Когда я читал эту заметку, меня чуть на слезу не прошибло. Жалко было англичан до жути. И как они там выживают вообще в своей стране?
Если вкратце, то водоснабжением в Британии занимаются частные компании, которые думают только о прибыли (удивительно, да?).
Пишет Гардиан:
Даже если мы — богатая и относительно стабильная страна, мы поразительно плохо подготовлены к климатическим потрясениям. Мы реагируем на предсказуемые кризисы так, словно нас никто не предупредил. Уроки прошлых катастроф не усваиваются, ошибки повторяются, неудачи укоренились настолько глубоко, что стали определять всю систему.
Это происходит не из-за недостатков национального характера, а из-за недостатков идеологии управления: убеждения элиты, разделяемого едва ли не всеми гражданами, что государственное вмешательство следует применять только тогда, когда все остальные меры неэффективны. До этого момента нашими проблемами должен заниматься частный сектор. В условиях очередного обрушения засухи на страну приватизированная система водоснабжения Англии гарантирует нерациональный ответ.
Ничто не подрывает климатическую устойчивость нашей страны так, как частная собственность на нашу систему водоснабжения, и ничто так не раскрывает засуху политических амбиций, как отказ от её ренационализации. Мы снова сталкиваемся одновременно и с климатическим, и с политическим кризисом.
Климатический кризис – результат глобальной неспособности противостоять влиянию частного капитала. Реакция лейбористов на его последствия отражает ту же робость. Пока сменявшие друг друга правительства стояли и наблюдали, нас буквально унижали компании водоснабжения. Нынешняя администрация, похоже, готова пойти на всё, чтобы не нарушить эту традицию.
Маргарет Тэтчер обещала, что приватизация водоснабжения приведёт к росту инвестиций. Однако детальный анализ, проведённый профсоюзом работников коммунального обслуживания Unison, показал, что в период с 1990 по 2023 год чистых инвестиций не было вообще. «Инвесторы» потратили 3,6 млрд фунтов стерлингов на покупку акций в 1989 и 1990 годах, но к марту 2023 года общий акционерный капитал в секторе водоснабжения составил 3,4 млрд фунтов стерлингов. В реальном выражении (с учётом инфляции) это означает сокращение акционерного капитала на 60%.
За этот период акционерам удалось получить 77,6 млрд фунтов стерлингов (в ценах 2023 года) в виде дивидендов от компаний водоснабжения. Добавьте к этому изъятие капитала, и вы обнаружите, что они выжали 82,4 млрд фунтов стерлингов из государственных активов. Значительная часть этих денег была получена за счёт обременения компаний долгами. Вместо того, чтобы занимать на улучшение инфраструктуры, компании водоснабжения занимали средства для выплаты дивидендов. Они знали, что если предприятие однажды станет неплатёжеспособным, это будет чужая проблема. В конечном счёте, как мы теперь видим на примере Thames Water, это становится нашей проблемой. Так же, как компании водоснабжения сбрасывают свои сточные воды в реки, они также перекладывают свои обязательства на общество. Страна становится их свалкой.
В течение 36 лет эти компании раздавали деньги своим владельцам, большинство из которых — иностранцы , а некоторые — иностранные государства. Фактически, единственное правительство, которому не разрешено владеть водоснабжением Англии, — это Великобритания. Должно быть, они считают нас полными простаками, раздающими нашу национальную инфраструктуру, землю и активы… за бесценок.
Все инвестиции финансировались не акционерами, а их потребителями через наши счета за воду. За тот же период они выросли на 360%, что более чем вдвое превышает общий уровень инфляции. С тех пор рост ускорился. Согласно исследованию Гринвичского университета, ежегодно мы платим за водоснабжение и канализацию на 2,3 млрд фунтов стерлингов больше, чем если бы поставщики были государственными. Высокие счета, неподъемные долги, грязные реки, минимальные инвестиции и отсутствие устойчивости: вот дар приватизации.
Одним из результатов этой модели разворовывания активов является то, что уровень утечек остаётся возмутительно высоким. Хотя запреты на использование шлангов , вводимые сейчас по всей стране, вероятно, позволят сэкономить от 3% до 7% воды, которую мы бы использовали в противном случае, 19% воды, проходящей по водопроводу, теряется из-за утечек . Сравните это с государственной системой в Нидерландах, где потери составляют 4% . По той же причине с 1992 года здесь не было построено ни одного крупного водохранилища .
Управление спросом оказалось столь же безнадежным , и в результате без дальнейших мер к 2034 году спрос на воду превысит предложение. Учитывая, что их прибыль от потребителей, использующих счетчики, зависит от объёма потребления, у водоснабжающих компаний есть мощный стимул не решать эту проблему. Вместо этого, по мере того как запасы воды становятся критически низкими, они настаивают на том, чтобы им разрешили извлекать ещё больше воды из наших рек и водоносных горизонтов, что пагубно сказывается на дикой природе и качестве воды.
По тем же причинам они до последнего момента сопротивляются запрету на использование шлангов . Кажется безумным, что это решение должно быть оставлено на усмотрение водопроводных компаний с их извращёнными стимулами и конфликтами интересов, а не на усмотрение государственных органов; но это лишь очередной результат элитарной идеологии, где общественное зло — зло, а частное — благо. Даже высокопоставленные депутаты-консерваторы выразили разочарование тем, что правительство не может просто решить, что необходимо сделать; но именно такую систему они создали и которая работает так, как и было задумано.
Что касается регулирующих органов, то они тоже по своей природе бесполезны. Ofwat, призванное защищать общественные интересы, стало жертвой полномасштабного государственного регулирования, поскольку руководящие сотрудники циркулируют между компаниями водоснабжения и агентством, призванным привлекать их к ответственности. Агентство по охране окружающей среды, испытывающее хроническое недофинансирование и демотивацию, почти вдвое сократило количество проверок водопользования за пять лет до 2023 года: классический пример скрытой дерегуляции. Правила могут оставаться в законодательстве, но без мониторинга и обеспечения их соблюдения их можно было бы просто отменить.
На протяжении всей своей истории приватизация водоснабжения в Великобритании была крайне непопулярна. В 1986 году, через год после того, как Тэтчер предложила эту политику, опрос показал, что 71% опрошенных были против и лишь 21% – за. С тех пор сопротивление только усилилось: опрос год назад показал, что только 8% опрошенных считают, что водоснабжение должно по-прежнему находиться в ведении частного сектора, в то время как 82% выступали за его ренационализацию. Но два месяца спустя правительство исключило эту возможность . Почему? Потому что, по словам министра окружающей среды Стива Рида, это обойдется слишком дорого.
Серьёзно? Серия анализов показывает, что правительство могло бы ренационализировать эти компании практически за бесценок , в том числе потому, что их реальная стоимость меньше нуля . Конечно, потребуются некоторые административные расходы, но они, вероятно, будут гораздо меньше ежегодных расходов на поддержание существующей системы.
Это простой тест: действует ли правительство в интересах страны или в интересах частного капитала? Лейбористам не составило бы труда сделать этот выбор, но, как и многие подобные тесты, они его проваливают. Почему? Потому что они боятся любых мер, которые могут оттолкнуть даже самые паразитические и извлекающие капитал формы. Однако, как ни странно, они, похоже, не испытывают никаких угрызений совести, отталкивая остальных из нас.