Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Никита Ларионов

«Сеть боли»

Рассказ о будущем, которое начинается с вопроса: А что если ты почувствуешь всё, что чувствует другой?* Это начиналось как стартап. Как очередной проект на питчинге в Берлине: сцена, яркий экран, молодая команда с идеей, «которая изменит человечество». Так и было написано на заставке: “SENZ: Чувствуй меня” — чип, вживляемый под кожу, синхронизированный с другим человеком. Он позволяет тебе ощущать боль — ровно так, как её чувствует тот, с кем ты связан. Первоначально это продвигали как прорыв в медицине. Врачи смогут понимать, что происходит с пациентами на уровне ощущений. Психологи — почувствуют эмоциональные спазмы своих клиентов. Родители — смогут «слышать боль» ребёнка ещё до слов. Первую партию чипов поставили 20 парам добровольцев. Молодые, влюблённые, красивые. Их снимали для YouTube, они участвовали в ток-шоу. Они держались за руки и говорили: «Теперь я чувствую его по-настоящему. Он — внутри меня». «Мы как одно тело. Если ему больно — и мне тоже. Я не могу игнориро

Рассказ о будущем, которое начинается с вопроса:

А что если ты почувствуешь всё, что чувствует другой?*

Это начиналось как стартап. Как очередной проект на питчинге в Берлине: сцена, яркий экран, молодая команда с идеей, «которая изменит человечество».

Так и было написано на заставке:

“SENZ: Чувствуй меня”

— чип, вживляемый под кожу, синхронизированный с другим человеком. Он позволяет тебе ощущать боль — ровно так, как её чувствует тот, с кем ты связан.

Первоначально это продвигали как прорыв в медицине. Врачи смогут понимать, что происходит с пациентами на уровне ощущений. Психологи — почувствуют эмоциональные спазмы своих клиентов. Родители — смогут «слышать боль» ребёнка ещё до слов.

Первую партию чипов поставили 20 парам добровольцев. Молодые, влюблённые, красивые. Их снимали для YouTube, они участвовали в ток-шоу. Они держались за руки и говорили:

«Теперь я чувствую его по-настоящему. Он — внутри меня».

«Мы как одно тело. Если ему больно — и мне тоже. Я не могу игнорировать его страхи».

Все аплодировали. Даже скептики молчали. Это было красиво. Честно. Слишком честно.

Но никто не подумал, что боль — это не только сигнал. Это интимность. Это закрытое пространство. Это то, что человек всегда терпел наедине.

Через месяц начались первые осложнения. Одна пара — муж и жена — пришли в клинику в истерике. Муж поранил палец в мастерской — жене стало плохо. Буквально — она потеряла сознание на кухне, не зная, что случилось. У неё даже появился фантомный порез.

В другом случае — девушка пережила приступ паники в метро, и её партнёр, находясь в другом городе, внезапно упал в обморок. Потом он сказал, что “ощутил что-то… как будто душа падает в бездну”. Ему поставили нервный срыв. А чип продолжал работать.

Самым громким стал Инцидент 93.

На улице Франкфурта проходила акция протеста. Один из протестующих с чипом получил удар дубинкой по спине — в это же время его брат-близнец, работающий кассиром в супермаркете, внезапно закричал, упал и получил сотрясение мозга. Видеозапись стала вирусной.

Тогда-то сеть и стала шире.

Уже не два человека. Уже — группы. Целые клубы, объединённые «сенсорной близостью». Эксперименты выходили из-под контроля. Кто-то говорил, что можно достигнуть «абсолютной эмпатии» — если связать сотни людей.

Они пытались. В подвалах. В дата-центрах. Через нейросети.

Они называли себя Единой Тканью.

“Мы чувствуем друг друга. И нас невозможно остановить” — писали они в манифесте.

Но дело не в революционерах.

Настоящее началось позже.

Когда появилась SENZ OPEN — пиратская версия.

Чип больше не ограничивался одним человеком. Теперь можно было привязаться к незнакомцам. К случайным. Ты мог включиться в “рулетку боли” — и на час испытать всё, что чувствует кто-то где-то. Любой.

Женщина в Мумбаи. Подросток в Китае. Пожилой мужчина в Турции. Девочка, которую бросили. Парень, который режет себе руку. Девушка, танцующая босиком по раскалённому асфальту.

Некоторые подсели на это. Они не могли больше не чувствовать чужое. Их собственное тело стало тусклым. Свою боль — они перестали ощущать вовсе. Только чужая была живой.

Службы мониторинга пытались отключить сеть. Но сеть жила на уровне нейрообмена — под землёй интернета. Под сном. Внутри.

Уже были случаи, когда люди не знали, чья боль у них сейчас. Только чувствовали. И это сносило голову.

Одна учительница из Дании записала в блоге:

«Сегодня я шла по улице и вдруг почувствовала огонь в груди. Как будто нож прошёл через лёгкое. Я не кричала. Я просто села. Кто-то сейчас умирает, и я с ним. Я не знаю кто. Но это был самый настоящий момент близости за последние 20 лет».

Правительства начали запрещать SENZ.

Но поздно.

Чипы уже стоили 34 евро на чёрном рынке. Люди начали вставлять их сами. По парам. По пятёркам. Тайно.

Война за эмпатию началась.

Кто-то говорил: «Это кошмар, надо всё отключить».

Кто-то — «Мы впервые стали человечными».

Сейчас, если ты идёшь по улице — ты не знаешь, у кого чип.

Ты не знаешь, кто сейчас чувствует твою боль. Или ты — его.

Может, когда ты плакал — в каком-то доме на другом континенте женщина вдруг поставила чайник и посмотрела в окно. Просто так. Без причины.

А может — это и есть причина.

Может, мы не созданы, чтобы терпеть боль в одиночку.

SENZ 2.0 уже в разработке.

Теперь — с возможностью передавать не только боль.

Но и ощущения любви. Стыда. Усталости. Радости. Тоски.

Всё, что ты боишься показать — кто-то теперь может почувствовать.

Тебя — не спрашивая.