Найти в Дзене
Алекс Даймондов

Эпическая история «украденной» песни `Child In Time`, которая может стать следующим хитом сериала «Очень странные дела».

Loudersound 17.07.25 Дэйв Эверли Dave Everley ( Classic Rock, Metal Hammer, Louder ) #childintime #deeppurple #bestsong70 #hard`n`heavy У песни `Child In Time` группы Deep Purple долгая и сложная история, и теперь совершенно новая аудитория услышит её впервые. Песни «Running Up That Hill» Кейт Буш и «Master Of Puppets» группы Metallica были представлены новому поколению поклонников после того, как ими озвучили ключевые сцены четвертого сезона научно-фантастической драмы «Очень странные дела», и вполне возможно, что пятый сезон сделает то же самое для хард-рок группы Deep Purple . В недавно выпущенном трейлере кинокомпании Netflix к заключительному сезону сериала «Очень странные дела» доминирует драматичный ремикс песни Child In Time «Дитё во времени» — песни настолько грандиозной, что возникает вопрос, почему её раньше не использовали в подобных целях. Вышедшая в июне 1970 года песня Child In Time группы Deep Purple стала первой по-настоящему эпической хард-роковой песней, опередив не

Loudersound 17.07.25 Дэйв Эверли Dave Everley ( Classic Rock, Metal Hammer, Louder ) #childintime #deeppurple #bestsong70 #hard`n`heavy

У песни `Child In Time` группы Deep Purple долгая и сложная история, и теперь совершенно новая аудитория услышит её впервые.

Deep Purple, около 1970 года.
Deep Purple, около 1970 года.

Песни «Running Up That Hill» Кейт Буш и «Master Of Puppets» группы Metallica были представлены новому поколению поклонников после того, как ими озвучили ключевые сцены четвертого сезона научно-фантастической драмы «Очень странные дела», и вполне возможно, что пятый сезон сделает то же самое для хард-рок группы Deep Purple .

В недавно выпущенном трейлере кинокомпании Netflix к заключительному сезону сериала «Очень странные дела» доминирует драматичный ремикс песни Child In Time «Дитё во времени» — песни настолько грандиозной, что возникает вопрос, почему её раньше не использовали в подобных целях.

Вышедшая в июне 1970 года песня Child In Time группы Deep Purple стала первой по-настоящему эпической хард-роковой песней, опередив не менее героическую Stairway To Heaven группы Led Zeppelin на четыре месяца. Длинные песни были и раньше, включая The End «Конец» группы The Doors и гигантскую 17-минутную In A Gadda Da Vida «В саду Эдема» группы Iron Butterfly, но это было нечто иное: нарастающий шторм звучания органа, гитары и заклинающих воплей, которые то взрывались, то затихали, то снова взрывались, достигая кульминации в оглушительном гротесковом финале.

Deep Purple уже выпустили три студийных альбома до краеугольного, определяющего поджанр хард-рок LP In Rock с оригинальным вокалистом Родом Эвансом и басистом Ником Симпером: Shades Of Deep Purple и The Book of Taliesyn 1968 года, а также Deep Purple 1969 года. Они даже добились неожиданного успеха в США с кавером песни Джо Саута Hush «Тише» с мощной партией на органе. Но гитарист Ричи Блэкмор, клавишник Джон Лорд и барабанщик Йэн Пейс чувствовали, что группе Purple не хватает своего направления, и что Эванс и Симпер сдерживают их. В поисках замены они остановились на вокалисте Йэне Гиллане, тогда ещё игравшем в поп-группе Episode Six, который предложил им также нанять басиста и соавтора песен Episode Six Роджера Гловера.

«Это было настоящим открытием» — рассказал Гловер голландскому телешоу Top 2000 A Gogo о своих новых коллегах по группе. «Я никогда не встречал таких музыкантов. Они были не просто хорошими, они были блестящими».

Новый состав «Mk II» сразу же начал писать песни для альбома, который впоследствии стал «In Rock». Песня «Child In Time» стала второй работой, пришедшей им в голову, пусть даже и вдохновлённой уже существующим инструментальным номером «Bombay Calling» американской психоделической группы It’s A Beautiful Day, с которой Purple играли в Америке.

«Дело было в 1969 году, группа репетировала в Общественном центре, который находится в западной части Лондона: то ли в Саутхолле, то ли в Ханвелле» — написал Гиллан на своём сайте. «Джон Лорд наигрывал мотив на органе (или, как говорят в профессиональной среде, „импровизировал на тему“) одной мелодии из нового альбома группы It’s a Beautiful Day. Это была композиция Bombay Calling».

Текст песни Гиллана был вдохновлён напряженностью времен Холодной войны между Америкой, Великобританией и Западной Европой с одной стороны, и СССР и коммунистическим Восточным блоком с другой: «Милое дитя, со временем/Ты увидишь черту/Границу, проведенную между добром и злом».

Deep Purple, около 1970 года. (Изображение предоставлено: Архив Майкла Окса/Getty Images)
Deep Purple, около 1970 года. (Изображение предоставлено: Архив Майкла Окса/Getty Images)

«В то время мы были в самом разгаре Холодной войны» — рассказал Гиллан в интервью Top 2000 A Go Go. «Ситуация была ужасающей. На этой основе было написано множество песен, но никто тогда не пытался воспринимать их слишком буквально, никогда не пытался сказать: „Это меня взорвёт и убьёт“. Приходилось, по возможности, быть поэтично иносказательным».

Сама песня также представляла собой музыкальную битву между Ричи Блэкмором и Джоном Лордом. «Всё дело было в инструментальной составляющей группы» — сказал Гловер. «Ричи и Джон [оба] всегда хотели сольного исполнения. Йэн Гиллан описывает группу как инструментальный ансамбль с вокальным сопровождением».

Гиллан сам оказался в центре этой борьбы. «Они никогда не слушали меня по поводу тональности песни», — сказал он. «„Тональность её была слишком высокая…“ „Ну, и пой выше…“ Так что в итоге мне приходилось продолжать подниматься в вокале всё выше и выше».

Purple начали исполнять песню живьём практически сразу, дебютировав с ней на концерте в Амстердаме в августе 1969 года. Яркое выступление Гиллана позволило ему перейти от сдержанного пения к пронзительному крику. «Я всегда воспринимал Child In Time не как песню, а скорее как олимпийское состязание» — говорит он о живом исполнении этой песни. «Петь её было очень сложно».

Несмотря на все свои возражения по поводу того, что от него требовалось, Гиллан без труда спел песню, когда группа записала её во время сессий In Rock .

«Йэн проделал замечательную работу, блестяще справился со своим фальцетом, переходя на более высокие ноты» — сказал позже Ричи Блэкмор. «И он сделал всего около двух дублей в студии. Кстати, он очень похотливо вёл себя с одной женщиной в студии, играя на фортепиано, и одновременно пел, так что, возможно, она вдохновила его, не знаю».

По словам Блэкмора, сам же вокалист был не совсем доволен своим выступлением. «Он пришёл в аппаратную, послушал и сказал: „Я хочу это изменить, я хочу сделать запись вокала лучше“» — рассказал гитарист. «Мы сказали: „Нет, ты проделал блестящую работу, давай выпустим её так, как получилось“». И мы с Джоном убедили его в том, чтобы он ничего не менял. Он спел эту трудную партию просто замечательно».

Другим человеком, впечатлённым его исполнением, был Тим Райс, автор текстов песен композитора Эндрю Ллойда Уэббера. Райс получил ранний диск с песней Child In Time от со-менеджера Purple Тони Эдвардса и пригласил Гиллана исполнить роль Иисуса в оригинальной альбомной версии их нового мюзикла «Иисус Христос — суперзвезда» (Гиллан отклонил предложение сыграть в последующей постановке, предпочтя сосредоточиться на Purple).

Альбом In Rock вышел 5 июня 1970 года. Он открывался ослепительной песней Speed King, но настоящим хитом стала Child In Time – 10 минут мощного нарастания напряжения и гротеска и его реализация. Любые потенциальные проблемы с группой It's A Beautiful Day, рифф которой группа Purple «позаимствовала» для эпохального гимна Child In Time, были устранены ещё на начальном этапе.

«Когда мы увидели группу It’s A Beautiful Day в Лондоне, мы спросили их: „Надеюсь, вы не против, что мы украли идею вашей композиции?“» — сказал Блэкмор. «Они ответили: „Да, мы знаем“. Но и они украли одну из наших идей, [композицию Purple под названием] Wring That Neck. Поэтому мы пожали друг другу руки и договорились: „Мы не подадим на вас в суд, если вы не подадите на нас“».

К этому моменту Child In Time уже прочно заняла лидирующие позиции в их концертной программе, но именно она стала причиной напряженности между Гилланом и Блэкмором, которая в последующие месяцы только усилилась.

«Она была записана слишком высоко» — сказал Гиллан. «Если у меня была простуда или перенапряжение, я говорил: „Ребята, сегодня вечером „никакой Child In Time не будет“: если я решусь её спеть, я могу сорвать голос и останусь без работы на две недели“. И тогда Ричи всё равно начинал её играть. И на следующий вечер он начинал её играть на концерте снова. А потом и, возможно, на следующий. Он получал от этого огромное удовольствие».

Вражда между двумя музыкантами в конечном итоге привела к тому, что Гиллан подал в отставку после выхода альбома Who Do We Think We Are 1973 года. Вскоре за ним последовал Роджер Гловер, а их заменили Дэвид Ковердейл и Гленн Хьюз соответственно. Песня Child In Time была исключена из концертов Purple, хотя сам Гиллан записал более джазовую версию этой песни со своим пост-Purple проектом Ian Gillan Band (дебютный альбом последнего 1976 года даже назывался Child In Time).

После воссоединения состава Mk II в 1984 году песня вернулась в программу концертов, хотя с годами её исполняли всё реже и реже. В 2002 году песня Child In Time окончательно покинула концерты Deep Purple, поскольку Гиллан признал, что уже не может исполнять её с прежней мощью.

«В молодости это давалось легко — сказал он. — Когда мне исполнилось 38, всё это показалось мне неправильным. Поэтому я подумал: „Лучше не петь её плохо. Лучше не делать этого“. Так было и с тех пор, и я ни разу не вернулся к ней».

Но стихийная сила эпика Child In Time остаётся неизменённой. Барабанщик Metallica и преданный фанат Purple Ларс Ульрих рассказал журналу Rolling Stone, что эта композиция остаётся «их самым культовым моментом на пластинке… Я слышал её 92 000 раз, и она всегда звучит великолепно». По мнению Роджера Гловера, она раскрыла Purple в их самой раскрепощённой форме. «Она мощная, безумная и свободная» — сказал басист. «Когда её слушаешь, ощущаешь свободу».

The epic story of the 'stolen' song that could be the next Stranger Things hit