Добрый слушатель, приглушим голоса, пусть огонь в очаге потрескивает тише — и я поведаю тебе продолжение баллады о **Белой Вороне**, что взошла на небеса, но не забыла землю…
Баллада о Белой Вороне. Часть вторая
Но не в вечно-светлом пристанище
Осталась птица с белым крылом.
Она, как тень меж двух восходов,
Ходила между мирами богов и людей.
Каждую ночь, когда душа томится,
Когда слёзы земные не слышны,
Она приходит — белое перо,
Касается лба, как вестник из снов.
К тем, кто в отчаяньи, к тем, кто в тоске,
К тем, кто забыл, как дышит надежда,
Она прилетает — без крика, без страха —
И шепчет: «Ты не один. Еще не конец».
Ангелы смотрят с высоты в молчанье,
Не в силах понять, почему она
Вновь и вновь покидает светлый покой,
Чтоб плакать с теми, кто плачет в ночи.
«Зачем ты возвращаешься в тень?
Зачем терзаешь себя мукой земной?»
Но ворона лишь крылом повеет:
«Там, где боль, я ближе к сердцу людей».
И вот, как предание в старых книгах,
Люди стали молвить в печали:
«Когда душа рвётся, как парус в бурю,
Позови Ворону — она прилетит».
Иной раз в полночный час
Она садится на край окна,
Где мать скорбит над дитём,
Где муж забыл, зачем живёт.
Один взмах — и боль полегчала,
Один взгляд — и в сердце свет,
И люди, что плакали до рассвета,
Вдруг встают, как будто вновь рождены.
Но не вечно быть между небом и землёй —
Так сказал ей старший ангел в седой:
«Ты не можешь быть везде,
Ты не бог, не дух, не тень».
И ворона, белая, как снег зимой,
Ответила тихо, как ветер над рекой:
«Я не бог, не дух, не тень...
Но я — память о том, что любовь не кончается смертью».
Так вот, добрый человек,
Почему в лунные ночи
Белая тень летает над нами —
Не ворон, не ангел, но святая скорбь.
И если вдруг ты услышишь шёпот,
Или почувствуешь, как кто-то
Коснулся сердца — знай:
Она снова с тобой.