Интересное мнение.
Тезис о том, что СССР — самая читающая страна в мире, был высказан Леонидом Брежневым в 1963 году. За десятилетия это убеждение стало пропагандистским штампом, распространяемым как в Советском Союзе, так и в постперестроечной России. Но соответствует ли оно реальности?
С одной стороны, в СССР действительно издавалось огромное количество печатной продукции и существовали тысячи библиотек, так что советские граждане читали много газет, журналов и книг. Однако это легко объясняется тем фактом, что чтение было одним из важнейших источников информации, а для многих — практически единственным развлечением.
Об этом, в частности, говорил писатель Сергей Довлатов, эмигрировавший из СССР в 1978 году и не доживший года до перестройки:
«Чтение в Союзе — почти единственная форма духовной активности, почти единственная ступенька внутреннего раскрепощения. Религиозная сфера практически закрыта. Кино и телевидение в массе удовлетворяют лишь самым невзыскательным потребностям. Театральный репертуар даже в столичных городах убог и малоинтересен. Путешествия, туризм дискредитируются качеством сервиса. Общественная деятельность — в руках и под контролем государства. С литературой дела обстоят несколько иначе: книги доступны, стоят не очень дорого, качество литературы самое разнообразное — от русской и зарубежной классики до ничтожных производственных эпопей».
Довлатов, развенчивая миф об особой любви советского человека к чтению, сравнивает пристрастие к литературе с пристрастием к водке: и то и другое находило бесчисленных поклонников, при этом приобретая болезненный фанатический характер.
С другой стороны, возникают вопросы, какую литературу выбирали советские граждане. Довлатов, изучавший советские библиотеки и библиотечную статистику, рассказывал, что в СССР классика пользовалась значительно меньшим спросом, чем журналы, детективы и фронтовые воспоминания:
«Щит и меч» Вадима Кожевникова (роман рассказывает о советском разведчике во время Второй мировой войны. — Sport24) гораздо дефицитнее «Преступления и наказания, а Юрий Герман (советский писатель, работавший в жанре соцреализма, лауреат Сталинской премии. — Sport24) несравненно популярнее Тютчева и Фета».
По воспоминаниям Довлатова, многие читатели выбирали книги по ярким названиям, таким как «Выстрел из тумана», «Операция «Шлем», «Приключения лейтенанта Рагулина». Особым спросом пользовалась уголовно-шпионская литература самого низкого качества, в то время как произведения классиков — Шекспира, Филдинга, Гольдони, Бальзака и других — оставались нетронутыми.
Конечно, запросы интеллигенции были более высокими, но возникала другая проблема: ни магазины, ни библиотеки не могли их удовлетворить: «Культурная публика хочет читать Ахматову, Цветаеву, Мандельштама, на худой конец — Трифонова, Распутина, Искандера, Битова. Заказывать эти книги в библиотеке не имеет смысла — они всегда на руках».
При этом нередко произведения выпускались, но достать их было невозможно. Довлатов рассказывал о случае, когда в Ленинграде издали однотомник Осипа Мандельштама, но купить книги не смогли даже сотрудники издательства: весь тираж отправили за границу, чтобы, как сказал руководитель издательства, «заткнуть рот нашим идеологическим врагам».
Выходом становились черные рынки, на которых водились дефицитные издания. Но стоили такие книги очень дорого: Довлатов вспоминал, что томик стихотворений Марины Цветаевой продавали за 100 рублей, что составляло среднюю месячную зарплату школьного учителя. Из-за дороговизны в Советском Союзе начал распространяться книжный обмен: можно было договориться и обменяться редкими произведениями.
Марина Цветаева
Однако это занятие являлось довольно опасным из-за периодических облав, после которых можно было попасть под арест. Еще большая опасность возникала при приобретении самиздата и тамиздата: например, романа «Доктор Живаго» Бориса Пастернака или «Архипелага ГУЛАГ» Александра Солженицына.
Можно ли назвать страну, в которой людей заставляют читать то, что надо, а не то, что хочется, самой читающей? У Довлатова по этому поводу было однозначное, хоть и спорное мнение. Фактически СССР действительно оставался самой читающей страной. Но о нюансах всегда интересно порассуждать.