До Нины Петровны Кухарчук-Хрущёвой ни одна супруга советского лидера не выезжала с мужем за границу. Просто не полагалось. Женщины оставались в тени, а международная политика считалась исключительно мужским делом. Но всё изменилось в конце 1950-х, когда в мировой политике наступила «оттепель». И вместе с Никитой Хрущёвым на официальные визиты стала ездить его жена - скромная, сдержанная, неприметная, как тогда казалось, женщина.
Первое, что бросалось в глаза - её внешний вид. Без макияжа, с простой причёской и платьями, которые напоминали скорее повседневную одежду, чем торжественные наряды первой леди. Особенно в контрасте с яркими, глянцевыми образами Жаклин Кеннеди или супруг других западных лидеров. Иностранная пресса была беспощадна: в заголовках мелькали сравнения с «бабушкой» или «деревенской матушкой». Мол, рядом с такими модницами Нина Петровна выглядела чужеродно. Простоватая. Несовременная. Но не всё так просто.
Нина Хрущёва действительно никогда не стремилась следовать моде. Она не собиралась тягаться с европейскими стилем или американским глянцем. Её платьям были чужды вычурные силуэты, яркие ткани, вызывающие украшения. Она выбирала одежду, в первую очередь, удобную. Но за этим минимализмом скрывался куда более глубокий замысел.
Дело в том, что стиль Хрущёвой вовсе не был результатом безвкусицы или незнания модных тенденций. Это была своего рода стратегия. Образ женщины из народа - спокойной, скромной, близкой к обычной советской женщине. В этом была сила. Большинство граждан СССР в то время жили небогато, одевались просто. И видеть, что жена самого главы государства выглядит так же, как соседка по лестничной клетке - это располагало.
Но у Нины Петровны был и другой облик. Тот, о котором западная пресса говорила с удивлением, а иногда даже с восхищением.1959 год. США. Один из ключевых визитов в жизни Хрущёвых. Именно тогда, во время банкета Нина Хрущёва неожиданно вышла в элегантном платье. Оно было сшито из плотной ткани, имело умеренное декольте и рукава три четверти. На ней не было ни золота, ни массивных украшений. Только один бриллиант. И всё.
Зал замер. Та самая «бабушка», которую ещё вчера сравнивали с провинциалкой, внезапно предстала в совершенно ином свете. Не нужно было перьев, блёсток или экзотических фасонов. Простота платья только подчеркнула её достоинство и внутреннюю силу. Она выглядела уверенно, спокойно. Её присутствие говорило: «Я здесь не для демонстрации статуса. Я - лицо страны».
В тот вечер многие переосмыслили отношение к ней. Да, она не стремилась быть в центре внимания. Не играла в светские игры. Но именно эта скромность оказалась её главным оружием.
Нина Петровна говорила на английском, польском и французском языках. Могла легко поддержать беседу с любым дипломатом. И хотя внешне казалась далёкой от политических интриг, в кулуарах её мнение часто имело вес. Она знала, как вести себя на переговорах. И при этом оставалась самой собой.
Можно долго спорить, должен ли образ первой леди быть «глянцевым». Но Хрущёва выбрала свой путь. Она сознательно не подражала западным стандартам. Её цель - быть не украшением рядом с мужем, а живым символом страны, в которой женщины не гонятся за роскошью, а работают, растят детей и живут честно.
Её гардероб, хоть и казался простым, включал качественные вещи. Многие из её платьев были сшиты из натурального шёлка. А принты, пусть и выглядели по-домашнему, отражали ту эстетику, которая была близка женщинам в СССР. Особенно тем, кто много работал и не имел ни времени, ни средств на модные наряды. И всё же Нина Петровна умела удивить. Иногда - без слов. Без ярких жестов. Один раз - и навсегда. Одним скромным, но изысканным образом она изменила своё восприятие в глазах публики.
Так она вошла в историю. Не как икона стиля - но как женщина, чьё внутреннее достоинство, простота и искренность оказались важнее трендов. И, возможно, именно это сделало её настоящей леди.
Читайте также: