Мне было сложно просто лежать. Без дела, без пользы, без пользы, без пользы — вот так звучал голос в голове. Даже отдых я пыталась сделать «полезным»: медитация, обучающее видео, прогулка с подкастом. Потому что если я не произвожу ничего — — то кто я тогда? В какой-то момент я поняла: я перепутала свою ценность с продуктивностью. Я не могла просто быть. Я могла только делать. А потом случился день, когда я заболела. Всё отключилось. И я просто лежала. Никому не нужная. Без пользы. Но именно в этой паузе я вдруг почувствовала: Я есть. Даже если я ничего не делаю. Даже если просто смотрю в потолок. Это был страх. И это было освобождение. Теперь я иногда пробую это состояние специально. Просто лежу. Просто дышу. Просто я.
Мне было сложно просто лежать.
Без дела, без пользы, без пользы, без пользы — вот так звучал голос в голове.
Даже отдых я пыталась сделать «полезным»: медитация, обучающее видео, прогулка с подкастом.
Потому что если я не произвожу ничего —
— то кто я тогда?
В какой-то момент я поняла:
я перепутала свою ценность с продуктивностью.
Я не могла просто быть. Я могла только делать.
А потом случился день, когда я заболела. Всё отключилось. И я просто лежала.
Никому не нужная. Без пользы.
Но именно в этой паузе я вдруг почувствовала:
Я есть. Даже если я ничего не делаю. Даже если просто смотрю в потолок.
Это был страх. И это было освобождение.
Теперь я иногда пробую это состояние специально.
Просто лежу. Просто дышу.
Просто я.