Он — ветеран СВО, обвиняющий бывшую в предательстве. Она — мать, утверждающая, что спасала детей. Людмила Орлова решилась ответить на громкие заявления экс-супруга. Что на самом деле произошло в их семье? Два взгляда — в одной истории.
После выхода материала о тюменце Андрее Марьине, ветеране СВО и инженере, чья жизнь превратилась в борьбу с обвинениями, запретами и, как он считает, произволом, в редакцию обратилась его бывшая супруга. Людмила Орлова рассказала нам свою версию событий.
Он действительно помогал
На фоне тяжёлых воспоминаний, обид и взаимных обвинений, Людмила Орлова подчёркивает: были и моменты реальной поддержки со стороны бывшего мужа. Особенно — в вопросе оформления её гражданства, ведь женщина приехала из Узбекистана. Тогда, рассказывает она, бюрократические процедуры были куда сложнее, чем сейчас, и справиться в одиночку с этим объёмом задач ей бы не удалось.
Орлова не скрывает: в этом вопросе Марьин действительно проявил участие и терпение. По её словам, именно он помогал ей разбираться в запутанной системе, сопровождал в учреждения, стоял с ней в очередях.
«Вот в этом плане он мне действительно полностью помог. Мы вместе везде бегали, а там, вы понимаете, очереди — три-четыре часа нужно на ногах просто стоять…», — вспоминает Орлова.
Она признаёт, что без его участия получить документы было бы сложнее. Но сейчас только этот эпизод выбивается из общей драматической канвы их отношений. Он остаётся одним из немногих пунктов, где Орлова полностью соглашается с Марьиным. Это — едва ли не единственный фрагмент истории, где обе стороны говорят об одном и том же — и не спорят.
Жесткий сибирский характер: психолог назвала главные причины разводов в Тюмени
В интервью Марьин указывал, что развод был неожиданным. По его словам, супруга начала «пропадать ночами», якобы прекратила заниматься детьми, привезла в их квартиру родственников-мигрантов, и он не выдержал. Он описал происходящее как предательство, совершенное после всего, что он для нее сделал.
Однако в разговоре Людмила уверенно заявляет: спонтанного решения не было. По ее словам, расставание назревало несколько лет. К тому же, как рассказала женщина, Марьин знал, что их первый ребенок — не от него.
«Когда я забеременела дочкой, он не был ее отцом. Он её удочерил, то есть на себя записал. Биологический отец тоже это предлагал, но я тогда уже встречалась с Марьиным. Мы встретились уже, когда я была беременна. Я родила 2 января, а мы начали жить вместе в декабре», — рассказывает Людмила.
Позже, когда родился сын, отношения начали трещать по швам: бытовое напряжение, усталость, финансовая нагрузка, конфликты по воспитанию. Марьин говорил о том, что его бывшая супруга могла уйти из дома в пятницу и вернуться в воскресенье. Якобы в это время она гуляла с подружками.
Но по версии Людмилы такого никогда не было. К тому же женщина, воспитывая двоих маленьких детей, работала на двух работах, чтобы обеспечить детей и платить за жилье.
«Я работала на двух работах. Наверное, не от скуки пошла работать. Пришел день, когда детям даже нечего было надеть — не было денег на зимние комбинезоны. Я оставила семимесячного ребёнка родителям и пошла работать. Хотя нормальный мужик бы такого своей жене не позволил», — рассказывает женщина.
Тюменская область — магнит для мигрантов. Почему сюда едут тысячи человек каждый год?
Кто платил и чем жертвовал: споры о деньгах
Финансовая составляющая конфликта у каждого из супругов обрисована в разном свете. Андрей утверждал, что практически один содержал не только жену и детей, но и ее родственников. Кроме того, он якобы оплачивал патенты и жилье для «понаехавших», то есть мигрантов, которых Людмила приглашала помогать по хозяйству.
Людмила это не отрицает полностью, но акценты расставляет иначе. По ее словам, финансовая поддержка от мужа действительно была, он платил ипотеку и счета, однако этих денег едва хватало на коммунальные нужды. А маму она перевезла в Тюмень как раз для того, чтобы та помогала с малышами, когда Людмила будет на работе.
«Он платил ипотеку, кредит, коммунальные. Оставалось 5 тысяч. А остальное уходило на сигареты, чай, кофе. Я работала, потому что была нужда, а не от нечего делать», — рассказывает она.
Особо она подчеркивает, что именно за счет ее трудоустройства семья не осталась без одежды и еды.
«Еду я готовила, он из дома брал. А я без выходных работала, чтобы хоть что-то накопить. У меня есть трудовая книжка, все официально, могу доказать», — утверждает женщина.
Более 100 молодых врачей выйдут на работу в тюменские медучреждения в 2025 году
После развода, как рассказывал Марьин, жена якобы вынесла из квартиры почти все, вплоть до рубашек и домашнего покрывала. Он рисует картину ночных визитов и тайного вывоза имущества.
Людмила же говорит, что ситуация выглядела совсем иначе. Уехала она, по ее словам, в однокомнатную квартиру, куда просто не могла уместить большую часть мебели.
«Как я могла все унести в однушку? Я сняла квартиру с мебелью. Унесла детскую двухъярусную кровать, подушки, немного посуды. Одеяло, про которое он говорит — я его не брала. У нас было достаточно всего», — указывает Людмила.
Она также отрицает, что забирала личные вещи бывшего мужа.
«Я его одежду не ношу. У меня нет сожителя, чтобы ему подарить его трусы. Он сказал: „Ты забрала их любовнику“, — а у меня никого не было и нет», — говорит женщина.
Бастрыкин поручил разобраться с родителями, взявшими под опеку сироту
Обвинения и проверки: история с опекой
Самым болезненным в интервью Марьина стали обвинения в его адрес. Он заявил, что его бывшая супруга подала в опеку ложную жалобу, фактически обвинив в «действиях сексуального характера» в отношении собственной дочери.
Людмила рассказывает этот эпизод иначе. По ее словам, ситуация разворачивалась при участии ее матери, ставшей свидетельницей поведения, которое показалось ей странным.
«Мама делала ему замечания: почему, когда я рядом, ты бежишь вытирать дочке попу, почему по два часа с ней в ванной. Я сначала игнорила. Даже не могла подумать, что это может быть чем-то ненормальным. Но потом мама увидела, как он положил ребенка на кровать, приподнял ноги и встал напротив… Она сказала, что просто выбежала в шоке, тут я уже и задумалась», — вспоминает бывшая супруга.
Отметим, что СКР после проверки по данному заявлению не стали возбуждать дело из-за отсутствия состава преступления.
После инцидента, говорит она, Марьин начал настаивать на выселении её матери. Это стало одной из причин её переезда.
«Я боялась его, стала запирать дверь на ключ. В одну ночь он пришел с ножом, открыл дверь. Я испугалась окончательно, сразу сняла квартиру и уехала», — говорит Орлова.
Обвиняемый в изнасиловании падчерицы тюменец натравил опеку на ее мать
Марьин заявлял, что не может нормально видеться с детьми: встречи ограничены, Людмила не берет трубку, дети тоскуют. Эти слова его бывшая супруга называет вырванными из контекста. По ее словам, установлен официальный режим встреч: по несколько часов трижды в неделю, только в общественных местах.
«Он видится с детьми по понедельникам, средам и субботам. Только в общественных местах. К подъезду подходить нельзя. Мы передаем детей в нейтральной точке», — объясняет женщина.
Она также уточняет, что однажды обнаружила — Марьин нарушает правила.
«По домофону увидела, что он водил детей к себе домой. Я обращалась в органы», — говорит Орлова.
Также Марьин указывал на то, что его детей якобы бьют дома.
«Он обвинял меня в том, что мой новый мужчина бьет детей. Но у меня никакого мужчины нет. Я после всего этого на мужчин вообще смотреть не могу», — говорит Людмила.
К тому же к Людмиле и ее детям уже приходили органы опеки и проверяли, как живут дети. Серьезных нарушений выявлено не было.
Органы опеки преследуют семью крымчан из-за жалоб на поборы в школе Тюмени
Алименты и обязательства: чья ответственность
Тема алиментов тоже звучала в интервью Марьина. Он утверждал, что платил, когда мог, а затем с него стали взыскивать насильно. Людмила уточняет, что якобы в 2023 году от бывшего супруга не поступало ни одного платежа.
«Он не платил. Подавал три раза на уменьшение, ему отказали. Потом устроился на другую работу, несколько месяцев платил, потом уволился. Сейчас алименты идут через приставов», — объясняет она.
На момент разговора, по её словам, задолженность составляет более 400 тысяч рублей.
«Но я не против того, чтобы он видел детей, я знаю, что его отец, их дедушка, очень любит внука. Я ничему не препятствую, пусть общаются, дети его ждут», — заключает Орлова.
Не платила ребенку алименты: самой молодой должнице Тюменской области всего 16 лет
История семьи Орловой и Марьина остаётся сложной и во многом не до конца прояснённой. Документы, оказавшиеся в распоряжении редакции, позволяют подтвердить лишь часть заявлений обеих сторон.
В частности, Следственный комитет действительно проводил проверку по заявлению Марьина о возможных домогательствах к дочери. Согласно официальным материалам, признаков преступления установлено не было, дело не возбуждалось.
В то же время документы из Федеральной службы судебных приставов подтверждают наличие у Марьина задолженности по алиментам, которая на момент последнего обновления данных составляла несколько сотен тысяч рублей. Сам он неоднократно пытался через суд добиться снижения суммы, но получил отказ.
Что касается взаимных обвинений, связанных с имуществом, подтверждающих документов ни у одной из сторон нет. Утверждения Марьина о том, что из квартиры были вывезены «все вещи», не могут быть проверены, так как он официально не заявлял о краже. Людмила Орлова, в свою очередь, также не обращалась в правоохранительные органы по поводу якобы имевшего место инцидента с ножом и угрозами в её адрес.
Отметим, что сейчас следственный комитет проводит проверку по вопросам общения Марьина с детьми. Вероятно, результаты этой проверки смогут прояснить ситуацию.
Аптечный кризис: в Тюмени прокуратура спасла детей-диабетиков от нехватки глюкометров
Ранее «Наш город» сообщал о том, что тюменские пенсионеры выживают на 24 тысячи рублей в месяц.
Читайте также:
Активисты вместо силовиков: кто и зачем в Тюмени проверяет мигрантов на стройках?
В Тюмени задержали бизнесмена-мошенника, а тараканы атаковали целый район города
В Тюмени Тура мелеет с угрожающей скоростью — впереди экологический кризис?