нюрнбергский, у которого, в самом Нюрнберге, есть копия-двойник.
А в, нижнем, естественно – Большой каскад и Самсон в нем. Ради интереса и по совету гида, не стали стоять в очереди на проход в Большой дворец, а взяли мини-экскурсию по гротам.
Потом знатно прошлись по аллеям. Семья увлеченно слушала гида, я, не менее увлеченно, щелкал затвором фотоаппарата.
Сын почти купился на шутиху у фонтана-дубка, и даже немного жаль, что ему показали, что фонтан включается человеком, а не от того, что кто-то наступил на камень или вода накопилась каким-либо гидротехническим способом.
Поесть во время экскурсии не то чтобы совсем не захотелось. Но все едальни были переполнены и в голову не раз приходила мысль – что сюда бы по осени, может тогда столпотворение будет поменьше. Но, грех жаловаться, погоду и так угадали, а осенью в Питере и дожди и ветра – еще более обычны, чем обычно.
Интересно, как бы отнесся Петр к тому, что созданное им великолепие массово посещается неблагородной публикой. Обсудив с экскурсоводом пришли к выводу, одобрил бы. Первый император ценил людей не по знатности и понтам, а по уму и талантам. Недаром, многие считают, что многочисленные шутихи в Петергофе были именно для тех, кто чрезмерно увлекался пусканием пыли в глаза, брызги на одежду и пудру быстро приводили к реальности, что грязь и роскошь намного ближе друг к другу, чем это могло показаться.
И да, напоследок. Все это восхитительно - благодаря ежедневному труду почти 2000 работников, следящих за местной красотой. Хочется воздать им за их усилия и пожелать здоровья и успехов. В силе каждого - сделать мир вокруг себя немного лучше. Главное - те силы в себе найти.