Первая брачная ночь, а 13-летний Джоффре Борджиа тянет колоду карт, как школьник на переменке. Его 16-летняя жена, Санча Арагонская, смотрит на этого пацана и думает: “Серьезно, это мой муж?” Она — жгучая красотка, бастард короля Неаполя, а он — мелкий сынок Папы Римского. Пока Джоффре играет в свои игрушки, Санча влипает в мясорубку интриг, убийств и страстей клана Борджиа, где каждый хочет урвать кусок власти или её постель.
Санча Арагонская не мечтала о таком замужестве. В 1494 году, в свои 16, с тёмными кудрями и губами, от которых мужики теряли голову, она была внебрачной дочкой короля Неаполя Альфонсо II. Это клеймо бастарда закрыло ей двери в королевские дворцы Европы. Но Папа Александр VI, хитрый лис из Борджиа, решил, что она — идеальная ставка для союза с Неаполем. Её сгрузили на 13-летнего Джоффре, тоже бастарда, с приданым в виде городов Скуиллаче, Кариати и графства Альвито — по тем временам это как подарить пару нефтяных вышек.
Александр VI играл в династические шахматы, как профи. Его сын Джованни получил племянницу испанской королевы, Лукреция крутила со Сфорца, пока это было выгодно, а Джоффре досталась Санча для скрепления сделки с Неаполем. Но на свадьбе все взгляды были прикованы к ней. Чезаре и Джованни, старшие братья жениха, сразу учуяли её огонь. По слухам, сохранившимся в хрониках Ватикана, Санча уже тогда слыла женщиной, которая могла свести с ума одним взглядом.
Первые годы брака Санча и Джоффре тусовались в Неаполе. Джоффре зубрил военное дело и науки, пока его жена развлекалась по-своему. В 1496-м Александр VI вызвал их в Рим, и тут начался настоящий цирк. Джоффре — тихий, флегматичный парнишка, которого Санча вертела, как хотела. А вот Чезаре и Джованни, два горячих жеребца Борджиа, затеяли игру за её внимание. Историки вроде Альфонсо Чакона пишут, что Санча не особо сопротивлялась, и слухи о её связях с братьями мужа гуляли по всему Риму.
В июне 1497 года Джованни выловили из Тибра с девятью дырками в теле. Молва тут же ткнула пальцем в Чезаре, шепча про ревность к Санче. Доказательств нет, но у Джованни было столько врагов, что список подозреваемых тянул на телефонный справочник Рима. Чезаре, не теряя времени, скинул кардинальскую шапку и схватился за меч, возглавив папскую армию. Санча, тем временем, оказалась в эпицентре интриг, где каждый её шаг был под прицелом.
Александр VI решил ещё туже связать Рим с Неаполем, выдав Лукрецию за брата Санчи, Альфонсо Арагонского. Но в 1500 году, когда союз стал лишним, Альфонсо задушили по приказу Чезаре — прямо в постели, пока он поправлялся после покушения. Санчу вытурили из Рима, а потом засадили в Замок Святого Ангела, как заложницу. Пока Джоффре мотался с Чезаре по войнам, она выгрызала себе место среди римских акул, где каждый второй точил нож на соседа. По данным архивов Ватикана, в Замке Святого Ангела в те годы содержалось до 50 знатных пленников — Санча была одной из них.
В 1503 году Александр VI откинулся, и империя Борджиа пошла ко дну. Санча вырвалась из Замка и рванула в Неаполь. Там ей вручили Родриго, бастарда, чьё происхождение до сих пор загадка — то ли сын Лукреции, то ли самого Папы. Свободная от Борджиа, Санча начала роман с Гонсало Фернандесом де Кордова, он же Великий Капитан — генерал, который крошил врагов в капусту и завоевал Неаполь для Испании. Их связь гремела: хроники называют её “страстью, что потрясла двор”.
Санча умерла в 1506 году, в 26 лет, — скорее всего, от болезни, хотя слухи о яде не утихали. Чезаре пал в бою в 1507-м. Джоффре, единственный, кто пережил крах семьи, женился заново, завёл четверых детей и тихо дожил свои дни. Владения Санчи — Скуиллаче и Кариати — остались её наследникам. Если выделять подтекст, то он показывает, как политические браки и борьба за власть в эпоху Ренессанса определяли судьбы людей, особенно женщин, лишенных свободы выбора.