В тенистых ущельях Мордора, там, где даже свет звёзд тонул в испарениях Роковой горы, обитало зло, не принадлежавшее Саурону. Эхо древнего мира, первобытный ужас, что был древнее самой Чёрной Крепости.
В киноверсии "Властелина колец" гигантская паучиха Шелоб предстаёт верной стражницей на службе Тёмного Властелина, но это лишь тень её истинной сути.
На самом деле Шелоб была сущностью независимой и настолько древней, что Саурон казался рядом с ней выскочкой. Она не служила никому, кроме собственного вечного голода, и её история - это нить, что тянется в самые тёмные глубины прошлого Средиземья. Давайте же разберём кто она такая, откуда взялась и что с ней случилось после "Возвращения короля".
Приятного чтения!
Наследница первородной тьмы
Нить её судьбы тянется в Первую Эпоху, к существу по имени Унголианта. Она была не просто паучихой, а воплощением Пустоты, первородной тьмы, что окружала мир. Этот чудовищный дух в облике паука однажды стал союзником самого Моргота, первого Тёмного Властелина, и помог ему уничтожить Древа Валар.
Спасаясь от гнева балрогов Моргота, Унголианта нашла убежище в горах Эред Горгорот на севере Белерианда. Там, в этих Горах Ужаса, она породила бесчисленное потомство, и одной из её дочерей была Шелоб.
Но их дом был обречён. В конце Первой Эпохи разразилась Война Гнева - величайшая битва, в которой Валар сокрушили мощь Моргота. Битва была столь яростной, что целый континент, Белерианд, ушёл под воду. Горы Ужаса поглотило море, и почти всё паучье племя сгинуло.
Шелоб была одной из немногих, кто выжил в этом катаклизме. Она бежала на восток, через руины и пепелища мира, и нашла себе новый дом в мрачных горах на границе земли, что однажды назовут Мордором. Она поселилась там задолго до того, как Саурон заложил первый камень своей цитадели Барад-дур. Это означает, что к моменту Войны Кольца возраст Шелоб перевалил за шесть с половиной тысяч лет, что делает её одним из старейших созданий той эпохи.
У Шелоб появились соседи
Когда Саурон пришёл в Мордор и начал возводить свою империю, Шелоб уже была полновластной хозяйкой перевала Кирит Унгол. Тёмный Властелин знал о её существовании и не трогал её. Их сосуществование было молчаливым соглашением, выгодным обоим. Саурон получал идеального стража, которого не нужно было кормить или контролировать - её неутолимый голод делал перевал непроходимым надёжнее любой армии.
Шелоб же, лишившись потока эльфов и людей, которые забредали в её сети в былые времена, довольствовалась орками. Саурона это ничуть не беспокоило. Орки были для него расходным материалом, и если древнее чудовище время от времени утаскивало в своё логово патруль-другой, это лишь помогало поддерживать дисциплину. Иногда он и сам отправлял к ней пленников, которым не мог найти лучшего применения.
Другим её "соседом" стал Голлум. Когда это изворотливое существо сбежало из пыточных Барад-дура, оно наткнулось на логово Шелоб. И вместо того чтобы стать её добычей, Голлум нашёл в ней тёмную покровительницу. Её злая воля и древний мрак давали ему утешение. Он начал поклоняться ей, говорить с ней и, в конце концов, заключил сделку: он будет приводить к ней добычу повкуснее костлявых орков, а она не будет трогать его.
Шелоб - это нечто большее, чем паук
Называть Шелоб просто пауком - значит сильно упрощать её суть. Она лишь походила на паука, но её облик был искажённым и чудовищным. За короткой шеей скрывалось огромное, раздутое тело, а ноги с узловатыми суставами венчались острыми когтями. У неё были даже рога и, как описывается в книге, жало, которого у обычных пауков нет.
Это говорит о том, что её форма, унаследованная от матери - бесформенного духа Пустоты, - не была биологически точной. Возможно, она сама придала себе такой облик. В более поздних интерпретациях, как в игре "Middle-earth: Shadow of War", ей даже придали способность принимать человеческий облик.
Хотя в книгах Толкина на это нет и намёка, сама идея не так уж и абсурдна. Существо её природы и мощи вполне могло обладать подобными талантами. Ведь как-то же она общалась с Голлумом? Возможно, через примитивную телепатию, а может, и меняя облик во тьме своего логова.
Всё изменилось после двух хоббитов
Тысячелетиями Шелоб правила безраздельно, пока Голлум не привёл в её липкий мрак двух хоббитов. Её паутина была настолько прочной, что обычный клинок не мог её разрезать. Но у Фродо был Жало - эльфийский кинжал, выкованный в Гондолине, совсем недалеко от старого дома Шелоб, в Эред Горгорот. Этот клинок, созданный для борьбы с её родом, с лёгкостью рассекал тёмные нити.
Первым ударом Сэм лишил чудовище зрения, а вторым, когда она пыталась раздавить его своим телом, вонзил Жало ей в брюхо. Впервые за тысячи лет её тьма отступила перед яростью и отвагой маленького хоббита. Но окончательно её обратил в бегство не меч, а Фиал Галадриэли. Свет Эарендила, заключённый в нём и усиленный отчаянной волей Сэма, причинил древнему порождению тьмы невыносимую боль.
Искалеченная и ослеплённая, Шелоб скрылась в самых глубоких туннелях своей пещеры, и её агонизирующий вой ещё долго эхом отдавался во тьме.
Дальнейшая судьба Шелоб остаётся одной из загадок Средиземья. Толкин не даёт прямого ответа. Когда крепость Кирит Унгол пала, а Мордор был очищен, её так и не нашли.
Но можно ли поверить, что такое существо, пережившее гибель целого континента, могло погибнуть от ран, нанесённых хоббитом? Маловероятно. Искалеченная, ослеплённая, но не сломленная, Шелоб, скорее всего, затаилась. Движимая вечным голодом и новой, жгучей ненавистью, она наверняка долгие годы и столетия медленно исцелялась в недоступных глубинах под горами.
И кто знает, быть может, когда мир давно забыл о Войне Кольца, она вновь выползла на поверхность, чтобы плести свои сети в ожидании одиноких путников, став ещё одним мрачным преданием гор, окружающих мёртвую землю Мордора.