Глава первая.
После природного катаклизма 2052, никто не знает который сейчас год. Никто не может объяснить, что произошло и сколько лет минуло с тех пор. На вопросы о времени, годе — старики отвечают размыто: "я не считал, но и дед мой не застал", а сверстники посылают "подальше".
Нет такого понятия, как сутки, о котором я читала в библиотечных книгах, время отсчитывается затмением солнца, которое бывает раз в год, остальное время оно светит не переставая и под одним углом. Ко всему, землю затопило, никто не знает где мы находимся и не пытается выяснить.
Люди заселились в подводные корабли, оставленные предками и раскиданные по всему водному пространству. Корабли вместительные, на 40-50 человек, со всеми нужными функциями, а главное — на солнечных батареях, которые пристроили позже.
Наше поселение живёт в пяти, скрепленных между собой, кораблях. Большинство людей не любят солнце и воду, большую часть жизни сидят по каютам. Денег у нас нет, живём натуральным обменом. Я ловлю рыбу и достаю водоросли. Привожу обломки всего, что нахожу в воде и на дне. Мне ничего не нужно, поэтому отдаю на нужды поселения.
Меня зовут Ольга, недавно мне исполнилось 18 затмений. Папа умер, когда мне было 12, вскоре и мама покинула солнечный свет. Женщина с "Большого" скрепления спросила, чем я хочу заниматься в жизни дальше. Я хотела быть полезной своему поселению и мечтала о катере на солнечных батареях. Как никто другой, из всех наших, я люблю нырять и папину старую лодку, на которой далеко не уплывёшь. Буквально после трех моих снов, мне пригнали новенький катер, как я мечтала. Каюта мне стала не нужна и я отдала её подруге с мужем, с условием, что в шкафу останутся мои вещи. Они были рады получить соседнее помещение, ведь раньше многое хранили в соседнем корабле.
И вот, уже шесть затмений, я живу на своём катере. Хозяин обедни выделил мне место под навесом, куда я складываю все находки. Обедня находится в надстройке над кораблями. Каждый может приготовить тут еду и поесть на свежем воздухе в тени крыши.
Развлечений здесь мало, учёба не в почёте. Как правило родители учат детей всему необходимому, каждый выбирает ремесло по душе. Далеко не у всех есть желание возить ребёнка в соседнее скрепление, в "Библиотеку", для учёбы, а папа меня возил. Теперь я и сама часто там бываю, читаю старые книги, смотрю фильмы. На моей "Акуле", так я назвала катер, путь составляет 10 минут, по командирским часам. Не знаю, сколько поколений эти часы передавались и откуда взялись, но починить их удалось совсем недавно. Заезжий путешественник, с похожими часами на руке, починил их, забрав в замен полное ведро стальных деталек.
В затмение я начала отсчёт дней. Сегодня 20 день. Почему никому не интересно знать про дни и сутки? Почему не ведётся подсчёт годам? Какой сейчас год от сотворения мира? Никто не знает сегодняшней даты. Удивительно! Если человек живёт не больше 100 затмений, а деды дедов не застали катаклизм, то он был более 300 лет назад...
С мыслями о времени я неслась в гости к учителю, на скрепление "Библиотека". Он обещал познакомить с хранителем информации, который объяснит путь до скрепления, где смогут поставить опреснитель на мой катер. Хватит! Засиделась! Мечтаю добраться до "Большого" скрепления! Между собой все называют его —"скрепление магов", говорят там есть искусственно созданные поля и леса, есть овцы и коровы.., но это не точно. Легенды сложились из сплетен проезжающих, а сами "маги" молчат. Говорят, туда нельзя приехать просто так, нужно приглашение. А плыть туда так долго, что никаких запасов не хватает, а в пути встречается очень глубокая вода, совсем без рыбы. "Маги" наведываются к нам часто, то привозят одежду, то умерших забирают, то вопросы решить. Связи с ними нет. Женщина, которая мне катер подарила, приплывала и к другим: Лёхе пресс подарила — он посуду изготавливает из старых жестянок, хозяину обедни — пару плит, Катерине — пряжу, старикам — очки. Каждый раз привозит еду: тушёнку разную, крупы, сухофрукты, орехи...
Вот и "Библиотека". Здесь всего три корабля, один из которых целиком отдан под книги и прочее. За всё время я видела с десяток местных жильцов, включая двух учителей — Макса и Лену. Надводная постройка здесь больше нашей, раза в три, для создания тени.
— Привет Макс!
— Привет! Хранитель ждёт.
Суховатый мужчина, затмений 60-70, немножко сутулый, быстро поздоровался и стал показывать на развёрнутой карте, где мы находимся и всё остальное. До "Опреснителя", как 23 раза сюда, но в другую сторону, 230 минут.
— А где "Большое" скрепление? — поинтересовалась я.
— В той стороне. — хранитель ткнул пальцем в угол карты.
— И сколько до него плыть?
— Не владею такой информацией. Будешь карту копировать?
— Да.
Макс дал лист и маркеры. Они с хранителем вышли.
Опреснители на наших кораблях обслуживает Егор — правнук мастера с "Опреснительной". Сам Егор, опреснители делать не умеет, только чинит. Его отец женился на одной из наших и остался. Два затмения назад родители Егора не вернулись из поездки. Я оращалась к нему, когда катер сломался. Сговорились, что я приготовлю поесть, но мне некогда...
— Оля, ты закончила?
— Да, спасибо! А почему ты себе не скопируешь?
— Скопировать всё у хранителей — жизни не хватит, даже начинать не буду. Ты останешься?
— Нет. Дел по горло, ещё рыбачить на обратном пути.
Дела... дела. За "Бобовым" зацепила штуку интересную, хочу на "Обменной" выменять на полезности всякие. Жеке обещала привезти консервов, собирается нас бросить и с проплывающим судном уплыть за счастьем. Жалко. Хороший парень и рисует красиво.
Рыбалка удалась! Последний раз столько рыбы ловила до затмения. С помощью часов установила, что бодрствую 20-24 часа, а сплю 10-12 часов. Стала лучше понимать книги, где пишут о времени. В каюте повесила листок с напоминанием о количестве часов в сутках, недель в месяце...
Спала в этот раз беспокойно, снились чужие города и разные люди. Разбудил пронзительный крик ребёнка:
— Мама! Рыжик! Рыжик!
Девочка десяти затмений визжала, кричала и топала ногами, смотря в центр воды между кораблями. Ко дну уходило рыжее пятно. Через секунду я нырнула, через три секунды кот был схвачен, через 6 секунд передала кота маме рыжей девочки, которая теперь тоже визжала тыча рукой в центр. Теперь,ко дну, уходило рыжее пятно волос на фоне красного платья. Я снова нырнула. Всё как-будто замедлилось, девочка тонула быстрее, чем я к ней плыла. Вода стала густой, казалось рукам не хватает силы. Я обняла ребёнка и стала всплывать. Перед самой поверхностью девочка открыла глаза и дёрнула медальон, висящий у меня на шее. Я вручила дочку маме, выхватила медальон обратно и пошла к себе на катер. Девочка кричала мне в спину ругательства, а мама тсыкала, пытаясь её успокоить.
Не успела высохнуть моя одежда, как ко мне подошла мама девочки вместе со старухой. Старуха, очень противная, раздувает ноздри и шевелит руками в карманах чёрного платья.
— Милочка, не хотели бы, вы, посетить "Большое" скрепление?
— Чем я заслужила такое предложение?
— Вы спасли мою дочь! Этого достаточно.
— Я могу подумать?
— Конечно, конечно, милочка! Мы решили устроить путешествие, а на обратном пути заберём вас, если вы согласитесь. До встречи, милочка!
— До встречи...
Старуха замешкалась, достала из кармана кулёк и протянула мне, тыча себе в рот пальцем:
— Это изюм, его едят.
— Спасибо! Я знаю — сушёный виноград.
Старуха округлила глаза на секунду — тебе спасибо! — на миг глаза её подобрели — за внучку! — и зашагала за мамашей.
Чувствую подвох! А надо ли было её спасать? Мне показалось, что она прекрасно чувствовала себя в воде, даже медальон сорвала. Странно всё это! Никогда не ела изюм, только читала про виноград. Нам яблоки сушёные везут, а сами изюм кушают...
Я нашла Егора и мы пошли к Гарику — хозяину обедни.
— Вкусный! Спасибо, что позвала на пир! А как на счёт приготовления еды? Не хорошо с долгами уезжать. — напомнил, Егор, в который раз.
— Я ещё ничего не решила.
— Ну да! не решила! Мечта сама плывёт к ней в руки, а она — "не решила"!
— Поезжай, дочка! — задумчиво сказал Гарик — Хоть мир повидаешь, будет что детям рассказать. Может и нам правду какую-никакую привезёшь.
— Если вернусь...
— Обязательно вернёшься! — весело вставил Егор — А с катером что будешь делать?
— Тебе оставлю.
— Зачем он мне?
— Ухаживать будешь за ним, любить. Часы оставлю — жалко если сгинут вместе со мной.
Посидели молча. Съели изюм, закусили запечёной рыбой, Гарик приготовил.
— Пойду на катер, надо подумать. Спасибо, Гарик, вкусная рыба.
— Может добавочки с собой?
— Нее... если что, ты же рядом.
— Спасибо за изюм! — хором, вслед закричали мои друзья.
Мои друзья! Как я буду без Егорки и Гарика, без своей "Акулы", без всего этого? Как? А будут ли у меня дети? А будут ли путешествия? Может эта поездка в один конец? Может все "маги" — это людоеды? Стоп! Так я точно никуда не соберусь.
— А впереди меня ждёт прекрасное будущее! — сказала я вслух, чтобы хоть чуть-чуть в него поверить.
Сплю я плохо. Снится водяной омут, который затягивает, закручивает... Глаза той рыжей девочки, которые смотрят на меня из водяной бездны... Ноздри старухи, раздувающиеся до ужасных размеров...
В надежде на будущее посетила "Опреснителей". Поставили самый лучший, быстро и без отдачи, только гостинцы мои взяли. Хотела зарулить к водолазам, но передумала, слухи о них ходят плохие, да и они к нам не заглядывают, только мимо шныряют, до "Обменной". Интересно очень, но обойдусь. А вот в "Лечебницу" завернула, взяла бинтов и мазь антисептическую. Рыбу им вожу часто, да и больных тоже.
Пока меня не было, прибыл Стас — запойный путешественник. Бывает у нас не часто, привозит интересные вещи и диковенные продукты. "Пойлом" угощает только Гарика, а конфетами только детей. Живёт какое-то время, развлекает молодых и старых рассказами о своих странствиях.
Говорил, что есть земли, где темень постоянная, там ничего не растёт, но обитают страшные, бледные люди, без зубов и волос. Говорил, что есть места, где над гладью воды возвышаются горы, на них живут люди и пасут овец. Это всё конечно интересно, но верить я ему не спешу, он же всегда бухой. У нас тоже взрослые мотаются на "Хмельную", но никого не видела пьяным.
Вот катер у Стаса шикарный! "Мишель" зовут. Она разговаривает, как человек и умеет парить над водой. Стас никому не разрешает к ней подходить, а трогать и подавно.
Как я устала, руки стали болеть и за водорослями я давно не ныряла, а люди просят. А мне боязно. Неужели у меня появился страх воды? Нет! После сна за водорослями!
Решила набирать меньше, а нырять чаще, так спокойнее. К ножу привязала кручёную леску, а второй конец к "Акуле". Не хочу, если нож упадёт, до дна опускаться, да и дна не видно, сплошные заросли. Они всегда меня пугали, не только сейчас. И вообще — макушки вкуснее.
С Максом хочу поговорить. Выгружусь и смотаюсь, но сначала поем.
— Гарик, привет? Что на поесть?
— Привет! Суфле из рыбы и тушёная фасоль.
— Двойную порцию и попить.
— И мне двойную. — Стас сел напротив и снял шляпу.
— Привет.
— И тебе привет, красавица! Говорят, ты получила приглашение к "магам". — с ухмылкой сказал он.
— Да, получила! Страшно!
— Ничего страшного! Гигантский кусок земли, везде снуют люди и куры, летают пчёлы и мухи, красивые дома и пахнет цветами...
Я округлила глаза, не веря своим ушам.
— Ты там был??
— Конечно! Ничего удивительного, я полезный человек, привожу им семена, саженцы. Овец тоже я привёз, затмений 10 назад. Сейчас везу кое-что...
— Ты туда? Возьми меня с собой! Ну пожалуйста! Пожалуйста!
— Ну уж нет! В мире так мало соблазнов, а плыть с такой аппетитной женщиной — это чересчур даже для меня. А какая ревнивая у меня "Мишель"! — казалось он шутит, прищурив глаза и растянув улыбку на всё лицо.
— Ну как же так! Давай я с ней поговорю?
— Плохая идея! Очень уж у неё портится характер, после разговоров с другими женщинами.
— Как же быть?
— Жди бабулю с семьёй, а я сегодня отчаливаю.
Обидно же! Сложно взять? "Мишель" большая, места бы хватило.
Глава вторая.
Стас не любил летать и больших скоростей, поэтому "Мишель" тащила его, через мёртвые воды, со скоростью 10 узлов. И только, когда Стас засыпал, позволяла себе разогнаться до 27 узлов.
— Ты опять превышала скорость? Меня тошнило во сне!
— Тебя тошнило от твоего "пойла"!
— От пойла тошнит иначе.
— Не хочу это обсуждать.
— Ох, женщины...
— Почему ты не взял с собой Ольгу?
— "Здрасьте-приплыли"! Не хочу разбивать девочке сердце. Влюбится, будет страдать...
— Это по тебе что-ли? Не смеши мои микросхемы. А как же Люся?
— Мама ждёт от меня невесту, а не дочь.
— Мне не послышалось? Ты сказал дочь? Я правильно тебя поняла, что Ольга — твоя дочь?
— 2:1 в мою пользу! Что? Проглядела? Чаще будешь свои сенсоры протирать!
— Ты отдал её в семью, чтоб она с Люсей не росла?
— Моя мама тут ни при чём! Всё, куда бональнее: я утешил Ольгину маму, пока её отец был в отъезде. Сам понял только в прошлый приезд. Я рад, что она росла свободной, без груза фамильного древа.
—А Люсе уже рассказал?
— Что ты заладила? Люся, Люся... Нет! Сам расскажу! Даже не вздумай проболтаться!
"Мишель" была привязана к Люсе всем своим электронным нутром. Именно Люся собрала всех учёных, механиков и програмистов, и по своему подобию внедрила в "Мишель" мозги. Одним словом — МАМА! Именно Люся, последние 40 лет, собирает по всему миру знания и людей, виды выживших животных и растений. Именно она, получив в наследство от бабки "Большое" скрепление, сделала из него величайший центр науки и помощи.
Растянувшись в длину более чем на 50 километров, а в ширину на 10 с лишним, "Большое" скрепление имеет много поселений, каждое из которых имеет свою зону ответственности. Главная зона — учебная, только через неё можно попасть на сушу, остальной периметр окружён высоченным забором и сеткой, которые оберегают от морадёров и незванных гостей. Самую большую часть скрепления занимают поля и леса. Лаборатории изучающие и исследующие всё и вся, находятся на каждом километре. Здесь выращивают хлопок и лён, ткут ткань, шьют одежду. Выращивают животных, больше всего коров, но есть и овцы, кролики, белки. Куры и утки живут во всех уголках, а популяции остальных птиц под строгим контролем. Есть консервный завод и завод приборостроения, фабрика обуви и фармацевтический корпус. Каждое затмение этот райский остров увеличивается, примерно, на один километр, а население на 10-50 человек. Сюда попадают лучшие, а свои с пелёнок впитывают атмосферу и порядки.
— "Мишель"! Как удалось путешествие? Как вёл себя мой проказник? Дорогой! Я так скучала! — Люся крепко обняла сына и поправила его отросшую чёлку.
— Привет, мам!
— Пойдём, сегодня на обед грибное рагу с лапшой. "Мишель", тебе нужен осмотр или ремонт?
— Нет, Люся, у меня всё в порядке, потом поболтаем.
Люся со Стасом занимали три комнаты в главном корпусе: две маленькие спальни и гостиная, всего метров тридцать.
— А что ты привёз?
— Каштаны, лаванду, червей, жуков разных и 5 ящиков всякой ерунды, которую ты так любишь.
— А телефоны есть?
— Есть парочка, может вынешь из них интересного. Твоя сестра так и не оставила попыток завладеть миром?
— Она в путешествие отправилась.
— Я знаю, она заезжала на "Обедню".
— Странно! Собиралась в другую сторону...
— Понимаешь, мам, тут такое дело... не мог рассказать..
— Говори уже!
— У меня есть дочь.
— Какая дочь? Внучка моя? Сколько ей лет? Где она? Она здесь? Как ты мог молчать?
— Успокойся! Давай сначала о главном...
— Что может быть главнее внучки?
— Может быть, поверь! Моя изюмная тётушка, со Светой и Алисой, пригласили Ольгу на "Большое" скрепление. А я сам, только недавно понял, что Ольга моя дочь. Я не верю в совпадения!
— Мою внучку зовут Оля... — мечтательно произнесла Люся.
— На обратном пути они заберут Ольгу и причезут сюда. Если привезут...
— Привезут, ну не монстры же они.
— Как знать. Света предлагала мне сундук с золотом за владение нашим островом.
— Не знала. А зачем тебе сундук?
— Вот я ей и сказал, что мне не надо.
— А почему ты сам Ольгу не забрал?
— Как бы сказала "Мишель": "не хочу это обсуждать". Понимаешь, мама, я струсил рассказать Ольге. Как она отнесётся? Она так на меня похожа!
— В нашу породу! Значит красивая!
— Да, что ты всё не о том! Ей угрожает опасность!
— Ничего ей не угрожает! В этот раз, моя сестра, предпочла путешествовать с моей командой, а они не допустят ничего аморального!
— Успокоила...
— Ты про внучку расскажи.
— 18 затмений, блондинка, веснушки, ныряет как ты, ест как я. Всё, мам, я спать.
Чмокнув Люсю в обе щёки, Стас ушёл к себе. Сон обещал быть долгим.
— 18... блондинка... как я...
Люся долго смотрела в пустоту и улыбалась, представляла свою внучку.
Глава третья.
Когда у них случится обратный путь? Скоро 60 дней после затмения, два месяца. Надо всё успеть.
— Привет! Гарик, мне двойную. Егор, когда ты соизволишь обучиться часам?
— Да, хоть сейчас! А когда я поем твоей еды?
— Обязательно поешь! Обещаю!
— Как в тебя влезает столько рыбы?
— Странно, что в тебя не влезает!
Я показала Егору язык и посмотрела на грустное лицо Гарика. Его сын обещал вернуться до затмения. Отправился искать жену, а нашёл... большинство считают, что он не вернётся. Гарик, с каждым сном, всё мрачнее и мрачнее. Уже два раза возила его в "Лечебницу", сердце пошаливает.
— Всё хорошо, кушайте! И я с вами, за компанию. Тушёнка заканчивается...
— Я смотаюсь. Егор, ты со мной? Порыбачим, туда и обратно.
— Порыбачим.
На верху людно, приближается корабль "магов", все ждут одежду, провизию и заказы. Егор заказал что-то, получит и отправимся на "Консервную", а я пока вздремну.
— Егор, подтягивайся на "Акулу". Гарик, спасибо! Всё будет хорошо! Я очень верю, что всё будет хорошо!
Времени у меня больше часа. Разгружают, потом выдают.
— Тебе письмо! Тебе письмо!
— А! Чего кричишь? Какое письмо? От кого?
— С "Большого" скрепления.
Егор вручил конверт, глянув на часы поняла, что проспала три часа.
— Ты чего так долго?
— Пока получил, пока отнёс, Гарику помог... давай открывай!
Я аккуратно вскрыла конверт:
"Дорогая Ольга!
Не бойся отправляться на "Большое" скрепление! По любым вопросам обращайся к капитану. Кодовое слово — "Испания".
Целую! Твоя Люся!"
— Кто такая Люся? Ещё и целует меня! Ничего не понимаю.
— Я бы тоже тебя поцеловал!
— Ты только говоришь об этом... даже не думай...
Егор сцепил в обьятиях мои руки и впился своими губами в мои. Приятно! Как же это приятно! Почему мы раньше не целовались? Я же не умею. Или все умеют от рождения?! Голова кружится! Резко отвернув голову, я уткнулась ему в плечо и зарыдала.
— Ну ты чего? Перестань! Слышишь? Я люблю тебя! Любил всегда! И буду любить!
— А почему раньше молчал?
— Раньше я никуда не спешил.
— А теперь?
— А теперь спешу, чтобы ты думала только обо мне, всегда и везде! Чтоб вернулась ко мне!
— А если не вернусь?
— Без "если"! Вернёшься! Нет — значит я умру холостяком!
— Мы за консервами собираемся?
— Я мигом.
Он убежал. Кто такая Люся? Почему "Испания"? Когда мы опять будем целоваться? Вот уж точно, теперь буду думать о поцелуе. Хочу целоваться...
— Я готов! Можно отчаливать.
— И я готова!
— Тогда вперёд!
На "Консервной" была очередь, две лодки и катер ждали погрузки. Я объяснила Егору, как пользоваться часами, как записывать. Он сделал пометки на листке и прикрепил рядом с моим листком. Тяжело расставаться с катером и часами, а с "Обедней" и Егором, подавно. Через час, мы держали путь к дому, молча ловили рыбу.
Пока Егор разгружал, я пошла к плите. Почистила рыбину и запихала ей в брюхо пюре из фасоли с орехами. Пока рыба жарилась, пришёл Егор, стиснул меня и чмокнул в нос.
— Я свои обещания выполняю. — сказала я, показывая на сковороду с рыбиной. — Самая большая с улова!
Гарик разделил нашу трапезу и похвалил мои способности. Готовлю я не часто, но с душой. Хотелось бы разнообразия, но довольствуюсь тем, что есть.
Разобрала свой шкаф у подруги, почти всё раздала. В мамину шкатулку поместилось всё ценное: её бусы, пять фотографий предков с маминой стороны, две старые монеты, ключ с номером 1001 и положила свой медальон. Всё отдала на хранение Егору. Разобрали мои находки у Гарика под навесом. Я верю, что Егор, со всем справится без меня.
Глава четвёртая.
Прошло 92 дня после затмения и на горизонте показался знакомый корабль.
Внутри всё сжалось от страха и жалости, от горя расставания и будущего. Ничего ли я не забыла?
— Егор! Егор! Они уже близко!
Егор подбежал и обнял меня.
— Как я мечтал, чтоб они сгинули в своём путешествии!
— Я сильно хочу есть.
— Пойдём к гарику. Они туда зайдут.
Мы сели за стол.
— Чего не веселы?
— Они приближаются!
— Кто? — не понял Гарик.
— Забиратели счастья. — уточнил Егор.
— А-а-а, уже...
Повисла тишина. Дежурный по скреплению, по громкой связи и во все каюты, передавал новость о приближающемся госте. Многие любят поглазеть на новые лица, да и в надежде на полезный обмен. Когда Егор пошёл относить тарелки, вошла изюмная старуха с той женщиной и капитаном.
— Милочка! Как я рада вас видеть! Мы же так и не познакомились, меня Света зовут, а это моя мама — Лизавета.
— Ольга. Очень приятно. — пробубнила я.
— Так вы надумали, милочка?
— Да, я с вами. Когда быть готовой?
— Отлично, милочка! Мы перекусим и отдохнём. Я сама вас найду.
— Хорошо. До встречи.
— До встречи, милочка!
Разговор был окончен, я встала и ушла к себе на катер. Позже пришёл Егор.
— Я еду.
— Я слышал, милочка.
— Фу-у-у! Хочу выспаться.
— С тобой можно?
— Нужно! Если не будешь называть меня милочкой.
Мы завалились на одеяло и я сразу уснула.
— Милочка, скоро отправляемся.
Светино лицо перекосило, когда она увидела нас с Егором, выходящих из катера. Я обняла Егора, он несколько раз поцеловал мои щёки.
— Я буду тебя ждать!
— Я вернусь!
Света не стала смотреть наши "сопли", мне пришлось её догонять. Егор вслед закричал:
— Я буду тебя ждать!
На корабле я почувствовала неловкость. Света дала указания мальчику и тот проводил меня в каюту.
— Никуда не выходите. Если что-то надо, зовите меня. — и показал на рычаг около двери.
— Хорошо, спасибо!
В иллюминаторе была вода и виднелась часть одного из наших подводных кораблей, там горел свет.
Я огляделась: всё чистенько, кровать, стол, шкафчик, ковёр под ногами, светильник. Открыла шкафчик, хотела положить свой рюкзак, а там лежали две книги — Жюля Верна "Двадцать тысяч лье под водой" и "Одноэтажная Америка" написанная Ильёй Ильфом и Евгением Петровым, вот её я не читала. Убрала рюкзак к Верну, а "Америку" бостала и легла на кровать.
Утомили описания, странные названия... книга рассыпается в руках. Положила её обратно. Что сейчас делает Егор? Будет ли он меня ждать, как обещал? Так же сильно он меня любит, как я его? А может и я не сильно, раз уехала...
В дверь постучали:
— Да, войдите.
Мальчик, без слов, поставил поднос с едой на стол и удалился.
Стоит ли мне это есть? Пахнет вкусно! Будь что будет! Разного цвета куски — это точно овощи. Я ела морковь и картошку когда-то, а это... очень вкусно. Снова постучали. Пришёл мальчик и забрал поднос.
— А когда можно будет выйти на палубу?
— Позже. Я сообщу.
— Спасибо! И за еду спасибо!
В полном одиночестве я думала обо всём. Не совершила ли я ошибку? Как я вернусь и когда? Кто такая Люся? Из сонного забытья меня вырвало странное ощущение в теле. Чёрт подери! В иллюминаторе небо и горизонт! Мы летим над водой? Скорость сумашедшая!
Сложно сказать, сколько времени мы рассекали воздух, но в один момент скорость снизилась и корабль, носом, ударился о воду. Я с грохотом упала на пол.
Наконец-то разрешили выйти. Свежий воздух и солнце взбодрили меня. Подошла Света:
— Милочка, извините за неудобства, скоро всё закончится, — она посмотрела на миниатюрные часики.— где-то через четыре часа будем на месте.
"Скоро всё закончится" прозвучало зловеще. Я решила переместиться ближе к капитанской рубке.
Через несколько минут мы причалили к маленькому острову. Капитан с помошником выгрузили 10 больших ящиков и загрузили 10 ящиков с острова. Перед отплытием капитан погудел три раза и из люка, около пристани, вылезли двое мужчин. Они помахали и стали оттаскивать ящики. Надо же! Этот остров тоже на основе подводных кораблей, но площадка с бортами позволила насыпать грунт и вырастить около тридцати деревьев. Вот бы на "Обедне" так устроить. Зачем я уехала? Надо было остаться и заняться развитием своего скрепления. Вот научусь всему, всё освою и вернусь, и отстроим второе "Большое" скрепление...
По пути попадались чудные острова из железного мусора, плавающий остров из сотни пластиковых бочек с палатками и даже мелкой растительность. Помогли человеку, на старом баркасе, пополнив запасы пресной воды. Остановились в самом рыбном месте, по словам капитана, наловили рыбы. Света жарила её в большой сковороде, прямо на палубе, используя электрическую плиту. Первую порцию получил капитан, вторую я. Всего нас было восемь, я столько насчитала. Потом мальчик принёс вкусный напиток в бутылке, который я выпила залпом.
Все разошлись, а я осталась с капитаном:
— А долго нам ещё?
— Пара часов... если вы понимаете о чём я.
— Понимаю. А вы случайно не знаете, какой сейчас год?
— Случайно знаю. — капитан с любопытством посмотрел на меня. — 2510 "от Рождества Христова", месяц — октябрь, а число 25.
Я была настолько ошарашена, что даже рот приоткрыла:
— А почему никто не знает? Даже в библиотеке нет данных на этот счёт.
— За 30 с лишним лет моего капитанства — вы первая, кто спросил об этом.
Я поблагодарила капитана за компанию и спустилась в свою каюту. Достала из рюкзака блокнот и записала: "Сегодня 25 октября 2510 года. Через час моя нога ступит на " Большое" скрепление."
Я снова вернулась на палубу, уже с рюкзаком. В далеке виднелась земля, которая заполняла линию горизонта, по курсу. Она огромна!
Глава пятая.
Со Светой, Лизой и Алисой — дочкой Светы, мы проследовали в двухэтажный дом, обнесённый глухим забором. Он находился справа от пристани. Слева виднелись высокие дома, по пять этажей, там суетилось много людей. Пристань огромная, скорее целый порт, сотня разных катеров, кораблей, лодок... много людей. Трава, деревья, кусты роз и курицы разбегающиеся в разные стороны. У меня кружилась голова от увиденного.
Света отправила Алису к себе в комнату. Мне, настоятельно, предложила сесть на стул.
— Итак, милочка! Чем бы вы хотели здесь заняться?
— Хотела бы изучить все тонкости строительства острова...
— Чтобы, что?
— Чтобы продолжить славную историю строителей скреплений, если таковая имеется...
— И что потом? — ехидно спросила Света.
— Потом буду сама руководить, увеличивать своё скрепление, во благо людям.
Вдруг голос Светы стал злым и резким:
— Слушай сюда! Я не отдам тебе и метра этой райской земли!
— Мне и не...
— Молчать! Ты наглая, мерзкая девчонка! Я не хочу марать о тебя руки, но твоё обратное путешествие будет столь опасным, что ты сгинешь в морской пучине или сдохнешь от жары. И если я узнаю, что ты вернулась — я оболью тебя кислотой и от тебя ничего не останется! А теперь беги! Беги, я сказала! Корабли в никуда отправляются каждые 10 минут...
Я вскочила, выбежала из дома и со двора. Бежать! Здесь столько места! Может спрятаться? Донесут! Я здесь никто! Бежать!
Я добежала до ближайшей пристани, надеясь на капитана, но корабля уже и след простыл. Добежала до мужчины в белых льняных штанах:
— Вы не знаете, кто-нибудь сейчас отправляется?
— Много кто, спрашивайте и найдёте.
Многие только прибыли, а кто-то ушёл перед носом. Большая лодка показалась мне надёжной, а её хозяин — грязный и потный, сам предложил присоединиться, услышав мои вопросы к другим. С ним не хочу.
В конце пятого причала я увидела "Мишель". "Мишель"! Моё спасение! Запыхавшись, я встала на колени возле неё:
— "Мишель", милая, возьми меня на борт!
"Мишель" молчала. Палуба была закрыта металлическим кожухом. Лезть туда бесполезно.
— Передай Стасу, что я тут. Ты же можешь?
Снова тишина.
— Я — Оля! Вы, со Стасом, гостили у нас на "Обедне". Мне очень нужна твоя помощь!
Я вспомнила про кодовое слово.
— "Испания"! Кодовое слово "Испсния"!
Не то! Всё не то! Я вскочила и стала трогать борт, в надежде найти кнопку. На глаза попалась ручка, как бывают в каютах, только толстая и гладкая. Схватив за неё и дёрнув, я ощутила боль в пальцах, два пальца были проткнуты и из них шла кровь.
— Ах, вот как!? А ну открывайся! — я стукнула ногой по борту.
Вдруг, "Мишель" загудела и стала убирать свой верх.
— Добро пожаловать на борт!
— Спасибо! — я, с некоторым усилием, упёрлась о гладкую поверхность ногой и шагнула...
— Какие новости? Куда держим путь?
— Новости печальные! Некая Света хочет меня убить и облить кислотой! Если можно, отвези меня на "Обедню", пожалуйста...
Я зарыдала. Слёзы лились ручьями, а всхлипывала и рыдала дальше. "Мишель" уже увезла меня в открытые воды, когда я успокоилась. "Райская земля" удалялась, а с ней и мои мечты...
— Мы точно направляемся на "Обедню"?
— Ну да! А какие есть ещё варианты?
— Подойди к монитору.
Она показала мне горы, острова, людей... всё, что снимала в путешествиях со Стасом. Сколько красоты в мире!
— Я бы хотела, но Стас...
— Поворчит чуток и всё. Так куда?
— Хочу увидеть настоящую землю, разных животных, людей...
— Есть одно условие.
— Какое?
— Ты слушаешься меня во всём! И это не обсуждается! Люся не простит мне твоей гибели...
— Ты знаешь Люсю?
— Да! И очень ценю!
Я поведала о письме, о том, что Люся, почему-то меня целует, о кодовом слове.
— Так, кто такая Люся?
— Люся — учёный, исследователь и идейный вдохновитель "Большого" скрепления, благотворитель и моя создательница.
— А почему она написала, что целует меня? Она же меня не знает.
— О! Она очень добрая! Она всех любит и целует!
Я всё равно не поняла, откуда она меня знает... ладно... я столько всего не понимаю.
— Можно мне искупаться?
— Конечно! Глубина 32 метра, на дне мусор. Пристегни на руку браслет со шнуром, если появится опасность, я вытяну тебя. Шнур 150 метров.
— Здорово! Что-нибудь поискать на дне?
— Глубина 32 метра! Средний человек ныряет на 5-7 метров...
— Буду дёргать — тащи!
Я нырнула. Здесь вода другая — темнее.У самого дна, я быстро огляделась, схватила зелёную бутылку и дёрнула за шнур. Так быстро я ещё никогда не всплывала.
— Это потрясающе!
— Точно! Смотри, какая красивая бутыль.
— Потрясающе, что ты так глубоко ныряешь!
— Спасибо! Эта бутыль будет началом новой "Обедни". И когда-нибудь я поставлю в неё первый цветок, выросший дома. А ещё можно понырять?
— Ныряй сколько влезет...
Тем временем на "Большом" скреплении:
Стас вышел из комнаты и отправился к "Мишель", взять пару бутылочек "пойла"...
Все ругательства этого мира обрушились в воздух, когда он обнаружил её полное отсутствие. В голове не укладывалось, что такое вообще может случиться! Это так же невозможно, как его мама с волшебной палочкой в руках, превращающая детей в коров!
Стас опросил людей поблизости: кто-то видел парня забирающегося в "Мишель", кто-то видел зрелую женщину, которая помолилась перед "Мишель" на коленях и уплыла. Что за чертовщина? Быстро шагая в главный корпус и надеясь, что мама уже вернулась с другого конца острова, Стас всё ещё не верил, что это случилось...
В главной комнате слежения и управления, просматривая записи камер с причала, Стас обалдел:
— Это Оля! Ну, "Мишель"! Ну и получишь ты у меня!
Стас вскочил и, почти бегом, направился в дом Светланы.
— Какого чёрта?
— Что? — с наигранным недоумением спросила Света.
— Что?! Это всё, что ты хочешь сказать? Где Ольга?
— А я откуда знаю?
— Ты её привезла, зачем?
— Чтоб обратно своим ходом отправить! Может сгинет по дороге...
— Ты в своём уме?
— Что, отцовские чувства взыграли?
— Тварь! Какая же ты тварь! Ольга отправилась на "Мишель".
— Пусть сгинут обе!
— Говори, что произошло! — Стас схватил Свету за горло одной рукой, а второй замахнулся. — А не то, я за себя не ручаюсь!
— Она мечтает оттяпать мой "Рай" и устроить здесь свои порядки! Я сказала, что оболью её кислотой, если она не исчезнет с острова, сейчас же...
— Ты врёшь! Она не знает, что я её отец! И про Люсю не знает! А вот откуда ты узнала? Тут нет ничего твоего! А уж тем более по наследству! Ты никто! Се-с-т-рё-н-ка!
Отпустив Свету, Стас направился к себе. Давно он не был так зол! Устраивать погоню — бесполезно! Остаётся — ждать и надеятся на здравомыслие "Мишель". Да, как Ольга вообще её запустила?
Позже вернулась Люся и посмотрела запись, которая вызвала у неё приступ смеха...
— Стас, дорогой, "Мишель" сама запустилась. Смотри, как Ольга отдёрнула руку — кровь на ДНК взята! Ха-ха-ха!
— Что смешного? Где они? Когда вернутся? Что будут есть?
— Я тебя не узнаю! Ты же сам говорил, что Ольга прекрасно ловит рыбу...
— На "Мишель" только три ящика "пойла" и всё!
— А! Так вот почему ты так переживаешь...
— Мама, нет!
— Всё будет хорошо! Попутешествуют и вернутся, поверь мне.
— Найди документ на удочерение тётушки Лизы! Хочу выселить их на самый дальний остров!
— Найду. Но может передумаешь?
— Нет! Всё решено!
Глава шестая.
— Я есть хочу! Где тут рыбные места? Удочек у Стаса полно.
— Посмотри в багажном отсеке, там должно быть хоть что-то.
Я облазила все щели, открыла все люки и дверцы — два куска сушёного мяса и пойло. Взяла бутылочку, пора уже испробовать этот тайный напиток.
Мясо очень жёсткое, "Мишель" — зануда! Не пей, а то козлёночком станешь...
— А я выпью! Пусть усну потом.
Я хлебнула из бутылки, вылезли глаза и заслезились, горло обожгло. С трудом вдохнув я закашлялась.
— Всё в порядке?
— Да, нормально.
Я почувствовала тепло в груди и сделала ещё глоток, а потом ещё...
— Ты спишь?
— Нет. Мне хорошо! Так хорошо, что словами не описать.
— Не пей больше, а то заблюёшь тут всё.
— Я уже закрыла бутылку. Разбуди, когда будет рыбное место.
С лёгким головокружением я погрузилась в сон. Снился Егор, Стас и дождь...
— Просыпайся, пора вставать!
— А-а-а! Пить! Сколько я проспала? Мне снился дождь. Почему у нас никогда не идут дожди? А есть места, где идут?
— На границе с тёмной половиной земли всегда идёт дождь, молнии и грозы. Ты спала 10 часов 21 минуту.
Я включила опреснитель и подставила кружку.
Какие красивые блёсны! Я о таких и мечтать не могла, никогда не видела ничего подобного.
Рыбалка удалась! В правом борту оказалась выдвижная кухня с плитой. Наелась от пуза, а излишки засолила в пустом ящике. Соли нашла целый мешок, около 5 килограммов, в ящике со сностями.
В далеке появился остров.
— Почему ты остановилась?
— Тебе надо набрать все мешки, что есть, песком или камнями. Тот остров насыпной и местные жители обменяют всё на еду. Рядом с островом ходит патруль, там нельзя выбирать грунт. Глубина около 5 метров. Слева и справа от сиденья канаты с крюками, скинь их в воду, будешь к ним мешки цеплять. В снастях есть совок для набора.
— Так точно, капитан! Будет исполнено, капитан!
Мешков нашлось 16 штук, плотные, кожаные.
На 12 мешке "Мишель" сказала:
— Стоп! Хватит! Хватит!
— Четыре осталось.
— Я больше не увезу. Не хочу рисковать.
До "Большого" скрепления этому острову далеко, но красиво тут так же: деревья, цветы, трава, деревянные домики, куры гуляют прямо у пристани...
Я дошла до первого дома и постучала в дверь.
— Сейчас, иду! — раздалось за дверью.
Вышел высокий, крепкий мужчина и широко улыбнулся.
— Приветствую! Какие-то проблемы?
— Я бы хотела обменять грунт и камни на еду.
— Сейчас всё сделаем.
Он скрылся в доме и вернулся в другой рубашке. Мы проследовали до другого дома, там мужчина взял тачку и мы пошли на пристань. Я подавала мешки по воде, а он ловко вытаскивал их и складывал рядом.
— Всё?
— Ещё шесть с другого борта.
Мужик громко свистнул и из ближнего дома вышли два парня, направились в нашу сторону. Пока "Мишель" разворачивалась, я вылезла из воды.
— А Стас в отпуске?
— В каком отпуске? — не поняла я.
— Ну, отдыхает от путешествий?
— Да, отдыхает. — замялась я.
— Ты на него похожа.
Я не знала, как реагировать на его слова и просто улыбнулась.
Мужик стал высыпать мешки в тачку, а один из парней возить на площадку около пристани. Другой парень ушёл. В тачку помещался один мешок. Пустые мешки я сразу промывала и закидывала на борт.
— По какой технологии вы насыпаете остров?
— Началось всё с каменного укрепления, 10 метров в диаметре, засыпанного песком. А теперь так и растём, по 10 метров, во все стороны, только сторона пристани неизменна. 20 лет назад Стас привёз меня сюда, показал как делать, позже привёз саженцы и животных, сам потрудился тут немало. Привозил рабочих, которые остались, обзавелись семьями и хозяйством. Сейчас мы около 5 километров и нас 140 человек. Скоро мои сыновья отправятся на поиски жён. — и вопросительно посмотрел на меня.
— У меня есть жених. — быстро сказала я и перевела взгляд на приближающегося парня с двумя огромными корзинами.
— Вот и Стас! Да, да! Старшего сына в честь него назвал.
Выгрузив корзины, я в каждую положила по бутылке "пойла", потому что еды тут на две недели, если не больше.
— Спасибо огромное! На обратном пути, если получится, заеду обязательно.
— И тебе спасибо! — увидев бутылки, заулыбался мужчина. — Всегда рады!
Первое, что я сделала, как только мы отправились — съела яблоко. Последний раз, свежее яблоко, я ела в детстве. Папа привозил, нам с мамой по яблоку, из дальней поездки.
Потом, я пальцем ела мёд из банки, съела два ломтика сладкого и тугого желе, а заела всё — недосушенным куском мяса с большим количеством специй. Чудесно!
— Жаль, что ты не можешь разделить со мной трапезу. Это так вкусно!
— Жаль, что ты не можешь рассказать мне ничего интересного! Я и так всё знаю!
— А вот и могу! Я могу рассказать про свой первый поцелуй, как болит порез на теле и голова, как люблю Егора...
Прошло много времени. Мы заезжали на разные острова, меняли улов и находки на еду и нужные вещи. Солнце стало выше, а воздух жарче. "Мишель" запретила купаться из-за акул, которых тут очень много. Мы приближались к двум огромным холмам, торчащим из воды.
— Здесь ты обменяешь всю засоленую рыбу на "пойло", оно ещё понадобится и Стасу надо возместить.
— Себе оставлю пяток бутылок?
— Оставь. Пристегни на пояс кинжал и застегни рубашку до верха.
— Ты серьёзно? Такая жара!
— Поверь. Так надо. А то украдут в жёны, насильно.
К берегу пристать не удалось, много камней, пришлось самой плыть по мелководью, почти сто метров. На пляже меня встретил мужчина, очень похожий на Гарика, только худой совсем.
— Артур? Это ты?
— Ольга!
— Привет! — я бросилась к нему в объятия. — Что же ты не даёшь о себе знать? У Гарика сердце совсем никуда, он всё время волнуется...
— Когда я попал на этот остров, я пил много времени и даже не заметил, что увели мой катер. Так и остался, жену встретил, ребёнка ждём.
— Поздравляю! А чем ты занимаешься?
— Здесь все занимаются "пойлом" и виноградниками.
— А мне оно и нужно, пять ящиков. У меня есть рыба солёная. Только лодку надо, очень у вас скалистый берег, не пройти. А почему пристани нет?
— Так безопаснее... пойдём с женой познакомлю. Ты надолго?
— Нет, я не ожидала тебя встретить.
Мы шли по тропинке. Деревья такие густые и высокие, что неба не видно. Запах стоит волшебный. Через пару минут мы вышли к дому, где нас встречала женщина с большим животом.
— Это Амина — моя жена. Это Ольга — с "Обедни". Вы пока на стол накрывайте, а я пойду товар приготовлю и письмо отцу напишу. Ты же передашь?
— Конечно, но не скоро.
— Это тоже отлично!
Амина оказалась очень приятной и разговорчивой. Показала их виноградник за домом, объяснила процесс выращивания, сбора и переработки. Оказывается, на двух холмах живёт много народа и у другого холма есть пристань, но одинокой девушке останавливаться там опасно.
Вернулся Артур и мы сели за стол.
— Какое у вас всё вкусное! А что это такое?
— Это гранат, фрукт такой.
— И мясо вкусное!
— Это баранина. Я положил тебе с собой вяленого и маринованного мяса.
— Спасибо! Я хочу создать из "Обедни" второе "Большое" скрепление. Хочу вырастить деревья, пасти коров и овец... — оба посмотрели на меня вопросительно. — Да, я мельком была у "магов", меня туда пригласили, а потом... — я очень кратко рассказала свою историю.
— Ничего себе новости! — почти прошептал Артур.
— А ещё, мы с Егором поженимся, если он меня дождётся.
— Приглашаем в гости, будем рады! Хотел бы я отца забрать сюда...
Мы с Артуром вернулись на берег, там ждал юноша в лодке.
— А почему так много ящиков?
— Это тебе гостинцы в дорогу. Береги себя! Отцу привет огромный и письмо передай!
— Хорошо. Спасибо!
Добравшись до "Мишель", я погрузила подарки и выгрузила ящики с рыбой, а ещё отсыпала целый кулёк жемчужин для Амины. Отправила лодку обратно, села и заревела.
— Тебя обидели?
— Нет, "Мишель", я встретила друга с "Обедни". Хочется домой...
— Мы в любой момент можем развернуться и...
— Нет! До конца! Я больше не буду плакать. Постараюсь больше не плакать. Вперёд, где нет акул! Я так хочу купаться!
Я разобрала гостинцы Артура: мясо, гранаты, изюм и ещё что-то сушёное, свежий виноград, орехи, кукуруза, крупы и красивый, разноцветный плед. На дне очередного ящика я нашла кинжал на поясе из кожи, с запиской: "Твой тебе великоват." А он и не мой вовсе.
"Мишель" закрыла палубу и втопила по полной. Я лежала и смотрела на экран монитора, передающего внешнюю картинку. Острова появлялись и исчезали так быстро, что я не успевала их рассмотреть. "Мишель" сказала, что тут опасно медленно двигаться. Разбойники и пираты наловчились кидать гарпуны и стрелы с ядом. Переживает за меня.
Проснувшись от яркого света и голода, чувствуя боль во всём теле, я увидела надпись на экране: "Можно купаться."
— Я сначала перекушу, а то в животе урчит.
— Проспала 15 часов 18 минут, соня.
— Бе-бе-бе...
Перекусила виноградом и орехами, закусила вяленым мясом. Теперь можно горы сворачивать.
Глубина оказалась совсем маленькой, меньше трёх метров, а дно было руинами прежних городов. Под водорослями и илом лежали бетонные глыбы в хаотичном порядке, образуя причудливый рельеф дна. Захватив кинжал, я за несколько погружений очистила три куска. Потом обвязала торчащий конец глыбы верёвкой и прикрепила к шнуру с которым ныряла. Объяснив "Мишель", в какую сторону тянуть, я снова нырнула. Глыба бетона упала в противоположную сторону, а под ней открылся край другой глыбы. Несколько часов я перевязывала новые куски, уже не чистила их, а просто прорезала кинжалом по периметру. Восемь кусков были перевёрнуты, а ничего интересного так и не появилось.
— Мы здесь задержимся, чувствую много интересного. А ты можешь запомнить это место?
— Могу. Запомнила.
Я навернула две банки тушёнки, початок кукурузы и пару горстей изюма. За время путешествия я сильно похудела, штаны стали сваливаться.
— А расскажи про Стаса.
— Что именно?
— Всё!
— Он путешествует и собирает редкие вещи, растения, животных для "Большого" скрепления. Он хороший человек, многим помогает...
— Это я поняла. А почему он это делает? Что его связывает с "Большим" скреплением?
— Он там родился, а Люся его мама.
— А почему я на него похожа?
— Моя работа так настроена, что я повезу только генетических родственников Люси.
— Стас и Люся мои родственники? Как такое могло получиться?
— Если быть совсем точной, то Стас твой отец.
— Как такое возможно? Это ложь! Ты врёшь!
— Ты бы никогда не уплыла на мне, без разрешения или присутствия Стаса или Люси, а этого не было. Когда ты дёрнула ручку и укололась, я определила ДНК.
— Мне надо выпить!
— Плохая идея.
Я достала бутылку из ящика со снастями, сделала большой глаток и убрала бутылку обратно.
Мы долго говорили. Я успела поплакать и посмеяться, вспомнила многих людей. Для себя я решила, что Стас, — полжительный герой и я попробую его принять. На моё решение сильно повлияли отзывы разных людей. Добрый, отзывчивый, труженик, очень умный и даже роды принимал. Мой внутренний мир, в который раз, перевернулся и теперь твёрдо стоит на ногах. У меня есть родные, жених, друзья и руки с ногами целы, и голова на месте. Что ещё можно желать...
При поднятии очередной глыбы, на волю вырвался огромный пузырь воздуха. Я испугалась и всплыла. Бурление воды было значительным, пришлось ждать окончания выхода воздуха.
— Мы уже близко!
— Будь аккуратнее!
Я опустилась в проём и оказалась в комнате, очертания которой узнавались по бликам света. За несколько погружений собрала всё уцелевшее. Отдельно спустилась за огромной напольной вазой, отмывать её придётся долго. Последний раз спустилась за сейфом, который нашёлся случайно, когда от моих манипуляций рассыпался стол.
Довольная и уставшая, я разрешила "Мишель" отправляться в путь. Сварила себе солёную рыбу вместе с кукурузой, сделала несколько глотков "пойла" и уснула.
Становилось всё жарче, солнце палило в самую макушку, темпиратура доходила до 40° и выше. Чтобы не лежать с закрытой палубой, я соорудила навес из пледа.
На очередном острове, обменяла часть жемчуга на бананы, молоко и сыр. Пол ящика изюма на попугая в клетке и запас его корма. Стало сложно обменивать товары, объяснятся на пальцах, люди говорят на другом языке. Я не купаюсь, глубины запредельные, рыбы огромные и опасные.
Путешествуем уже 62 дня и скоро прибудем к границе света и тьмы. Жара спала. Солнце почти у горизонта. Через пару моих снов стало холодно и на горизонте появилась темнота, со вспышками молний. А ещё через сон — пошёл дождь. Мимо проплывал безумный старик на лодке и кричал: "Де энд оф де ворд." Он направлялся прямо в пучину молний.
— Хочешь за ним? — спросила "Мишель".
— Нет. — в замешательстве ответила я.
— Тогда ложись и держись.
"Мишель" закрыла палубу, включила экран и пожелала приятного просмотра. В углу экрана отображалась скорость в километрах — 10... 15... 30... 60... 100... 130... 180. Дух захватывает! Попугай орал что-то невнятное. За несколько часов мы преодолели холодную зону в обратном направлении.
— "Мишель", меня тошнит!
Она остановилась и показала нам с попугаем солнце.
— Чего раньше молчала?
— Терпимо было.
Я достала отхожее ведро, меня выворачивало снова и снова, а потом я потеряла сознание...
— Оля! Ольга!
"Мишель" уже представила, как Стас её ломает и крушит большой кувалдой. Закрыв палубу, на всех скоростях, она отправилась на ближайший остров, где хорошо знают Стаса.
— Помогите ей! Это дочь Стаса!
Мужчина взял Ольгу на руки и понёс в глубь острова с криком: "Врача! Быстро врача!" Больше "Мишель" ничего не слышала. Ей оставалось только ждать...
Через пару часов мужчина вернулся и забрал орущего попугая. Сказал, что всё будет хорошо.
Глава седьмая.
Я стала слышать голоса, но не понимала о чём они толкуют. Видно я умерла, тело окаменело и очень жарко. Я приоткрыла глаза.
— На, девочка, выпей скорей.
Тучная женщина пихала мне кружку ко рту. Фу! Какая горечь.
— Долго я?
— Пару дней. Хорошо, что тебя прочистило, а то беды не миновать.
— А "Мишель"?
— Она ждёт тебя. Всё хорошо. И попугай твой в порядке, дети от него не отходят, болтает что-то на иностранном, забавный очень.
Ещё через пару дней я совсем выздоровела и отправилась на "Мишель" в сопровождении большого мужчины. Он помог мне помыть палубу и разобрать продукты. Я дала ему пять бутылок "пойла", отсыпала жемчуга о отдала корм для попугая, которого оставила детям.
— Он ест почти всё.
— Прокормим. Спасибо большое!
— Вам спасибо!
— И запомни, что молоко можно в течении семи часов пить, а не семи дней.
— Хорошо. Спасибо!
— Стасу привет!
— Обязательно!
Мне дали с собой гостинцев и бутылку лекарственного отвара, который надо выпить по глоточку в ближайшие сутки.
— Я скучала по тебе. — осторожно сказала "Мишель".
— А я думала, что умерла.
— Стас разобрал бы меня на детальки.
Я засмеялась и "Мишель" изобразила, что-то похожее на смех.
Мы шли к дому, к моему второму дому.
Я отмыла все находки из комнаты. Огромная ваза оказалась такой красивой, что я решила оставить её себе, а остальное подарю кому-нибудь. Сейф открыть не получилось, он хоть и проржавел, но оставался очень крепким.
— Я переживаю, что Света сотворит со мной ужасное.
— Я уже придумала, как безопасно вернуться. Меня больше пугает реакция Стаса и Люси.
— Я, на их месте, была бы так счастлива, что забыла про все ругательства. Скажу тебе по секрету, что на своём месте, я счастлива безмерно.
— Расскажи мне про поцелуй.
— Ну вот! Умеешь же ты подпортить настроение. Я не хочу думать о Егоре. Если он меня не дождётся и другую себе нашёл...
— Ты его любишь?
— Люблю! С каждым днём всё сильнее...
— Тогда ты должна верить в него и его любовь.
— Я стараюсь.
"Большое" скрепление показалось на горизонте.
Я легла на палубе, а "Мишель" закрыла свой кожух и встала на своём месте. Мы стали ждать. Через пять минут подбежал Стас и сильно стукнул рукой по борту.
— Открывайся!
Кожух медленно открылся. Я вскочила и быстро, перемахнув через борт, спрыгнула на пирс и бросилась к Стасу в объятия.
— Не ругайся, пап! — я подняла голову и посмотрела ему в глаза. — Всё хорошо, папа!
— 2×2, ничья. — вставила "Мишель".
— Я с тобой потом разберусь!
Стас крепко обнял меня и повёл в сторону больших домов.
— Пора тебе с бабушкой познакомиться и отдохнуть с дороги.
— Там рыба свежая и гостинцы для "Обедни"...
— Я займусь этим.
— Только не ругай "Мишель", она моя спасительница.
— Не буду.
Мы зашли в один из домов, поднялись на второй этаж, Стас втолкнул меня в комнату и быстро удалился. Очень милая женщина кинулась ко мне, стала тискать, целовать лицо и трогать мои волосы.
— Оленька, внученька дорогая! Как мы волновались! Как путешествие? Никто не обижал? А где были? С "Мишель" подружились?
Я не смогла вымолвить и слова. Комок в горле пролился слезами. Я ревела обняв Люсю. Никто и никогда не относился ко мне так трогательно, даже мама.
— Всё было хорошо. — сказала я, немного успокоившись.
— Это я, с дурацкими вопросами... пойдём, покушаешь и ванну примешь.
Я съела половину курицы и совсем не притронулась к рису. Люся смотрела на меня и улыбалась. Потом мы зашли в кладовку и я выбрала новую одежду. В ванной, Люся включила воду и налила что-то из бутылочки, вода стала пениться.
— Вот это для волос, тут всякие женские штучки, тут ножнички и щипчики, а это для пяточек. Если что — зови, я в соседней комнате.
Я разделась и погрузилась в душистую пену. В последнее время, многое происходит в жизни — впервые, но если бы все "впервые" были такие же приятные, как лежание в ванной. Обязательно хочу такую на "Обедне".
Я нежилась на полную, оттягивая момент всяких разговоров, но к моему удивлению, никто меня не доставал. Люся проводила меня в мою комнату и ушла. Моя комната — это прелесть! На стенах морские звёзды и коньки, рыбы и водоросли, всё нарисовано поверх голубых стен. Большая кровать, тумбочка, кресло и две полки с книгами. Из окна видно пристань.
Проснулась, а на тумбочке стоит графин с питьём и стакан. Давно я не спала так крепко.
Глава восьмая.
За две недели, Люся, показала мне всё "Большое" скрепьение. Рассказала и показала, как оно увеличивается, как существует и чем богато. Я впитывала каждое слово, старсясь запомнить все тонкости...
— Где же мне взять столько рабочих, да ещё и специалистов?
— На первое время, буду просить наших к вам ездить, а потом и ваши опыта наберутся. Что-то ты погрустнела последние дни. Домой хочешь?
— Очень хочу! У вас очень хорошо! А ты — самая лучшая бабуля на свете! Но там Егор...
— Понимаю... завтра же снаряжаем корабль!
— А может тихонько на "Мишель"?
— Всё, что я хочу дать тебе, не поместится на "Мишель". Они со Стасом вас догонят. А ты отправишься с рабочими и инструментами, книгами и гостинцами. Я приеду позже, через неделю или две.
Люся довезла меня до учебного корпуса, где жили, поцеловала в щёку и сказала:
— Увидимся на ужине. Не скучай.
Я помахала ей в след рукой. Представила, как я на машине, еду до "Библиотеки"... и улыбнулась про себя. Как тут вообще можно скучать? Столько всего красивого и интересного...
Последний вечер я решила провести лёжа в ванной. Как встретит меня Егор? Получится ли у меня всё?
Я дремала после купания, как в дверь постучали.
— Входите!
Дверь приоткрылась и в комнату втиснулся Стас, осторожно прикрыв дверь.
— Я хотел поговорить с глазу на глаз.
— Давай поговорим. Что-то случилось?
— Нет... я бы хотел предложить тебе... я не в праве приказывать... просто прошу. Давай я привезу Егора и вы будете жить тут, без всяких этих "туда‐сюда"?
— Ты не понимаешь...
— Я понимаю, что вам навещать Люсю будет некогда, всё бремя разъездов ляжет на её плечи. Зная её характер, она будет разрываться, я не хочу ей такой жизни. Ей и так забот хватает. Понимаешь?
— Понимаю! Очень понимаю! Но я хочу сама чего-нибудь достигать! Хочу сама строить! Хочу показать людям, как можно жить! Я хочу путешествовать! И бабуля меня поддерживает...
— Она всех поддерживает! Ладно! Чего так завелась? Завтра отправляешься...
Я долго не могла уснуть. Думала о Люсе, о Егоре, о Стасе, о себе...
С самого утра началась суета по сборам. Люся на складе контролировала отгрузку коробок и ящиков. Я на корабле следила за погрузкой, хотя ничего в этом не понимаю. Всё было подписано огромными буквами: "ЕДА В ПУТИ", "ИНСТРУМЕНТ", "КОНСЕРВЫ", "ДЛЯ ОЛЬГИ"...
Для меня три коробки, бабуля в своём репертуаре. Что там? Захотелось сесть и начать распечатывать...
Потом мы поели. Омлет был превосходен! Как я буду без яиц на "Обедне"? Они стали моей любимой едой.
— Пора! — сказала бабуля, хлопнув ладошками по столу.
Я зашла в свою комнату за рюкзаком и огляделась. Буду скучать по этим стенам.
Прежде всего, Люся, исцеловала мои щёки, потом десять раз обняла и двадцать раз погладила по голове. Взяла мою руку, зажала между двух своих тёплых ладошек:
— Без меня не женитесь!
— Бабуля...
— Я привезу всё нужное, тогда уже и отпразнуем. Все вместе!
— Мы с "Мишель", почти следом за вами. — сказал Стас, раскрывая объятия.
Время тянулось медленно. Я читала книгу и ходила по каюте, ходила по каюте и читала книгу. Еда не приносила удовольствия. Всё, о чём я могла думать, как бросаюсь на шею Егора и целую, целую...
— Прибытие через пол часа. — объявил громкий голос за дверью.
Я запихала свои вещи в рюкзак и рванула на палубу.
Глава девятая.
Как приятно возвращаться после долгого отсутствия. Волнение переполняет! Дыхание учащённое, кружится голова и трясутся руки.
Встречающих мало и Егора не видно. Ступив на родной, ржавый помост, я побежала к Гарику.
— Привет!
— О! Привет, дорогая! — он обнял меня. — Как мы скучали, всего передумали. Как ты?
— А где Егор?
— Он повёз двоих на "Лечебницу", скоро вернётся.
— А что случилось?
— Старики хворают, ничего страшного... кушать будешь?
— Позже! Надо помочь с разгрузкой. Как же я скучала...
Если сейчас начну передавать привет от сына, то это затянется. Лучше потом, сразу с гостинцами.
Устроила рабочих в пустые каюты, распределила куда и что нести. Заранее поблагодарила капитана, схватила последнюю коробку и снова отправилась к Гарику. На полу, в столовой, стояло пять ящиков, более десяти мешков и несколько коробок. Я нашла ящик с надписью "ГАРИКУ☆", поставила на ближайший стол. Всё, что передал Артур, было заменено на свежее.
— Зачем грязный ящик на стол поставила?
— Сядь! — я подвела Гарика к столу и усадила на стул. — Это не простая посылка! Это от Артура!
— От какого Артура?
— От сына твоего! — я постучала кулаком по своему лбу.
— От сына... он жив... спасибо... спасибо...
Гарик схватил мою руку и стал целовать её. Потом вскочил, подхватил меня на руки и стал кружить между столами. Плача и смеясь от радости, он поставил меня и снова пустился в пляс между столами, крутя над головой раскрытые ладони...
Распаковал ящик и громко прочитал письмо, всё время вытирая слёзы.
— У меня будут внуки!
— Уже есть!
Я кратко рассказала ему, как поживает его сын и невестка. Я же понимаю, что распросов будет ещё много...
— Ольга!?
Вошёл Егор. Я столько раз прокручивала нашу встречу в голове... столько раз кидалась ему в объятия... столько раз слышала в голове, как я кричу: "Его-ор!".
Пока я смотрела на него в оцепенении, он подошёл и прижал к себе...
— Больше никуда не отпущу!
Так бы мы и стояли, если бы не Гарик:
— Я больше не могу плакать! За всю жизнь столько слёз не выпустил! Пошёл я еду готовить.
Мы перенесли мои коробки в каюту Егора.
— Пусть у тебя полежат...
— У нас!
— В твоей каюте...
— В нашей каюте!
— Без бабули нельзя!
— Что без бабули нельзя? Без какой бабули?
— Надо бабулю дождаться, чтобы свадьбу отметить. У меня есть бабушка! И папа!
— И папа?
— Ага! И папа тоже!
— Познакомишь?
— Ты его знаешь, а Люся... бабуля, позже нас навестит.
— Сядь пожалуйста! И давай всё по порядку...
— Давай потом! Я есть хочу!
— Пошли поедим...
Стас уже прибыл и сидел при входе.
— Как добралась?
— Отлично! Егор, познакомься ещё раз — это мой папа!
Пожав руки, они посмотрели друг на друга странно. Подружатся! У них нет выбора!
Гарик накрыл шикарный стол. Я запихивала в рот всё подряд, даже на спрашивая что это.
— А почему нет водорослей? Я так по ним соскучалась.
— Так, некому нырять за ними. Никто не захотел заменить тебя, так и живём без них, и почти без свежей рыбы.
— Я рыбак некудышный, сама знаешь. — добавил Егор.
— Высплюсь и отправимся на рыбалку. — я посмотрела на Егора.
— Конечно.
— Можете на "Мишель", она будет рада. Все уши мне прожужжала: "Оля то...", "Оля сё...", а я подготовлю людей к собранию.
— К какому собранию? — спросила я.
— Надо всех поставить в известность, что ты собираешься тут натворить. — с улыбкой ответил Стас. — Определиться, сколько будет помошников и вообще...
— И когда будет собрание?
— Как только всё организую — сообщу.
— Хорошо. Я на " Акулу" — отсыпаться.
Стас показал Егору кулак, больше в шутку, а не со зла.
— Да, понял я! Понял! Без бабули нельзя! — обиделся Егор.
Все дружно рассмеялись.
Перед тем, как провалиться в сон, я рассказывала Егору про "Большое" скрепление, про Люсю, про "Мишель", про острова, про дождь и молнии, про людей и про ванну...
Глава десятая.
На "Обедне" осталось всего 100 человек. Куда делись остальные? Народу собралось много, почти все трудоспособные. Старейшина рассказал, что пятеро стариков умерло, а остальные разъехались, в основном молодые.
— Начну из далека, но постараюсь не томить долгими рассказами. На "Большом" скреплении живут вовсе не "маги" и не волшебники, а обычные люди, как мы с вами. На искусственно созданном острове, живут и трудятся обычные люди. Кто-то выращивает овощи, кто-то делает ткань, кто-то шьёт одежду... они работают, чтобы помогать другим, но так будет не всегда. Я изучила технологию строительства земли. Рабочие, любезно согласились помочь и научить нас всему. Я предлагаю, совместными усилиями, отстроить новую "Обедню", выращивать животных, деревья и вкусные плоды. Я хочу научить вас всему, что узнала сама! Если вы согласитесь, то у нас никогда не будет голодных времён. Еда будет разнообразная и вкусная. Мы будем ходить не по ржавым помостам и каютам, а по твёрдой почве и своим домам. Будем вдыхать ароматы цветов и трав, любоваться прекрасными пейзажами...
Я замолчала. Кому я всё это рассказываю?! Они смотрят на меня, как рыба на гарпун...
Люди начали перешёптываться. Потом посыпались возгласы, которых я не ожидала:
— И зачем нам это нужно?
— Да! Зачем?
— Нам и так хорошо!
— А кто тебе дал право решать тут что-то строить? Найди место в воде и строй сколько влезет!
— Я не хочу всю жизнь ломать спину, чтобы перед смертью съесть свежее яблоко! И детям не позволю!
— А чем тебе ржавые помосты не угодили? Чай выросла на них.
— Помню я одного новоидейника, быстро сдулся со своими идеями...
Все начали расходиться, махая руками и бурча ругательства. На глаза навернулись слёзы. Ушли все! Рядом стоял Стас и молчал, позади — Егор, тоже молча. Я бросилась к "Акуле", на бегу стирая слёзы и сдерживая рыдания. Как же так? Что же они за люди такие? Это бабуля их испортила, пичкая всем и вся! Добрая душа! Целое скрепление ленивых инвалидов на голову. Я тоже виновата! Столько затмений ловила рыбу и возила водоросли, не прося ничего взамен. Сколько всего я вытащила из воды и обменяла на продукты и вещи! Вы хотите, чтобы я нашла кусок воды и строилась там? Я найду! Ещё как найду! Мало не покажется! Ещё Гарика к сыну отвезу и запрещу бабуле возить провизию! Будете сами крутиться! Узнаете! Как трудно прокормить столько народа! Сколько рыбы нужно ловить для обмена на тушёнку, бобы и лекарства! Вы всё узнаете!
Быстрым шагом я направилась к Гарику. В голове созрел безумный, жестокий план. Что делать с привезёнными рабочими? Оставить им еды и написать письмо для корабля с "Большого" скрепления: "Груз не выгружать и работников забрать!". А то: "не нужно им ничего"! Раз ничего не нужно, то ничего и не получите!
Многие пришли пожрать после собрания. Жрите, жрите! Скоро урчание ваших животов услышат люди со всего света! Все столы заняты и Гарика не видно.
— Гарик!
— Да, дорогая! — из-за моей спины крикнул Гарик, неся ящик с консервами. — Много людей проголодалось, давно такого ажиотажа не было.
Приставив ко рту ладонь, прямо в ухо Гарику, прошептала:
— Чувствуют, что скоро халява закроется.
Гарик посмотрел на меня вопросительно и поставил ящик при входе. Я поднесла к губам указательный палец и, под руку, повела его к "Акуле".
— У меня есть деловое предложение. А как ты отнесёшься... если мы отвезём тебя к сыну?
— Я очень хочу увидеть Артура, но "деловое" означает, что я должен что-то взамен. Да?
— О! Пара пустяков! Прямо сейчас же перестать готовить этим лентяям еду и собрать вещи, все свои вещи...
Увидев Стаса и Егора, стоящих около старейшины, помахала им рукой, призывая идти к нам.
— У неё опять созрел план. — сказал Егор.
— Этого я и боюсь. — улыбаясь, ответил Стас.
Мы провели совещание на "Акуле", где главным оратором была я. Я поведала о намерении оставить "Обедню" в покое, о желании воссоединить Гарика с сыном, о секретном месте, которое знает "Мишель", где я хочу построить наш остров.
— Пап, когда будет корабль с "Большого" скрепления?
— Дня через три.
— Гарик, собери рабочим еды на неделю, самой лучшей и собирай вещи. Можешь даже плиту одну забрать и посуду всякую. Папа напишет письмо капитану, а я напишу бабушке.
— А я? — удивлённо спросил Егор.
— А ты тоже вещи собирай! Надо придумать соединение "Акулы" с "Мишель". Я им свой катер не оставлю!
Пока я писала письмо бабуле, Стас с Егором обсудили сетку на перекладинах:
— На "Мишель" есть куда зацепить петли стальных перемычек.
— Я, за час, приварю всё необходимое к "Акуле".
Гарик сидел с блаженным лицом, смотря в пустоту...
— Гарик! — оторвала его от мечтаний. — Иди собирайся!
— Да, хорошо. А еды сколько брать?
— То, что хочешь, без запасов. По пути будет и рыба, и водоросли, и всё остальное. Всё неси к "Мишель".
За два часа справились со сбором вещей. Ещё за пару часов, "Мишель" и "Акула" были скреплены жёсткой сцепкой, по которой можно было ходить туда-сюда.
— Можно отправляться? Я за рабочих переживаю... — обратилась я к Стасу.
— Не переживай! Они крепкие ребята. Я всё им объяснил. Всё будет отлично.
— "Мишель", держим путь на горы, где были в прошлый раз.
— Поняла. — сказала "Мишель". — Опять приключения?
— Нет, "Мишель", опять жизнь! Жизнь полная приключений!
Глава одинадцатая.
Путь оказался не таким долгим, как мне казалось. Через пять дней я завалилась к Артуру домой:
— Привет! Нужна лодка разгрузиться. Очень рада тебя видеть! А где Амина? Кого она подарила тебе?
— Сына! — он обнял меня и мы пошли к берегу. — Они с сыном гостят у родителей, в соседнем винограднике. Ты видела отца? Как он?
Мы уже спустились к воде.
— Сам у него спросишь.
Артур округлил глаза и показал пальцем в сторону "Мишель-Акулы":
— Он там?
— Ага!
— Какое радостное время настало в моей жизни! Спасибо тебе! — он обнял меня очень крепко. — Спасибо! — быстро побежал в кусты и стал вытаскивать лодку к воде. — Я так счастлив!
— А как будет счастлив Гарик, даже представить не могу.
Я осталась на берегу и снова размечталась о нашем острове, рассматривая макушки деревьев. Там будет много деревьев, кустов, цветов, будут бегать куры и пастись коровы с овцами. Наш дом будет близко к пристани, а за домом будет большой огород. Добрым и трудолюбивым людям, жизнь у нас будет открыта. Я буду обучать детей, а Егор будет заботиться о нас. Все вместе будем строить наш "Добрый" остров.
Все вещи были переправлены. Гарик с Артуром махали нам с берега. Так и не увидев Амину, я пообещала посетить их, но позже.
— Куда дальше? — спросил Стас.
— "Мишель", помнишь то место, которое я просила тебя запомнить?
— Конечно помню!
— "Мишель", покажи карту с точкой того места. — попросил Стас. Все подошли к монитору. — И заверни к акулобоям. Надо пару ящиков туда закинуть, раз уж мы рядом.
— Что за ящики? — спросила я.
— Камни точильные, наконечники для гарпунов, прибор для обнаружения акул. Возьму балыка наивкуснейшего и консервов, Люся список написала, — чего-то для лекарств.
— А много здесь акул?
— Очень много! Как куриц дома.
Я вспомнила вездесущих куриц с "Большого" скрепления, которые норовят попасть под ногу и склевать всё, что попадает в поле их зрения. Даже улыбнулась. Как там Люся? Сейчас бы принять ванну и скушать бабулиных блинов с яйцом...
Бабуля... папа... Егор... как я вас люблю...
После плотного перекуса, я легла спать на "Акуле".
— А ты сам, хочешь строить что-то новое?
— Мне всё равно, где и что делать, лишь бы рядом с Ольгой. Она удивительная, смелая! — через минуту. — Вопросов больше не будет?
— Я узнал всё, что хотел... не обижай её!
Мы сидели на палубе и ели, когда "Мишель" объявила, что мы на месте. Стас попросил отсканировать дно, с глубинами, в радиусе километра. Пока мы заканчивали трапезу, она шла по водной глади и всё время пищала. То в одну сторону, то в другую, то на месте, а через пол часа выдала на экран схему. Стас тыкнул пальцем на самое светлое место:
— Тут можно начать... около двух метров... площадь около пятидесяти метров. Да! Отличное место! И рядом никого нет на километры. Ну что? — обратился он ко мне. — Начинай!
— Чего начинать?
— Строить! — ответил Стас и засмеялся, нет — заржал во всё горло. Увидел мой растерянный взгляд, притянул к себе. – Да, шучу я так! — стукнул меня пальцем по носу и отпустил.
— Вообще-то, я думала, что из бетонных плит, которые лежат на дне, можно уложить кольцо укрепления. В кольцо, первым слоем, уложить мусор и обломки всего, а потом уже найти ближайшие залежи песка и глины, для верхнего слоя. В противоположную сторону, от залежей, наращивать остров, а с этой стороны будет пристань.
— И много на дне плит? — с удивлением спросил Стас.
— Очень много, они повсюду! Здесь древние дома, в одной из комнат я нашла сейф.
— Место большого пузыря справа от кормы. — вмешалась "Мишель".
— Большого пузыря? —вопросительно уставился Егор.
— Когда мы откидывали плиты, вырвался огромный пузырь воздуха.
— Мы? — вопросительно посмотрел Стас.
— Мы с "Мишель".
— Нырнём, посмотрим?
— Я не буду. — замахал руками Егор.
— А ты "смогёшь", пап?
— Там видно будет...
Мне на запястье страховка, Стасу на пояс фонарь и нож. Как приятно было плыть рядом, ощущение полной безопасности и счастья. Папа прекрасно ныряет! Мы забрались в ту комнату, Стас огляделся и показал большим пальцем на верх. Выбравшись из завала, я обняла его и дёрнула за шнур. Мы, с брызгами, всплыли на поверхность.
— А почему ты не выломал ту дверь?
— За ней может быть пузырь, нас бы вышибло, нужен водолазный костюм.
— У тебя есть?
— Да, дома. Не вижу смысла оставаться тут дольше. Нужна основательная экспедиция.
Мы нырнули ещё раз, осмотрели ближайшее дно. Везде, куда доходил взгляд, были плиты. Стас сказал, что в руинах полно интересного и он этим займётся, но позже.
Глава двенадцатая.
— Пап, а удалось вскрыть сейф? Что там было?
— Там были бумаги, которые восстановлению не подлежат и колье, которое я отдал мастерам на реставрацию, к свадьбе получишь.
— Да ну! Куда мне колье?
— К свадебному платью.
— К какому платью?
— К свадебному. Люся начала его шить до твоего отъезда. Я ничего не говорил!
— Как у принцессы?
— Как у принцессы!
Я отварила рыбу, нарезала балык из акулы, достала орехи и консервированные водоросли. Ели в тишине.
Перед сном я спросила у Егора:
— Почему ты такой молчаливый стал?
— Я в шоке от происходящего вокруг! Обдумываю всё увиденное, что даже не успеваю говорить. У меня нет слов описать восторг и удивление...
— Вот у бабули! Там есть чему удивляться! Там всё, как в кино и книгах, всё такое красивое и настоящее! Бабуля написала несколько книг: о жизни в наше время, о съедобном, о технике, о здоровье, про строительство "Большого" скрепления и географический атлас современного мира — эту вместе с папой.
— Я полностью поменял своё мнение о Стасе. Он не такой...
— Да! Он хороший... как сейчас на "Обедне"...
— Думаю они уже снарядили лодки и отправились на рыбалку. Мы отгрузили Артуру два ящика консервов, которые Гарик забрал с собой.
— Вот же куркуль!
—Не переживай, я оставил старейшине все планы местности с пометками рыбных мест, скреплений и всего остального.
— А я и не переживаю! Сами виноваты! Вот, Катерина, всю жизнь вяжет тапочки и пледы, которые никому не нужны, а ведь в детстве она плавала лучше всех, даже лучше меня. Сколько раз я приглашала её порыбачить и за водорослями — всё время отказ. Петру предлагала заняться увеличением помоста — опять отказ. Весь металл и находки уходили за еду, а представляешь сколько можно было построить...
— Всё правильно говоришь, но заставить сложно, а одному не потянуть. Важно найти единомышленников.
— Ты же не мыслишь как я?! При этом и свою работу делал, и Гарику помогал, и мне, и всем...
— Я человек такой... мне интересно и не сложно. Давай спать!
— Давай. А папа говорил тебе секреты?
— Нет! Спи!
Через 8 дней мы уже разбирали вещи на "Большом" скрпплении. Бабуля, всё так же, при каждом удобном случае, тискала и целовала меня, хотя высказала своё недовольство по поводу "Обедни". Папа объяснил ей мою точку зрения и она вроде успокоилась.
Перед сном, на второй день, бабуля принесла свадебное платье и колье. Для заключения союза достаточно найти трёх человек и объявить им, что вы муж и жена, но бабуля решила, как в кино — куча гостей, много еды...
Надо было на "Обедне" объявить и сейчас бы спали вместе, в обнимку.
Хотя, что толку в этих объявлениях?! Вон, у нас — объявят, а потом шляются по чужим каютам. И мама...
Свадьба.
Я проснулась от запахов еды, выглянула в окно, а там столы накрываются. Люди снуют с подносами, тарелками, бутылками... я посмотрела на своё платье:
— Ты такое красивое, что жалко даже трогать!
Расшитое мелким жемчугом и блестящими камушками, с кружевом по вороту и подолу, а рукава полностью кружевные.
Я спустилась на улицу и встретила Егора.
—Привет, соня!
— Привет! — я уткнулась ему в плечо. — Не хочу никакой свадьбы!
— Ты меня не любишь?
— Люблю!
— Тогда почему?
— Народа много! Есть хочу!
— Пойдём, Люся оставила тебе завтрак на кухне.
Не успела я дожевать, как влетела Люся и велела Егору одеваться. Она помогла мне с платьем, застегнула колье и собрала мои волосы жемчужной заколкой.
— Ты такая красавица!
— Вся в бабушку! Спасибо, бабуля! — я поцеловала её в щёку.
— Где Стас? Стас! — крикнула она в коридор.
— Уже иду...
Папа был в облегающих серых штанах и серой рубашке. Он взял меня за руку и мы пошли к гостям.
Егор стоял у самого большого стола и помог мне встать рядом, отодвинув стул.
— Я объявляю нас мужем и женой! Спасибо, что пришли на наш праздник! — произнёс Егор.
Все закричали "ура!", Егор поцеловал меня и мы сели.
— Это ужасно! — сказала я Егору.
— Ешь, что хочешь и уходим! Люся сказала, что так можно. Свадьба окончена! А ты боялась...
— Это так замечательно!
Глава четырнадцатая.
Заключительная.
Люди всегда рвутся "куда-то", думая, что "где-то" — это лучшее место. Лучшее место там, где тебя любят и заботятся, где можно быть самой собой, где можно дарить свою любовь, где интересно и спокойно. Для меня, по прошествии пяти лет, таким местом стало "Большое" скрепление.
Мы отстроили "Добрый" остров на два километра и даже успели там обжиться, а теперь там живут несколько молодых семей. Стройка продолжается. По слухам, туда добрались пара семей с " Обедни", но ленивые нахлебники никому не нужны. Через год после свадьбы мы посетили "Обедню", там осталось 52 жителя, а старейшина хвастался томатами и зеленью, которые были посажены в плавающие контейнеры, вокруг всего скрепления.
У нас с Егором двое детей и третий уже пинает мой живот. Я обучаю всех детей, "Большого" скрепления, плавать и готовить еду, читать и писать.
Удивительно, как передовые технологии граничат с невежеством и глупостью. Поражает количество людей в мире, которым для жизни хватает трёх слов: "менять", "еда", "уходи". И бесит, что Егор, опять задерживается на работе...
—Гарик! Иди за стол! Папа потом поест, а я Ирину покормлю...
2516 год! Есть часы на руке! Неужели так трудно домой вернуться ко времени?! — думала я, запихивая ложку с овощным пюре дочке в рот...