Неделю назад 10 июля я подала заявление в Совет адвокатской палаты о прекращении статуса адвоката, а через 2 дня, сидя в поезде по пути в Минск, читала о новости о наконец-то представленном на всенародное обозрение, так давно обсуждаемом в юридическом сообществе законопроекте Минюста «об адвокатской монополии».
Читала, конечно же, не как новость (давно это уже для меня не новость), а в основном - мнения и комментарии коллег по юридическому цеху и не только их.
Уже много чего сказано-пересказано-написано-перенаписано по этому поводу, но как человек, который не понаслышке знает особенности, плюсы и минусы ведения адвокатской деятельности, не могу не вставить и свои пять копеек поделиться своими мыслями по этому поводу после внимательного погружения в текст законопроекта и содержание пояснительной записки к нему (я всегда стараюсь анализировать все же первоисточник, а не новости).
Сразу скажу – я не поддерживаю законопроект в представленной редакции.
И вот почему.
1. Кто-нибудь изучал вопрос, а готовы ли адвокатские палаты к его реализации?! Справятся ли они с реализацией задумок Минюста и нашествием такого количества юристов?! Достаточно ли у них трудовых ресурсов, материальной базы, чтоб обеспечить организацию процесса?!
Пока я не увидела такой готовности на примере отдельно взятой палаты, в которой состояла. Если потребуется увеличение всего перечисленного – за чей счет это будет происходить, как вы думаете?! Да, верно, расходы повлекут автоматом увеличение взносов и отчислений с действующих адвокатов. Законопроект предлагает лишь снизить кворум, при котором заседание квалификационной комиссии будет считаться правомочным принимать решения, с 2/3 до 1/3 от членов комиссии в течение всего переходного периода. Но переход в адвокатуру – это не только сдача экзамена. Это еще несколько десятков организационных документов, бухгалтерских проводок, уведомлений в налоговый орган. Все это само не оформится. И чат gpt в этом явно не поможет.
2. На мой взгляд, начинать надо было с разработки единых профессиональных стандартов предоставления юридических услуг.
Да, даже хотя бы с разработки типового проекта соглашения (договора) об оказании юридической помощи (юридических услуг)!
Мое соглашение об оказании юридической помощи, заключаемое с доверителем, на сегодня состоит из 15 страниц, включая 3 приложения. Сколько раз я видела удивление в глазах доверителей и слышала от них вопросы вроде «А зачем столько?! У другого юриста был договор всего на одном листе…»
Не буду отвечать за других, но я твердо убеждена – грамотно составленный договор служит доказательством условий соглашения и помогает избежать недоразумений. Помогает обеим сторонам.
Что касается других стандартов… Я уже не раз говорила, что юридическая помощь – это многранное явление. Иногда, чтобы добиться реального результата, недостаточно представлять интересы только в судебном процессе – нужно параллельно обращаться в интересах доверителя в правоохранительные органы, прокуратуру, налоговые органы, инспекцию труда и другие контрольно-надзорные органы. И это необходимо донести еще на первой консультации. Пока идет судебное разбирательство (а идти оно может и не год, и не два, а очень долго), при наличии оснований – писать о нарушениях в уполномоченные органы, настаивать на принятии ими мер в рамках компетенции, но заявления такие должны быть грамотно составлены со ссылками на регламенты, положения, приказы, чтоб уменьшить шансы на отписки (хотя они все равно будут), тогда, возможно, и удастся добиться принятия мер реагирования, и такие ответы могут стать дополнительной доказательственной базой…
Но немногие этим озадачиваются. Кто-то из коллег не знает, кому-то - не готов оплачивать доверитель, считая, что только суд встанет на его сторону, все остальное – тлен…
Также нелишним было бы в таких стандартах прописать и напомнить отдельные нормы из процессуального законодательства (например, о праве вести аудиозапись заседания, заявить своевременно меры по обеспечению иска, ознакомиться с протоколом судебного заседания и подать на него замечания и др.). Мне нередко приходилось подавать замечания на протокол судебного заседания на основании самостоятельно сделанной аудиозаписи на диктофон – и это очень помогало сориентировать суд на защиту интересов нашей стороны!
3. Также я убеждена, что для квалифицированного оказания юридической помощи в суде необходим все же определенный не только профессиональный, но в целом жизненный опыт – в этом контексте нелишним было б введение возрастного ценза для судебных представителей, например, с 25 лет, а то и с 30. Как минимум. И не кидайте в меня тапками – я художник, я так вижу это лишь мое собственное мнение, основанное на более чем 20-летнем юридическом стаже, хотя я сама первый раз участвовала в судебном процессе в возрасте 22 года в роли государственного обвинителя, но с уверенностью могу сказать – судебным представителем граждан и организаций все же лучше становится попозже…
4. Все эти истории про «обманутых юристами бабушек» (сразу возникает ассоциация с телефонными мошенниками, выманивающими у тех же самых бабушек миллионы из заначек) – явная подмена понятий в ущерб истине. Проблема – в очень низкой правовой культуре населения. Не зная алгоритма оказания юридической помощи и в чем заключается ее суть, зачастую доверители приходят к юристам (адвокатам) с полной уверенностью, что те буквально за считанные минут решат их проблемы, которые копились чуть ли ни годами и когда превратились уже в лавину – тогда и подумалось «а не обратиться ли к юристу?»… Проходит неделя, месяц, полгода, а проблема не решена – значит явно «плох юрист (адвокат)» или «он специально затягивает дело», да и вообще «он мошенник». Увы, именно так рассуждают многие обыватели… И много именно таких случаев и легли в основу довода Минюста о жалобах на недобросовестность юристов…
Нужно в целом повышать уровень правовой культуры населения и рассказывать, и просвещать на каждом шагу о том, что из себя представляет юридическая помощь. Возможно, тогда и ожидания станут более-менее адекватными, а не на уровне "юрист-волшебник, он же всемогущий джин".
5. Говоря о том, что «государство фактически лишено возможности реагировать на такие нарушения, не имеет возможности ограничивать допуск непрофессиональных и недобросовестных юристов к оказанию услуг», Минюст явно лукавит… Например, по статье 45 ГПК РФ прокурор может обратиться в интересах социально незащищенных категорий граждан с иском о взыскании денежных средств с юриста при некачественном оказании юридических услуг или взыскании с него неосновательного обогащения…
Еще возможности подсказать или сами догадаетесь?!