Добрый день, уважаемая Малка! Спасибо Вам за Ваш нестандартный подход к ситуации и потраченное время на ответ.
Мне 48 лет, вроде взрослая женщина, замужем, дочь первокурсница. В общем все вроде неплохо. Но никак не могу закрыть гештальт, связанный с сокращением с работы, на которой проработала 15 лет, придя туда сразу после института.
Это государственная организация и я была там на своем месте. Ассоциировала себя с этой работой, участвовала во всех мероприятиях, жила этой работой. К слову, как специалист, я не сильно выросла, очень ревностно относились коллеги к своему функционалу. Просто делала то, что было в обязанностях 15 лет.
Можно сказать, что продала я себя удачно, заработок был намного выше рынка. Смогла купить себе квартиру, машину и еще кое-какое имущество. Я была без крыши над головой, понаехавшая в Москву. В общем быть на этом месте стоило, хоть развития в профессии был ноль. Но случилось так, что мое место, видимо, понадобилось.
После сокращения прошло пять лет, я поменяла пять мест работы за это время, определенно выросла в навыках. Но я не могу найти для себя то место, где я бы работала с удовольствием, хотя работать то еще удовольствие. Не могу найти работу, где я бы успокоилась и не вспоминала о той прошлой работе. Скажите волшебные слова, Малка, как не вспоминать и жить сейчас?
Вы тоскуете по этой прежней работе, как по миру, с которым вы были одним целым. В котором вам было тепло и безопасно, в котором у вас не было ни врагов, ни испытаний, ни лишений. Для которого вы были хороши такой, какая вы есть. Который был к вам добр. В христианской культуре человек так тоскует по утраченному Раю. А в психоанализе человек так тоскует по материнской утробе.
На той работе вам ни с кем не надо было соревноваться, ничего не надо было преодолевать и ничего никому не надо было доказывать. Вам платили просто за то, что вы есть. И платили вам столько, что вы за это время сумели обрасти всем, что нужно для комфортной жизни. При этом на старте у вас не было ничего, кроме того, что было на вас надето.
Человек приходит в этот мир нагим. У новорожденного ничего нет, кроме его самого. Но он приходит в этот мир с полным комплектом органов, достаточно зрелых, чтобы начать жить - расти, осваивать мир, копить достижения. А недоношенный младенец - например, шестимесячный, - он приходит в этот мир даже не нагим. Он приходит, фигурально выражаясь, без кожи. И первые месяцы жизни он еще не живет - он выживает. Он должен за это время отрастить себе все, что сделает его доношенным и позволит ему начать жить как нормальный младенец. Он стартует не с нуля, он стартует из минуса. И этот первый отрезок, когда он из минуса добирается до нуля - он самый трудный. Не все его проходят.
Если сравнивать московскую девочку и девочку, приехавшую из провинции, то девочка из провинции родилась здорово до срока. Она еле-еле умеет самостоятельно дышать. Строго говоря, на старте она не жилец - у нее ничего нет для жизни, она за эту жизнь отчаянно борется, находясь постоянно на грани. Как недоношенный младенец, которого особо не выхаживают - выживет так выживет. Если выживет - догонит московскую девочку. то есть придет ценой нечеловеческих усилий к тому, с чего московская девочка стартует.
Вас ожидало бы то же самое, но вам повезло с работой. Вас доносили как кенгуренка в кармане у мамы-кенгуру - вы вылупились на свет после универа практически эмбрионом, но вам не пришлось выживать, вас сразу засунули в теплый карман и приложили к соску. Вам продлили ваше время в утробе и дали спокойно и безопасно дорасти и доразвиться до кондиции жизнеспособного детеныша.
Та работа была вашим карманом кенгуру.
Вы с нее ушли полностью материально оснащенной, как если бы вы родились в Москве в небедной семье. Из того минуса, из которого вы стартовали, вы за эти 15 лет добрались до нуля.
Вообще-то ваша биография началась только после этой работы. Кенгуренок вылез из маминого кармана - вот теперь он действительно родился.
Вы сейчас проходите тот путь, который московская девочка проходит сразу после универа - ищете работу, меняете работу, пытаетесь понять, что вам нужно. Просто вы его проходите с задержкой в 15 лет. Это, кстати, очень небольшая задержка.
Конечно, у мамы в животе было лучше. Это всякий знает. Всякий бы хотел туда вернуться или найти что-то похожее. Но обратно не пускают, так уж сложилось. И похожего на свете почти ничего нет.