Не любил Гитлера, но мечтал о Третьем рейхе. Хотел сильной Германии, но отправил её по "особому пути". Обожал Россию, но косвенно поспособствовал нашествию "коричневой чумы". О самом забытом политическом философе-протонацисте Веймарской Германии, его теориях и загадочной гибели...
О Бруке забытом замолвите слово
Эпоха Веймарской Германии в числе многого другого запомнилась специфической пестротой политического и культурного ландшафта. Потрясённых после Первой мировой немцев буквально затопил вал философских, мистико-теософских, националистических, народнических и бог весть ещё каких идеолого-политических и течений, которые овладели умами значительной части общества. Особенно сильно выделялись уязвлённые "расово-правильные" немецкие патриоты всех мастей, внезапно оказавшиеся у разбитого корыта без вожделенного "жизненного пространства", да ещё и в раздираемой противоречиями недостране.
Среди многих подобных страдальцев-теоретиков той великой поры (затишья перед бурей) отметился и почти забытый в наши дни культуролог и писатель Артур Мёллер ван ден Брук, придумавший ныне одиозный термин "Третий рейх". Интересный это был персонаж, скажу я вам...
Выходец из смешанной немецко-голландской буржуазной семьи, он родился в Золингене в 1876 году. С юности увлёкся модным ницшеанством и писательским ремеслом, из-за чего бросил учёбу и отправился в многолетний вояж по Европе. И будучи самоучкой, написал и опубликовал в эмиграции 8-томную историю немецкого народа!
Что интересно, в Париже начала 20 века Брук познакомится с сёстрами-эмигрантками из Лифляндии (Российской империи) и женится на одной из них. А через супругу подружится с четой Мережковских, которая быстро приобщит его к русской культуре. Несколько лет писатель-самоучка будет переводить на немецкий русских классиков, в том числе и любимого Достоевского. За этим занятием в 1914-м его и застанет Первая мировая, которая навсегда перепахает личность уже немолодого человека...
На волне патриотизма Мёллер ван ден Брук отправится добровольцем на фронт, но уже в 1916-м будет комиссован по причине острого нервного припадка. И Первая мировая воистину оставит неизгладимый след в душе писателя.
По сути, только лишь благодаря ей Брук станет убеждённым немецким философом-националистом консервативного толка, да ещё и с оригинальными "тараканами" в голове. Они-то и прославят писателя гораздо больше всех его довоенных переводов и произведений...
"Фашистский протонацист"
Уже в 1916 году в Германии выйдет первая работа "обновлённого" Брука-философа под названием "Прусский стиль". Как и многие представители тогдашнего германского национал-консерватизма, в ней он предстал ярым поклонником Пруссии (вспомните того же Освальда Шпенглера), которую, в первую очередь, идеализировал за "волю к государству".
Вернувшись с войны ненавистником как западного либерализма, так и марксизма, Брук одним из первых систематизировал философско-идеологическую теорию германского "особого пути", которая в эпоху "безвремья и культурной нищеты" (Веймарской республики) была в большом почёте как у националистов-консерваторов, так и у новоявленных "революционных" радикалов-нацистов.
По своей сути, так называемый "особый путь" являлся попыткой натянуть сову на глобус совместить под одной крышей немецкий консервативный национализм, модные социалистические идеи, а также "пруссачество" и агрессивные планы завоевания господствующего положения Германии в Европе. Справедливости ради, Бруку при этом был совершенно чужд нацистский расизм, звериный антисемитизм и деление европейцев "по крови" на "недочеловеков" и "ариев". Просто он считал, что Германия, как наиболее развитая нация, заслуживает права господствовать и нести бремя "культуртрегерской" деятельности в Европе (этим все представители так называемой "консервативной революции" 20-х гг. отличались от нацистов, впрочем, человеку, далёкому от немецких исторических реалий, зачастую непросто отличить тогдашнего консерватора от нациста — настолько между ними много общего!).
Наибольшего развития идеолого-философская концепция Брука получит в его самой последней книге 1923 года с многоговорящим названием "Третий рейх". В ней писатель, сам того не желая, фактически предопределит германский путь с 1933 по 1945 гг. (обложка первого издания книги ниже). И сразу возникает вопрос: что же он вкладывал в это специфическое для нашего уха понятие?
В видении Мёллера ван ден Брука "Третий рейх" — это не государство в обычном смысле этого слова, а некий идеал апокалиптической "последней империи", в которой раздираемый разными политическими течениями немецкий народ объединяется общей целью и судьбой ради освобождения от "пут Версаля" и западной цивилизации, а главное — обретения национальной гармонии. Эдакое волшебное царство вечного торжества немецкий "ценностей" и благоденствия германского духа.
Кандидат философских наук Ольга Пчелина, проанализировавшая работы Брука, так охарактеризовала концепцию новоявленного философа:
Третий Рейх, в концепции Мёллера ван ден Брука — это кульминация «младоконсервативной революции», царство всеобщей красоты и гармонии, противостоящее современной либерально-индустриальной цивилизации, с сакральным центром мира и храмом для обожествленной нации. При этом Священная Римская империя мыслилась как тезис, империя Бисмарка — как антитезис, а Третий Рейх — как синтез. Грядущий Третий Рейх должен взять все лучшее у своих предшественников, а также в идеалах революционеров-социалистов и консерваторов-националистов, и на основе консервативных национальных ценностей примирить существующие в Веймарской Германии антагонизмы. При этом, ван ден Брук указывал на необходимость для Третьего Рейха вести завоевательную внешнюю политику с целью сплочения вокруг себя Центральной Европы и добычи жизненного пространства для немецкого народа...
Знающие люди не могут не заметить, что в данной концепции немало позаимствованного у того же Мережковского с его "Третьим царством" для русского народа...
К слову, в книге Мёллера ван ден Брука особенно любопытно описание "нового политического движения", которое, по мнению писателя, и должно было провести смелую "революцию справа", а затем возглавить народ к тому самому "Третьему рейху". Не скрывая симпатий к захватившему в 1922 году власть Муссолини, Брук настаивал, что возглавить такое движение мог лишь человек, подобный итальянскому диктатору (о том, что это будет блеклая тогда НСДАП, писатель даже не помышлял).
Правда, накануне выхода книги, вероятно, немного испугавшись своих же смелых идей, он допишет к ней предисловие, в котором будут такие удивительно пророческие строчки:
Третий рейх — всего лишь философская идея, и не для этого мира, а для будущего. Ведь склонная к иллюзиям Германия вполне может погибнуть в мечтах о Третьем рейхе...
Как бы заранее дистанцируясь от своих же опасных идей, в том же предисловии Брук писал, что для реализации столь смелой философской идеи Германии понадобился бы ницшеанский "сверхчеловек", в котором он не видит ни одного из современных политдеятелей.
К слову, несмотря на то, что в современной историографии Мёллера ван ден Брука считают идеологическим предвестником нацистов, личные отношения писателя и Гитлера не заладились. Они общались лишь единожды — когда в 1922 году приглашённый Гитлер выступил на политической площадке консерваторов под названием "Июньский клуб" (Брук был одним из её соорганизаторов). По воспоминаниям очевидцев, лидер НСДАП заявил тогда философу:
У Вас есть то, чего не хватает мне. Вы разрабатываете интеллектуальный инструментарий для возрождения Германии. Я же только барабанщик и собиратель сил. Давайте сотрудничать!
Немецкий журналист Рудольф Пехель (будущий член антинацистского Сопротивления и узник концлагерей), вспоминал уже после войны, что после выступления Гитлера Брук шепнул ему холодно: "Этот парень ничего не поймёт".
В общем, повторилась история с другими видными представителями германского консерватизма, которые аналогично высокомерно и прохладно относились к "пролетарскому" нацизму (тот же Освальд Шпенглер встречался с Гитлером лишь раз и между ними сразу возникла стойкая антипатия). И это при том, что, повторюсь, консерваторов и нацистов роднила животная ненависть к Веймарской республике, а также лютый национализм, милитаризм, страсть к "пруссачеству" и расширению "жизненного пространства". А вот поди ж ты, относились друг к другу прям как наши большевики и меньшевики...
А Мёллер ван ден Брук вскоре и вовсе заклеймит нацистов за "Пивной путч", назвав данный акт "глупым преступлением". О Гитлере же философ выразится тогда так:
Многое можно сказать против Гитлера, и я иногда это делал. Но в одном ему следует отдать должное: он фанатичен в своей преданности Германии. Однако его губит примитивный пролетарский образ жизни. Он не способен подвести интеллектуальную базу под национал-социализм.
Гитлер — воплощение страсти, но ему не хватает здравого смысла и меры. Героический тенор, но не герой. И уж точно не Муссолини...
Последняя фраза была беспощаднейшим вердиктом как для идеализировавшего дуче философа, так и для подражавшего ему фюрера. К сожалению, автор сих строк так никогда и не узнал, как сильно он ошибался. Не говоря уже о том, какого монстра помог взрастить своими идеями.
Пребывая в тяжелейшей депрессии от бесконечных распрей националистов-консерваторов, разваливших даже родной ему "Июньский клуб", понимая, что всё в Веймарской республике эфемерно и несбыточно, 30 мая 1925 года Мёллер ван ден Брук неожиданно покончил с собой в Берлине...
Несмотря на очевидное, в Германии ещё долго шептались, что писателя убрали мстительные нацисты. Как бы то ни было, в одном точно нет сомнений — они позаимствовали многие идеи консервативного философа, доведя их до пугающей реализации. И я часто думаю, что бы было, если бы он дожил до краха рейха в 1945-м? Раскаялся бы? Как бы оправдывался перед миром? Был бы признан "попутчиком", а затем прощён?
Хотя думаю, что, не покончи с собой, писатель-идеалист не пережил бы и гитлеровского рейха, почву для которого сам же и унавозил. Закончил бы в концлагере, либо во время "Ночи длинных ножей" (как несколько его друзей), либо всё тем же самоубийством. Да и вообще, как с такой тонкой натурой он смог бы спокойно наблюдать за роковым 1933-м, когда примитивные нацисты буквально обошли элитарно-никчёмных консерваторов на повороте?
Что ж, в любом случае Мёллер ван ден Брук наглядно подтвердил своей судьбой бессмертную истину древних: БОЙТЕСЬ СВОИХ ИДЕЙ!