Знаете, говорят, выходить замуж в 30 – это как прийти на вечеринку, когда все уже выпили, подрались и танцуют на столе. Все приличные уже разобраны, остались только те, кто не успел уйти или всё ещё спорит с диджеем по поводу треков 90-х. Но я пришла. Не то чтобы очень вовремя, но эффектно.
С моей "эффектностью" вообще всё было непросто. Познакомилась я с мужем, когда мне было 26, а ему… 17. Нет, это не была попытка повторить судьбу Деми Мур. Просто жизнь – коварная шутница с отличным чувством абсурда. Он – подросток с глазами оленёнка и торсом, который только-только начал понимать, зачем ему пресс. Я – женщина с амбициями, опытом и внутренним ощущением, что всё только начинается. В итоге, через пару лет – свадьба. В 31 я родила сына, и ушла с головой в материнство, словно Титаник в Атлантику.
Материнство – это не про розовые пинетки. Это про бессонницу, кричащие подгузники, тонну молочной смеси и ощущение, что твой мозг эмигрировал в Бобруйск. Я отрастила домашний халат – сначала образно, потом буквально. Три года я была матерью-ведьмой из сказок: волос не мыт, бровей нет, грудь висит.
А потом случилось то, что случается в каждом втором сериале на канале "Женские судьбы" – мой молодой муж завёл себе молодую любовницу. Страшное – не сам факт измены. Страшное – как это было предсказуемо. Я всегда боялась, что он либо умрёт, либо уйдёт. Для меня и то, и другое – равнозначная трагедия. Он выбрал второе. Ушёл. К ней.
Полгода назад. Первые три месяца – тьма. Я умирала в голове каждый день, как будто была героиней древнегреческой трагедии и мне вечно приносили плохие новости. Если бы у меня был диван на балконе, я бы лежала на нём в позе страдающей графини и взывала к богам.
Но, к счастью, у меня был сын. И он, будучи всего лишь ребёнком, вытащил меня из бездны своим невероятным взрослением. Он понял. Он не плакал, не кричал, не устраивал драм. Он просто был рядом. Его поддержка вернула меня в реальность.
Я начала с психологии. О, как я читала. Фрейд, Юнг, Мила, Алена, Бурханка из TikTok – всё шло в дело. Я собирала себя, как IKEA-шкаф: с инструкцией на китайском и шурупами, которые не влезают.
Потом – физика тела. Я сменила гардероб. С халата – на платье. Волосы – от “мне просто удобно” до “ах, кто эта женщина?”. Ушла пара килограмм, пришло лицо. На меня снова стали смотреть мужчины, не как на "мамашу с пакетом молока и синими кругами под глазами", а как на женщину. Человека. Красивого. Свободного.
Я начала вести себя по-другому. Обращалась к бывшему мужу (ой, простите – технически-то ещё муж) с просьбами. Раньше я всё делала сама, либо орала в стиле "да сколькО можно!". А тут – по-человечески. Без наезда
без наезда, без требований. Просто: "Можешь, пожалуйста...?" Он не отказывал. Ни разу. Приходил, помогал, даже чай наливал, глядя в глаза. Как будто вспоминал, что я – не просто мать его сына, а та, кто когда-то привёл его из клуба домой и сварила лапшу.
Я приглашала его на встречи с нашими (вернувшимися к статусу моих) друзьями. Он сначала выглядел, как человек на суде: виноватый, сжавшийся. Но потом понял – никто не собирается его осуждать. Друзья видели, что я не сломлена, а наоборот – расцветаю. И они видели, что он, хоть и совершил ошибку, всё ещё остаётся частью нашей жизни, частью жизни сына. Он начал расслабляться, даже шутить. И я видела, как в его глазах мелькает что-то похожее на сожаление. Или, может, просто отражение моего нового, яркого платья.
И вот, полгода спустя, я снова на вечеринке. Только теперь я не та, кто пришёл, когда всё уже закончилось. Я та, кто зажег свет, включил новую музыку и заставил всех танцевать. Я – хозяйка вечеринки. Мой сын – мой самый верный друг и главный мотиватор. Мой бывший муж… ну, он тоже здесь. Не как главный герой, но как гость, который, кажется, начинает понимать, что упустил. А я? Я смотрю на всё это с улыбкой. Потому что я пришла. Не вовремя, возможно. Но эффектно. И, главное, я здесь. Живая. Сильная. И готовая к новым танцам. Даже если они будут на столе.